Глава 7

– Значит, я тебе нравлюсь?

Катя склонила голову набок и специально прищурила глаза.

Руслан продолжал наносить точные мастерки поставленные удары по боксерской груше. С мужчины уже давно пот катился градом, даже летел в разные стороны, волосы намокли, в них так же поблескивала водица. А он всё продолжал лупить бедный снаряд.

– Да, Катя.

Черт! У него даже дыхание не сбилось. Ответил ровно.

Что он за человек? Или, может, хорошо сделанный киборг? А что, разговоры о клонировании и экспериментах на людях давно идут. Чем рогатый не шутит. При травме у него идет кровь или, может, какая-нибудь белая вязкая субстанция?

Катя усмехнулась. Интересные у неё мысли, задорные.

– Это хорошо или плохо? – продолжала она старательно его отвлекать. Поерзала попой, удобнее усаживаясь на коврике для фитнеса.

– Это хорошо.

И снова выпад из серии ударов.

Бедная груша. Не позавидуешь тем, кто выходит на спарринг с Генералом. Кулачищи у него дай Боже и сила удара, наверное, ого-го. Ещё больше не позавидуешь тем, кто с ним сталкивается за пределами октагона. Наверное, есть и такие. Или уже нет? Не тот статус у Руслана, чтобы кулаками махать направо и налево.

Катя прикусила нижнюю губу и всё же скрестила ноги по-турецки. Не хочет она заниматься и делать физические выкрутасы. Побегала на тренажере сорок минут, сделала разминку, растяжку. Что ещё надо товарищу Генералу? Она лучше посидит в сторонке, понаблюдает за ним.

Хорош, зараза. Объективно – очень даже. Силен.

Красив? Объективно – да.

А субъективно?

– Значит, хорошо, – задумчиво повторила она за ним, намеренно растягивая слова, не для него, а больше для себя. – А то, что мне не выдали противозачаточных средств, и ты кончаешь каждый раз в меня на протяжении недели, это тоже хорошо?

Катя, задавая вопросы, не ставила перед собой никакой цели. Ей иногда нравилось разговаривать вслух. Яснее понимала проблему.

Этот вопрос заставил Руслана остановиться. Он ударил в последний раз по груше, удержал снаряд рукой, чтобы тот перестал раскачиваться, и повернулся к Кате.

Катя сделала вид, что её вопрос самый невинный. И никакой подоплеки он под собой не несет.

Руслан усмехнулся, прошёл к скамье, на которой лежало белоснежное полотенце, взял его и промокнул сначала лицо с волосами, потом спину и торс. Катя, наблюдая за ним, невольно испытала некий эстетический восторг. Всё-таки видеть натренированное тело бойца – искушение.

Руслан закинул полотенце себе на плечи. Продолжая молчать, открыл крышку у бутылки с водой и сделал несколько жадных крупных глотков. Катя видела, как он глотает, как двигается его кадык, и невольно поджала интимные мышцы.

Всё, что касалось этого мужчины, у неё ассоциировалось с сексом.

Удерживая в руках бутылку, Руслан выдвинулся в сторону Кати. Подошёл, присел на корточки.

И сразу же, как это у него получалось всегда, взял её в невидимый плен. Закрыл собой всё. Окутал ароматом парфюма, смешанного с потом. Кстати, запах последнего нисколько не раздражал Катю, и этот факт настораживал.

– Заметила, – Руслан снова усмехнулся, глядя ей в лицо.

– Конечно, – спокойно ответила Катя, немного откидываясь назад и упираясь раскрытыми ладонями в пол. – Ты кончаешь в меня. Думаю, сознательно.

– Правильно думаешь.

– Руслан, я могу забеременеть, – Катя, начиная разговор про вероятность беременности, переживала, что её голос начнет дрожать, и оказалась приятно удивлена собственным ощущениям.

Ни страха, ни сомнений.

Словно ещё пару дней назад на неё не накатывало депрессивное состояние, и жизнь не казалась беспросветной серой полосой.

Что изменилось? Когда изменилось? И главное, почему останется в прошлом?

Руслан переставал на неё давить. Пусть и не до конца, но у неё больше не возникало потребности встать, убежать и закрыться.

Она начинала его воспринимать, как обычного мужчину.

В последнем она немного преувеличила, Коваля даже при самой буйной фантазии не назовешь обычным. С его бешеной энергетикой и властью.

– Когда забеременеешь, тогда и будем разговор вести, – он поднял руку и накрутил на палец прядь, выбившуюся из её прически.

