Глава 10
Силища в руках держащего меня неимоверно огромная.
Я как будто прижата к литой скале. Каменный монолит. Горячий как вулкан. Обжигающий, опаляющий до самого мяса.
Потрясённо вдыхаю и едва не проваливаюсь в нирвану от одного жалкого вздоха.
Этот крепкий запах… Мускус пряного тела, роскошное амбре древесного парфюма, немного пота и табака…
Запах опасности и настоящего мужчины.
ЕГО ЗАПАХ!
— Т-т-т-т-тамерлан?! — спрашиваю, заикаясь.
Смеюсь нервно.
Вот же дурочка.
Откуда бы ему здесь быть?!
— Отпустите! — требую.
— Да пожалуйста!
Он ставит меня на пол, разжимает руки и отходит.
Слава богу рядом есть стена. Именно на неё я опираюсь, чтобы не упасть в обморок от сильнейшего потрясения.
Я осторожно смотрю в сторону мужчины.
Какой же он красивый, обжигающе знойный брюнет с крупными, грубоватыми чертами лица. Но в каждой из них чувствуется брутальная мощь самца.
Сегодня на Тамерлане надета чёрная футболка и джинсы. Он одет не так официально, как в клубе, когда я его увидела и уж точно не как в ресторане, когда мама представила мне его как своего будущего мужа!
Зачем он здесь появился?!
Но главное…
— Как ты сюда вошёл?
— Это было несложно.
— Я, что, дверь за мамой запереть забыла? — охаю, прижав ладонь ко рту.
В этот миг противное полотенце соскальзывает вниз и представляю Тамерлану вид на моё обнажённое тело.
— Вот это здесь меня встречают! — присвистывает наглец, потирая ладони.
Его руки даже от простого жеста наливаются здоровенными мускулами, а взгляд становится не просто чёрным.
Бездонным.
Опасным, как бритва!
— Чёртово полотенце!
Я вспыхиваю как свекла и наклоняюсь за мокрым полотенцем.
Но мерзавец действует быстрее и пинает влажный комок дальше по коридору.
Ах, теперь я не могу ничем прикрыться.
— Отдай полотенце! — требую рассерженно.
Я выпрямляюсь и… чёрт…
Он шагает ко мне.
Подняв лицо, я так и застываю в неудобной позе. Хватаю воздух ртом, потому что взгляд… зависает на уровне здоровенного бугра, от которого ширинка на джинсах топорщится, как гора.
Во рту мгновенно становится сухо.
Глаза расширяются.
Чёрт, я забыла, какой огромный у него член…
Удивляюсь, как он его в меня запихивал и не порвал этим орудием для пыток.
Внезапно на плечо ложится большая ладонь.
— Хороший приём… Одобряю! — хмыкает и потирает мои губы большим пальцем. — Можешь там и оставаться, только раскрой пошире.
Словно во сне я вижу, что свободной рукой Тамерлан сдёргивает футболку, подтягивая наверх и отстёгивает пуговицу на джинсах.
Блин, что творится?!
Его крупные пальцы ловят язычок молнии и расстёгивают ширинку, а там… ткань боксеров трещит по швам от напора.
— Только опустись полностью на коленях. Стоишь раком, сосать неудобно будет, горло быстро устанет… — говорит как ни в чём не бывало.
Хлоп! Меня словно по щеке огрели грязной, мокрой тряпкой. Аж в ушах начало звенеть.
Я думала, что краснеть больше не получится. Но теперь я была охвачена пламенем стыда, прямиком до почерневшей корочки.
Как только не обуглилась и не стала пеплом.
Подонок… предложил сосать ему.
Сосать.
Я игнорирую возбуждение.
Отскакиваю в сторону и за неимением прочего прикрываю одной ладонью грудь, а второй — треугольник между ног.
— Твои дыньки этим не прикроешь.
Я делаю ход влево, Тамерлан движется в том же направлении. Но это был обманный шаг, и я отступаю вправо, прошмыгиваю мимо бугая здоровенного. Прямиком в свою комнату!
