Глава 37

Венера

Я зажмурилась.

Мне не хотелось убегать от него или сопротивляться. Мной двигала обида и непонимание. И эти чувства просто вогнали меня в ступор, оставляя стоять и позориться посреди школьного двора.

«За что?» — в моей голове звучал единственный вопрос.

Я внутренне сжалась и зажмурилась, ожидая новую порцию пощечин, но удара не произошло.

Распахнув глаза, я увидела перед собой руку в желтом худи, держащую занесенную руку отца. Тот с нескрываемой злобой смотрел на Хана, пытаясь пересилить его, но куда ослабленному пьянице тягаться с крепким молодым человеком. Через минуту молчаливой битвы он сдался и дернул рукой на себя, освобождаясь от хватки главаря Королей.

Папа разозлился и начал повышать голос.

— Да как ты посмел, королёк. Кем ты себя возомнил! Да я тебя!

— Кто вам дал право … так себя вести? — немного запыхавшийся физрук встал ровно между нами и отцом. — Вы на территории школы! Кто дал вам право избивать ученицу? Я сейчас вызову полицию!

— Я вообще-то ее отец!

— Это не отменяет вины вашего поступка! — физрук начал активно жестикулировать руками. — Мы сейчас же пойдем до директора, а там с вами решат, что делать.

Папа стушевался. Похоже, он начал осознавать, что натворил.

— Это вообще-то первый раз так … Я никогда Веньку не бил, — отец сделал шаг назад.

— Вы все равно не похожи на порядочного родителя, — физрук оглядел моего отца с ног до головы, — неплохо бы, чтобы вашей семьей занялась опека и проследила за уровнем жизни вашей дочери.

— Да какая опека, у нас все хорошо. Да, Вень? — отец обеспокоено посмотрел на меня.

Теперь три пары глаз уставились в мою сторону.

Физрук ждал моего ответа.

Но я не могла так поступить и сдать отца. Опека уже с порога поймет, что у нас, увы, не самая хорошая семья, и заберет меня. Мне оставалось только надеяться, что слова учителя физкультуры возымеют хоть какое-то действие.

— Виктор Иванович, у нас все хорошо, — ледяным, но уверенным тоном произнесла я, глядя прямо ему в глаза. — Я правда провинилась перед ним. Он сделал это сгоряча и не хотел так поступать.

— Да, все так и было, — кивнул отец.

И физрук расслабился.

— Ну может оно и так … Но ты Венера, говори, если вдруг что-то произойдет. Можешь своей классной руководительнице, если стесняешься рассказывать мне.

Я натянула на лицо самую обворожительную улыбку.

— Хорошо. Спасибо вам. А теперь я могу отойти? Мне нужно привести себя в порядок.

— Да, конечно, детонька, беги, — физрук выдохнул и медленно направился к ожидавшим его ученикам. Хорошо хоть они далеко и не слышат, о чем мы здесь общались. С такого расстояния можно разве что различить тон голоса.

— Ну, я пошел домой, — отец развернулся и уставился на меня, — жду тебя с учебы.

— Хорошо, — кивнула ему, провожая его фигуру с презрением и страхом.

Что значит он меня ждет? Решил наказать за то, что здесь произошло?

На деревянных ногах я зашла в школу и прошла по первому этажу в сторону туалета. Внутри никого не было и я села прям на пол у подоконника.

И заревела. Тихо так, почти не слышно.

Выплескивая наружу всю боль этих лет, страданий и терпения. Я знаю, что скоро все закончится. Нужно просто это пережить. Потерпеть еще немного.

Вероятность, что кто-то сюда зайдет в такое время, очень мала, поэтому я могла еще долго плакать. Но в дверь туалета постучали, затем она медленно открылась и внутрь вошли.

— Эй, — начала вяло возмущаться сквозь слезы, — мальчикам нельзя в женский туалет. Выйди отсюда.

Хан мягко улыбнулся.

— Я просто хотел поддержать тебя.

— Тебе не стоит со мной общаться, — я шмыгнула носом, — подорвешь репутацию среди королей.

Он усмехнулся и подошел ближе, засунув руки в карманы.

— Плевать.

— Тебе не может быть все равно, ведь ты их лидер, — продолжала настаивать на своем.

— Ладно, ты меня раскусила, — он поднял руки вверх, — сдаюсь. Они просто не знают, куда я ушел.

Хан присел рядом на пол и придвинулся.

— Ты ведь соврала физруку.

— Какой ты проницательный, — съязвила и начала усердно тереть лицо, избавляясь от остатков влаги.

— И часто такое происходит?

Я замолчала, затем мой голос полился на удивление ровно и тихо.

— Он меня почти не трогает, но и жизни не дает. У него вечные пьянки с его друзьями, отчего я постоянно закрываюсь в своей комнате или сижу в штабе с ребятами. Порой хочется, чтобы он навсегда про меня забыл, — я говорила, обхватив колени и уставившись в пол. Но, повернув голову в его сторону, вспомнила с кем, собственно, разговариваю, — прости, не стоило это так на тебя выливать.

— Ничего страшного, я понимаю тебя, — он успокаивающе положил руку на мое плечо, отчего я внутренне вздрогнула. От его прикосновения по телу начало разливаться покалывающее тепло. Я даже перестала шевелиться, чтобы не спугнуть его руку и подольше подержать себя в этом чересчур прекрасном состоянии.

— У меня тоже проблемы с отцом, — продолжал он, — он совершенно не понимает меня. Я живу по его правилам и делаю то, что он хочет. Я вроде лидер, но лидер без своего мнения, когда дело касается верхушки. Он хочет вырастить меня собственной копией и поставить руководить районом. У меня вроде и нет своей жизни …

Я сняла его руку с плеча и обхватила двумя своими ладошками, умирая от эйфории, получаемой от касаний. Нежно погладила подушечкой пальца тыльную сторону его ладони.

— Жизнь непростая штука, да? — грустно улыбнулась, разглядывая его лицо.

Он нежно улыбнулся в ответ.

Его серые глаза смотрели прямо в мои. В них плясали искорки некоего подобия счастья. Это завораживало. И чем дольше я смотрела, тем больше расплывался мир вокруг, и оставался только он. Я будто падала в колодец, но знала, что там в конце мягко, тепло и уютно.

Звонок ворвался в мое сознание очень резко, вырывая из этого прекрасного мира. Я очнулась в нескольких сантиметрах его лица.

— Ой, — я покраснела и отстранилась, — нам срочно пора покидать это место.

— Ты права, — он встал и подал мне руку. Я смущенно приняла ее, снова ощущая поток импульсов проходящих через ладошку. Он одним легким движением поставил меня на ноги и повел из туалета.

Как только мы очутились в коридоре, я мягко высвободила ее.

— Мне кажется, нам пора разойтись, пока никто не увидел. До встречи на последнем уроке, сосед, — я помахала ему рукой и развернулась в сторону раздевалок.

— Я буду ждать, — послышалось из-за спины.