– «Когда», а не «если», – её распирало от желания расставить точки над «i». Она ловила момент.

– Совершенно верно.

Ухмылка Руслана переросла в легкую улыбку. Он потянул прядь Кати сильнее, желая принять девушку к себе. Та не поддалась.

– Как интересно, Генерал.

Всё-таки она услышала, как дыхание мужчины сбилось. Правда, в совершенно другом контексте, ни когда он обрабатывал снаряд.

– Меня начинает штормить, когда ты называешь меня Генералом. Маленькая, ты играешь с огнем, – и он послал выразительный взгляд на её грудь, обтянутую майкой на тонкой лямке. Благо под ней находился плотный спортивный бюстгальтер.

– Больше не буду. Никогда, – она с трудом сдерживала смех.

Его глаза потемнели сильнее.

– Только попробуй не назвать…

В его голосе слышалась явственная угроза. Многообещающая. Катя приподняла кверху брови. В спортзале, в том месте, где сидели мужчина и молоденькая девушка, воздух начал сгущаться. Катя не испугалась угрозы, только не этой.

Внизу живота появилась привычная вязкая тяжесть, а в трусиках намокло. Катя даже интуитивно захотела поменять позу, свести бедра, потом передумала. Для Руслана сжимание бедер будет, как призыв к действию.

Но, кажется, и это не поможет. Катя уже знала взгляд, которым Руслан на неё смотрел. Тяжелый, пронзительный, пробирающийся в самую душу. На дне которого плавилось желание. Бороться с ним он не будет.

Вот, казалось, мужик только что отпахал в спортзале пару часов. Он пришел заниматься раньше Кати, та ещё нежилась в кровати и отходила от утреннего секса. Нате вам, пожалуйста, снова возбудился.

Точно не человек.

– Назову. Обязательно.

Они смотрели друг на друга. Катя – не таясь и не зажимаясь. Коваль – более испытывающе. Что пытался в ней разглядеть? Затаившуюся депрессию. Нет её, Руслан Анатольевич. Оставлена где-то по дороге.

– Я кофе хочу.

Непонятно, что больше удивило Катю. Резкая смена темы или мальчишечья улыбка Коваля.

Последнюю она воспринимала, как нечто нереальное. Улыбка Руслана преображала. Когда человек постоянно улыбается, быстро привыкаешь. Тут же каждая улыбка, как дуновение свежего ветра. Смягчалось всё, от уголков глаз рассыпалась сеточка мелких морщин, и возникала смутная потребность до них дотронуться, погладить. Мягче становились и общие черты, пропадала жесткость. Губы не сжимались, пропадала опять же линия, что делала их суровыми.

С таким улыбающимся Ковалем хотелось общаться. Говорить. Негромко, чтобы не спугнуть меняющуюся атмосферу. И, может быть, даже рассказать о сокровенном – о переживаниях, о мечтах. О том, что греет душу.

– Я могу приготовить.

– Пойдем мокрые и ароматно пахнущие на кухню?

– А кто нам помешает?

Руслан пружинисто поднялся, протянул руку. Катя приняла её.

Как только девушка оказалась на ногах, Руслан сразу же прижал её к себе.

– И ты меня больше ничего не хочешь спросить по поводу вероятной беременности?

– У меня плавающий цикл, а после болезни может и вовсе сбиться на неделю-две. И да, я ничего больше не хочу спрашивать.

– Даже странно. С твоей тягой к уточнению.

Катя подняла руку и дотронулась до полотенца.

– Ничего странного. Я подумаю, обмозгую полученную от тебя информацию, потом пристану заново.

Руслан прижал её сильнее, дав понять, как его тело реагирует на слово «пристану».

* * *

Они всё же переоделись и только потом спустились на кухню. Катя уже поняла, что Руслан любит видеть её в платьях. Она тоже их любила. Если присмотреться, то можно заметить, что во многом их вкусы совпадали. Сначала Катя отрицала любую вероятность близости с Русланом. Секс сексом. Всё, что не касалось постели, другая ипостась, и они не должны пересекаться.

Она ошиблась.

Если перестать себя накручивать и в какой-то момент принять стремительно меняющуюся реальность, будет куда как легче.

Во всем.

Руслан ожидал её на кухне. И даже начал готовить кофе.

– Давай я…

– Садись уже, опоздавшая.

Катя возражать не стала. Хозяйничающий на кухне мужчина – зрелище не для слабонервных и малодушных. В такого можно и влюбиться.