Закрыть дверь не получается, потому что будущий отчим вальяжно движется следом и замирает на пороги моей спальни.
Его чёрный взгляд движется по обоям, с дурацким детским рисунком. Последний раз в моей комнате мама делала ремонт лет десять назад. Или даже больше.
“Ну а чего здесь красоту наводить? Всё равно гости не заходят!” — такой был аргумент у родительницы.
— Какого чёрта… Как ты вломился?!
— Мама говорила, что ты воспитанная. А ты ругаешься и трясёшь сочными булками так, что напрашиваешься на беду.
Словно бы я не видела, какие масштабы у его бедствия! Тамерлан проводит ладонью по ширинке.
— Ну что, в рот возьмёшь или рачком загнёшься?* Смотрю, в коридоре у тебя неплохо получилось.
Мои пальцы трясутся, как у пьяницы при сильнейшем похмелье. Я дёргаю халат с гвоздика, слыша треск ткани. Всё, теперь ещё и дырку зашивать придётся. Но хоть как-то прикрою тело, а потом… потом…
Как же сложно собрать мысли в кучу, когда воздух в комнате отравлен присутствием Тамерлана, его знойным запахом и сексуальной энергетикой.
Он же ходячий секс! Машина по соблазнению.
Ради таких как он и под поезда бросаются, и мужей с детьми бросают.
Я плотно завязываю узелок на халате и поднимаю руки, скручивая мокрые волосы в высокий хвост.
Капли воды стекают по шее, мочат тонкий хлопковый халатик, заставляя его прилипнуть к коже и подчеркнуть заострившиеся холмики сосков.
Через миг я оказываюсь придавлена к дверце старенького шкафа, и она так противно скрипит, скрипит от того, что Тамерлан вдавливает в него моё тело.
Я дёргаюсь, желая вырваться. Смотрю в его глаза.
Совершаю ужасную ошибку!
В его глазах только одно желание — брать и подавлять волю. Трахать.
Он вводит меня в оцепенение. Я словно кролик перед голодным удавом.
Пытаюсь сбросить наваждение его властного взгляда.
Он резко хватает меня за подбородок и наклоняется.
Отворачиваю голову в сторону резко. Его губы чиркают по шее. Он резко втягивает воздух и… прикусывает мочку уха, посасывая.
Слабый стон вырывается из моих губ. Я торопливо маскирую его криком недовольства и ныряю вниз.
Тамерлан остаётся стоять у шкафа, напирая на дверцу мощным плечом.
— Не смотри-ТЕ на меня так! Я дочь вашей будущей жены. Ещё раз спрашиваю! Как вы сюда вошли?!
Тамерлан смеётся низким, хриплым смехом. Потом слюнявит большой и палец и делает вид, что гасит его об меня.
— Да ты горячая штучка! П-ш-пш-ш…
Нужно дышать и игнорировать его похотливый настрой.
— Как вы сюда вошли? Я помню, что запирала дверь.
— Если мне что-то нужно, замки не преграда. Так… — фыркает. — Ерунда.
— То есть вы признаётесь, что взломали… вскрыли замок?! Да по вам тюрьма плачет! — возмущаюсь.
— Ага, и рыдать ей ещё лет сто.
— Я позвоню и пожалуюсь…
— Не смеши. У меня полгорода куплено. Над тобой посмеются!
Опять он оказывается прав. Конечно, он криминальный авторитет, а я для него лишь глупышка, к словам которой никто не прислушается.
Игнорирую его близость и насмешливый взгляд. Крепко свожу колени, злясь, что халат слишком короткий и открывает вид на мои бёдра.
Именно там и шарит тёмный, голодный взгляд Тамерлана. Заставляют меня намокать, вспомнив, чем я занималась, перед его приходом.
Или… быть может, он даже стоял под дверью ванной комнаты и слушал?!
Какой кошмар.
Как же стыдно…
— Я так и не услышала, зачем вы здесь?! Если вы что-то хотели, я позвоню маме.
— Мама нам с тобой ни к чему…
Я наблюдаю за каждым его движением. Чувствую опасность и ломаю голову над тем, зачем он пришёл.
