Глава 14

Глава 14 Ева Голая посреди кровати, я лежала в той же позе, как он оставил меня. Выходить отсюда я не планировала больше, пока он не отвезёт меня домой. Встав с кровати, зашла в душ, и стояла под горячей водой, пытаясь расслабиться и прийти в чувства. Обстановка, творившаяся здесь, угнетала меня, как и настроение самого Холода. Сначала он ведёт себя более-менее адекватно, но потом срывается с цепи. Я понимала суть его поступков, но постоянно чувствовать на себе его смену настроения не хотелось. Почему он стал таким? Я часто задавалась этим вопросом. Ведь не может человек стать таким просто так. Что-то на него повлияло, но вот что именно? Когда я вышла из ванной, заходила Анна, предлагая спуститься на обед, но я отказалась. – Ева, девочка моя, ты посмотри как ты исхудала. Тебе надо покушать. Вячеслав Дмитриевич не обрадуется, если приедет домой и узнает, что ты до сих пор голодна. – Анна, спасибо вам, но я не голодна. Мне не хочется ничего. Женщина заботилась обо мне. Очевидно, что она исполняла приказы хозяина, но всё равно пыталась быть милой со мной. – Если ты не хочешь спускаться, то я всё равно принесу тебе еду сюда, а если ты проголодаешься, то поешь. – Хорошо. Оставив меня одну, женщина вышла из комнаты. Я пыталась найти свой телефон, чтобы узнать что вчера всё же произошло, но он оказался в комнате Холода, в моей сумочке. От родителей были звонки и несколько сообщений от Вики. Первым делом я набрала родителям, чтобы успокоить их. – Привет, мамочка. Ты вчера звонила мне, но я устала и уснула. – Ева, мы с папой беспокоимся о тебе. Ты не заболела? – Мне кажется, что я немного простыла, но скоро приду в норму. Не переживайте, пожалуйста. Со мной всё хорошо. Обычная простуда. – В этой вашей Москве одни вирусы сейчас. Ты небось вся исхудала уже. Была бы я рядом, уже супом тебя накормила бы. – Мама, я кушаю. Ты мне скажи лучше, как папа и брат? – Ой, дочь, у папки на заводе случай смертельный произошёл. Так там весь завод гудит. Страшно так. А брат твой совсем от рук отбился. Учиться вообще не хочет. Ты как уехала, то он целыми днями на улице лазит. Боюсь, чтобы компанию себе дурную не нашёл. – Мам, его надо больше заставлять просто. Вы меня вот как воспитали. На улицу не пускали, пока уроки не сделаю, а с ним вы не такие строгие, вот он и на шею садится вам. – Ев, папа тебе билет купил, чтобы ты домой приехала. Мы очень соскучились по тебе. Ты прилетишь, а папа встретит тебя. На пятницу эту взял. – Я очень рада, мам. Ладно, мне бежать пора. Я вас целую всех. – Поправляйся, доча. Будем тебя ждать. Мысль о том, что я полечу домой, успокаивала меня. Наконец я увижу свою семью и не буду видеть Холода. В Омске он не дотянет до меня свои руки. Настроение поднялось. Вернувшись в гостевую комнату, я увидела накрытый Анной стол около окна. Там был борщ и котлетки. Всё это очень вкусно пахло. Я села и начала есть. Телефон снова звонил, но в этот раз это была моя подруга. – Ев, ты снова пропала?! – И тебе привет, Вик. Я сейчас ем. – Да я поняла уже. Ты снова у Холода? – Да, но не помню как вообще здесь оказалась. – Ев, прости меня, пожалуйста. Я такая дура. Я позвала Марка, но не знала, что он таким окажется. С виду, вроде, хороший человек, но оказался гадом. Он опоил нас всех какой-то дрянью. Когда я проснулась, то пошла тебя искать, а около твоей кровати кровь. Я очень сильно испугалась за тебя. Переживала, что