Катя заняла место за столом, поставила на поверхности локти, и в раскрытые ладони положила подбородок.

– Руслан Анатольевич, я вынуждена просить компенсацию за свою несвоевременную кончину.

Ей доставило особое удовольствие увидеть, как на несколько секунд он замер.

Катя мысленно улыбнулась. Интересно, он сто процентов решил, что она относится к той категории девочек, что быстро прочухали выгоду, находясь рядом с ним. А что, забавно. Он же сам предлагал ей кредитку. Она запомнила.

– Конечно. Что хочешь?

– Миллион рублей.

– Могу полюбопытствовать, куда потратишь?

– Можешь, – она продолжала сидеть в прежней позе.

Генерал поставил две чашки на поднос, добавил сахарницу, сливки и направился к столу.

– И куда?

– Переведу пострадавшей семье, – как Катя ни старалась, голос её всё же дрогнул.

Она вроде бы успокоилась…

Почти.

Или ей удобно было думать, что успокоилась, чтобы её не мучали угрызения совести?

Руслан поставил поднос на стол, не снял чашки с него. Отодвинул стул, сел на него и полностью отзеркалил позу Кати.

– Даже так.

– Да.

– Тогда не пойдет, Воробушек.

Честно, Катя не ожидала отказа. Растерянно моргнула.

– О… – она медленно сняла голову с рук и выпрямилась.

Благодушное настроение стремительно испарялась в воздухе. И совершенно непонятно, почему продолжал улыбаться Руслан.

– Да, не пойдет. Потому что я уже рассчитался с ними, – Руслан взял одну чашку и поставил перед Катей. – Давай, ты придумаешь другое, куда сможешь потратить миллион.

Руки Кати дрогнули, когда она взяла чашку.

– Рассчитался?

– Угу.

Он кивнул.

Вот так просто…

– Руслан…

– Эй, ты же не вздумала плакать.

– Нет, – она быстро-быстро заморгала, прогоняя непрошенные слезы.

А в голову снова лезли дурные мысли. Глупые.

Как и она сама.

Для него миллион, наверное, не много. Судя по тому, что Катя видела. Да и их поездка ночью в торговый центр о чем-то говорила. Здесь большого ума не надо, чтобы соединить дважды два. Поражало другое. Он мог не платить. От слова «совсем».

Её он в своё распоряжение уже получил. Добиваться симпатии и расположения девушки не в его характере. Изучать жизненные принципы, устои – там более. Кто этих мужиков, особенно при чинах да власти, разберет.

– Спасибо.

Она уткнулась в кружку.

– Эй…

– Я помолчу две минуты, ладно? – она посмотрела на Руслана исподлобья.

Тот скривил губы.

– Ладно. Конфеты будешь?

– Буду.

Вот растолстею, и у тебя пропадет ко мне интерес… Эта была её первая мысль. Вторая – не даст растолстеть, если не брать ту физическую нагрузку, что он ей устраивает сексом, так и в спортзал теперь начал таскать. Катя не удивится, если он Юлю приставит к ней в качестве тренера.

Она по ней скучала. С Юлей можно было поболтать о ни о чем. С Русланом не всегда получалось. Он больше молчал. Смотрел на неё. Касался.

Конфеты она уплетала молча. Будет есть вкусняшки, пока есть такая возможность. Зачем-то вспомнилось, как в СИЗО она именно по сладкому изводилась.

Они как раз заканчивали пить кофе, когда с улицы послышался шум. Он нарастал и воспринялся Катей, как нечто нереальное, не от мира сего. Она настолько привыкла за эти дни, что в доме у океана всегда тишина и покой. Редко слышен звук отъезжающей или, напротив, возвращающейся машины. В основном Михаил и охрана. Последняя почти незаметна.

Шум усиливался, и Катя вопрошающе посмотрела на спокойного Руслана.

– У тебя гости?

– Да.

Она разволновалась. Засуетилась. Несмотря на то, что Катя старалась вести себя с Русланом, если и не на равных, то около того, всё, что касалось его жизни для неё по-прежнему оставалось табу. Она ничего о нем не знала. Абсолютно. Даже в интернете не стала копаться. Не было смысла. Соединив концы логической цепочки, не сложно понять, видя сколько людей работают на Коваля и с ним, что есть и спецы, что подчищают информацию о нем. И в общественный доступ поступает лишь то, что Руслан сам решает обнародовать. Ни слова лишнего.