Настоящую цель его визита знает только Тамерлан.
Только говорить не собирается.
Смотрит по сторонам, всюду ныряет взглядом, останавливается напротив стены с фотографией: детская, там я рядом с мамой, когда мы гуляли в парке. Хорошо помню этот день. Я так хотела шарик, у всех детей были, и мне тоже хотелось! Но мама сказала, что денег на шарик у неё нет, она попросила у кого-то сфотографироваться для меня.
Мы гуляли по парку, аттракционы были для меня недоступны — опять же, денег у мамы не было. Я поиграла в песочнице, где песка почти не было, потом мы пошли домой, а по пути мама заскочила в магазин.
Она купила бутылку вина, коробку конфет и леденец на палочке для меня. Тем же вечером к нам заглянул один из её ухажёров, вот тогда-то я и узнала, что женщина может громко охать от того, что мужчина ей промеж ног кое-что присовывает…
Теперь вот новый ухажёр моей мамы стоит в моей комнате и это злит… Злит до слёз. Проваливал бы отсюда, холёный, модный и богатый!
Что он вообще нашёл в браке с моей мамой?! Они же по статусу друг другу не подходят.
Или две волшебные красные полоски на тесте — это решение всех проблем?!
Он же не похож на тех, кто женится на “залетевшей” девушке…
Но и мама не похожа на ту, что могла бы шантажом затащить мужчину в брак.
Так что их связывает?!
Может быть, любовь…
Аж смешно становится от этой мысли…
— Ты на мамку не больно похожа, — выдаёт Тамерлан.
— Вы пришли только затем, чтобы сказать это? Я в папу значит, пошла, лицом.
— Хорошо, что не фигурой.
— Очень смешно. Думаю, приём шуток окончен. Вы очень смешной. Мне было весело. Можете идти! — говорю с ядом в голосе.
Он мгновенно оборачивается, как будто на меня бросился сильный, мощный хищник.
Комнату пересекает махом и толкает меня на кровать.
— Ты чё, дерзкая такая?
Громадная ладонь пережимает горло, лишая возможности дышать. Он наклоняется и дышит прямо мне в губы.
— Не разговаривай со мной в таком тоне, девочка. Я полгорода могу раком нагнуть. Никто пасть не разевает. Никто. Поняла?
Быстро-быстро киваю, глотаю слёзы. Паника накрывает с головой. Хочется, чтобы он поскорее ушёл.
Зачем он вообще здесь появился?!
Зачем?!
— Отпустите… — хриплю, пытаясь выбраться.
Тонкий халат съезжает в сторону, обнажая грудь. Её сразу же начинает жечь от пристального, алчного мужского взгляда.
Малейшая неосторожность — и я словно под бетонной плитой.
Похотливый мужлан заметил всё.
— К тому же на тебе нет трусов… Как будто на трах готовилась, — размышляет вслух.
— Я просто умывалась…
— Днём? Чистюля, что ли? Или чем другим в душе занималась, а? Признавайся. Или… накажу.
— Отпустите.
— Говори, — ухмыляется грязно. — Я ведь всю правду из твоего тела узнаю. Как на допросе выпытаю. Ну что блудила пальчиками? Да?
— Нет! Я ничем таким не занимаюсь…
Тамерлан отпускает меня. Я быстро отскакиваю от него. Но недалеко.
Он перехватывает и бросает меня лицом вниз, на кровать, взбирается сверху и задирает халат. Его пальцы мгновенно вонзаются между ног, щупая увлажнённые складочки.
Пускает ток прямиком в мою кровь…
Грубо и резко всаживает в изнывающую щель два пальца.
— Охуеть, в самом соку… Надо же! Ничем таким на занимаюсь, — передразнивает.
Давит ещё сильнее.
Из-под него точно не получится выбраться!
Слышу, как жужжит его молния.
Громко. Соблазнительно. Аж пальчики на ногах поджимаются…
Бред! Очнись… Боже, что он собирается делать?! ЧТО?!
— Забыл сказать. За враньё наказываю… — говорит хрипло и приставляет головку толстого члена к моей заднице.