вдруг этот козёл тебе что-то сделал. Дверь входная в квартире сломана. Я догадываюсь, что твой тебя искал и это он сделал. Теперь события в моей голове стали складываться в пазл. Холод украл меня из квартиры ночью, сломав дверь, но что произошло с Марком и почему была кровь? – Вик, мне кажется, что произошло что-то плохое. Ещё и Холод очень сильно злился, что я прочитала его сообщение. – Ев, может тебе лучше сказать родителям, что тебя преследует он? Это же не шутки. Он бандит какой-то и это может быть опасно для тебя. Зачем тебе это всё надо? Я призадумалась. Умом я понимала, что всё, что касается Холода, опасно для меня. Он опасен. – Ладно, Вик, я постараюсь приехать домой. На выходных улетаю в Омск. Родители купили мне билеты. Думаю, что там отдохну от него. – Хорошая идея. Жду тебя дома тогда. – Пока. Ближе к вечеру Холод всё же вернулся домой. Вид у него был очень уставший. – Ева, я могу тебя отвезти домой, если ты хочешь. – Да, пожалуйста. Я и так пропустила учёбу сегодня из-за тебя. Мужчина изподлобья посмотрел на меня, сщурив глаза. – Мышка, у меня был очень сложный день. Давай не будем ругаться сейчас. Я не в том состоянии. – Поехали. Я готова. Мы вышли из дома и сели в машину. По радио играла песня Weeknd-Save Your Tears. Вокруг нас был сплошной лес. Черный Мерседес ехал по дороге. Я любовалась лесом. Он был такой же тёмный, как Холод. Люди, которые терялись в нём, не могли выбраться оттуда. Машина остановилась и мужчина заговорил со мной. – Отстегни ремень и сядь сверху на меня. Я сделала, как он сказал. Руки Холода вцепились в меня, притягивая, чтобы поцеловать. Я сидела сверху, поддаваясь ему. Между нами летали искры. Он кусал меня за губы, жадно всасывая их, пока руки трогали мою попу, сжимая всё сильнее и прижимая к себе. И мне всегда нравилось это, а ему всегда было мало меня. Прервав поцелуй, он отстранился. – Нам нужно ехать, иначе я трахну тебя прямо здесь. Пересаживайся. Оставшуюся дорогу мы ехали молча. Холод начал ускоряться. Сзади нас ехала машина. Кто-то преследовал нас. Мы съехали на другую дорогу, но они продолжали ехать за нами. Холод ударил по рулю. – Суки. Сиди в машине. Я сейчас. Остановив машину, он вышел из неё, заблокировав двери. Рядом остановился чёрный внедорожник, из которого вышли двое мужчин. Я не слышала о чём они говорили, но Холод злился и размахивал руками, что-то говоря им. Достав пистолет из брюк, он выстрелил в них. Я закричала. Мне стало страшно. Тело трясло. Он убил их. В ушах стоял шум, когда он вернулся обратно в машину. Я не слышала что он мне говорил. – Ты убил их. Как ты мог?! Это же люди! – Не задавай мне вопросы, на которые ты не получишь ответа. Это были плохие люди, Ева. Они это заслужили. Я плакала и кричала. – Так нельзя. Это же убийство. Люди.. – Закрой рот. Не верещи. Достав пачку сигарет, закурил, выдыхая дым в окно. Он выбрасывал сигареты и начинал снова поджигать следующую. Проглатывая слёзы, я пыталась совладать со своими эмоциями. Уже около дома, он начал говорить со мной, но мне совсем не хотелось этого. – Я такой человек, Ева. Ты должна принять это. Это моя жизнь. А ты часть моей жизни. Вытерев слёзы, я вышла из машины. – Я не скажу никому, можешь не волноваться. Но я не могу быть частью этого. Сжав руль, он смотрел вдаль, а я шла в подъезд. Он снова курил, заглушая эмоции, а я свои заглушить не могла, потому что это было слишком для меня.