Катя поджала губы. Ей необходимо было набраться терпения. Но кто бы только знал, как ей временами хотелось послать всё и всех к чертям собачьим и потребовать, чтобы её оставили в покое.

– Тогда я пройду на веранду. Почитаю.

Она начала подниматься, когда следующие слова Руслана снова растревожили ещё не до конца успокоившееся сердце:

– Катя, не спеши. Я тебя хочу познакомить с одним человеком.

Если бы под ногами Кати развернулась земля, она удивилась бы меньше. Пришлось быстро брать себя в руки. Она предположить не могла, с кем захотел её познакомить Руслан. Гадать не стоило.

Девушка кивнула и облизнула пересохшие губы.

Взгляд Руслана тотчас метнулся к ним. Жадный. Голодный. Она к нему никогда не привыкнет.

Странно другое. Этот взгляд, изводящий душу и пугающий Катю своей неистовостью, начинал ей нравиться. Неужели она постепенно попадала под обаяние Коваля?

Шум усиливался, и Катя поняла – это вертолет. К ним пожаловал не простой смертный. В ногах мгновенно появилась слабость. Она не готова…

Руслан заметил её нервозность. Обогнул стол и встал рядом. Протянул руку и двумя пальцами приподнял её подбородок, чтобы она не смогла спрятать лицо и немного растерянный взгляд.

– Воробушек, я рядом. Чего ты нахохлилась?

– Не знаю.

– Вот и перестань. Пойдем.

Он взял её за руку и повел за собой. Это привычка Коваля обескураживала Катю. Если поначалу она воспринимала её, как нечто мимолетное, порывистое, то со временем поняла, что ему на самом деле нравится.

Кстати, ей тоже.

В Генерале сочеталось несочетаемое. Она даже не пыталась его разгадать. Бесполезная трата времени.

Кате нравилось чувствовать свою ладонь в его. Появлялось чувство защищенности. Именно когда он держал её за руку. Ни когда смотрел, ласкал, скупо говорил.

Они прошли длинный коридор и вышли в гостиную.

– Накинь что-нибудь теплое, на улице ветрено.

Пока Катя одевалась, её воображение нарисовало картину, как из вертолета выпрыгивают сначала бойцы, чтобы просканировать окрестность на предмет опасности, а потом… А кто появляется потом? Катя от нетерпения даже прикусила нижнюю губу.

Руслан открыл дверь, пропуская Катю вперед и как бы между прочим обнимая её за талию. Девушка старалась сохранять спокойствие. Она не могла не понимать, что происходит нечто важное, что Руслан впускает её в более узкий круг доверия. Не это ли подразумевало его: «Ты мне нравишься»? Адреналин в крови скакнул до невиданных пределов.

Катя отчасти оказалась права.

Вертолет посадили прямо во дворе, благо размеры территории позволяли. Бойцы тоже были. Хотя бойцами их назвать язык не поворачивался, слишком колоритные личности. Катя, увидев их, невольно подалась назад, упираясь спиной в грудь Руслана.

Арабы.

Она не была нацменкой, но что-то дрогнуло в груди. При виде арабов появился непонятный страх, словно они могли нести опасность.

Главной фигурой оказался мужчина в возрасте. Катя не могла бы точно сказать, сколько ему. На вид семьдесят пять, не меньше. Но, может, и больше. Военная выправка, гордая посадка головы, взгляд пронзительный и, между тем, очень спокойный. Хозяин жизни.

Взгляд, очень знакомый…

До дрожи в коленях.

Она не удержалась и обернулась, задрав голову, чтобы заглянуть в лицо Руслану. Тот сдержанно улыбался, но ей показалось, что она ощутила, как его тело немного напряглось. Неужели тоже волнуется?

Гостю помогли спуститься. Одет он был в национальную одежду жителей восточных стран.

Как только мужчина выдвинулся в их сторону, Руслан, продолжая обнимать Катю за талию, спустился вместе с девушкой вниз по ступеням крыльца.

– Приветствую тебя, сын мой.

– И я тебя…

Мужчины обнялись, а у Кати земля уходила из-под ног. Медленно, плавно, неуклонно.

– Рад, что ты нашел время и прибыл в мой дом.

– Ты пригласил. Я не мог отказаться, – мягко ответил мужчина и перевел взгляд на девушку. – Познакомь меня со своей очаровательной спутницей.

– Это Катя. Катя, а это мой дед, Иван Гаврилович Коваль.