Глава 16
— Милый? А ты что здесь делаешь? — мать невинно хлопает наращенными ресницами, включая дурочку.
— Пришел узнать в чем была причина выкидыша, — черные глаза авторитета вспыхивают опасным заревом.
Мама бледнеет.
Может самое время вмешаться и сказать правду.
Или она заставит меня убить ребенка… А я так не могу. Не хочу убивать мою крошечку! Аборт — это не выход. А что, если я потом не смогу иметь детей?
Я набираю в легкие воздуха и кричу:
— Я беременна! От тебя, Тамерлан! Это правда! Я не вру. Через месяц можно сделать тест на отцовство…
— Что? — он с трудом анализирует всю суть происходящего. Смотрит на нас как на пациентов психбольницы.
— Не вру, как некоторые, — адресую ядовитый взгляд раскрасневшейся мамочке.
— Дина, можно тебя на минутку? — лелейно шепчет она.
Не дожидаясь ответа, мама хватает меня за запястье и выводит в коридор. Толкает спиной к стене, зло шепчется в ухо.
— Не смей говорить Таму о том, что моя беременность была липовой! Ясно!
— Или что?
— Или… Или… — не может подобрать убедительный аргумент. — Ну не говори! Он разозлится и убьёт меня за ложь! Он ведь бандит!
Я вздыхаю. Голова сильно разболелась.
Хочется тишины, покоя и новой жизни.
Лучше новое тело и новую судьбу для меня.
Решаю действовать по-хитрому.
— Ладно, я не буду ему ничего говорить, если ты… прекратишь настаивать на аборте. Поняла?
— Л-ладно, договорились. Но что же будет дальше? Ты хоть понимаешь? Ты будешь рожать? А как же я? Он бросит меня. Разорвет брак. Я впервые так сильно влюбилась…
Закатываю глаза.
— Я не претендую на ваш брак. Я просто не хочу убивать ребенка. Живите, как хотите. Тамерлан может вообще отказаться от ребенка. Я буду растить и воспитывать его сама. Найду выход, что-нибудь придумаю. Просто не могу лечь под нож, понимаешь?
Я люблю детей. Мечтала однажды стать воспитателем. И да, я всю жизнь мечтала стать мамой. Мечтала о большой, дружной, главное, полноценной семье. Ведь у меня такой никогда не было. Даже, если мерлан откажется от малыша, я не сдам его в детский дом. Я буду вести себя лучше, чем моя мать. Дам своему ребёнку все то, чего была лишена сама. На чужих ошибках учатся.
Тамерлан нервничает, поглядывая на часы. Смотрит на нас и словно мысли читает на расстоянии.
— Ну ладно, договорились.
— Пошли, расскажем ему правду.
Мать злится, трясется от злости как наркоманка, но все равно идет вслед за мной. Теперь моя очередь… Боже, как я волнуюсь. Боюсь, что здоровила меня на месте придушит.
Сделав глубокий вдох, произношу:
— Я беременна.
— Я слышал, — как-то на удивление спокойно, в своей привычной манере пофигиста, отвечает мужчина.
— Да? И ты такой спокойный?
— Мне что вытащить из кармана пушку и начать по стенам гатить?
От удивления я рот даже открываю.
Вот придурок!
Ладно, ближе к делу. Мне плевать на недоноска. Пусть даст мне денег и я вообще из города уеду.
— Не хочу рушить ваш брак но и аборт делать не буду. Ты можешь отказаться от ребенка. Я сама как-нибудь…
Внезапно Тамерлан взрывается громким смехом.
— Вы серьезно? Какой-то цирк. Не разводите меня?
— Нет, — говорю, не замечая, как на ресницах выступают слёзы.
— Представление закончено! Собирай шмотки, Регина. Дина — на выход. Мы возвращаемся домой. Мне нужно покурить, подумать и принять решение.
***
До самого приезда в квартиру в машине царило железное напряжение. Мы ехали молча. Тамерлан сидел за рулём, а я с мамой на заднем сиденье. Забилась подальше от нее в угол и смотрела в окно. А ещё краем глаза заметила, как у мамы тряслись руки. Она быстро полезла в сумочку и загремела баночкой с таблетками, судя по звукам. Надеюсь, она не пьет сейчас те самые таблетки, от которых у меня возникли галлюцинации и жажда секса. Ужас… Вспоминать тошно.
Приехав домой, мы поднимаемся на этаж, в нашу квартиру. Мама быстро бежит ставить чайник, а я хочу закрыться в комнате и немного поплакать. Я ведь всего час назад узнала, что беременна от страшного человека. Что теперь со мной будет? А если Тамерлан принял решение — избавиться от ребенка? Против его воли и силы я точно не смогу ничего сделать. Он все равно добьётся своего.
Пока еще тяжело поверить, смириться с тем, что я стану мамой. Осторожно кладу ладонь на живот, нежно его поглаживаю. Да, я ещё слишком молода, с виду, чтобы рожать ребёнка, но внутри достаточно взрослая, чтобы не совершить глупость — прервать беременность.
Это ужасно. Это чудовищно. Там ведь крошечка маленький внутри поселился. Маленькая частичка меня. Я не монстр какой-то, чтобы убивать человека. Свою родную кровинку! Если Тамерлан выберет лучший вариант — убить ребенка, то пусть убивает вместе со мной. Я не лягу добровольно под нож.
— Вы, обе, садитесь за стол, — гремит грозный голос на всю кухню.
Мы покорно опускаемся на стулья, усаживаясь напротив Тамерлана. Сидит себе такой великан, царь жизни, своими черными, как зола, глазами жжет в тлен то меня, то маму. Очень страшно становится от его мощной, звериной энергетики.
— Я обдумал нынешнюю ситуацию и пришёл к выводу, — Тамерлан замирает взглядом на маме. — Раз ты, Регина, больше не беременна, мы разводимся.
Ого!
Вот это заявление.
Я почти свалилась на пол со стула.
— Что? Тамик, к-как это? Ты с-серьёзно?
— Да. Собирайся. Едем к нотариусу.
— Нет, Тамерлан…
Мужчина резко встает на ноги.
Что ж, прекрасно поговорили.
Разговор длился не больше минуты.
Тамерлан Хаджиев — самый сложный и характерный человек, которого я когда-либо встречала на своем жизненном пути.
Он не слушает мамины всхлипы и отчаянную болтовню, идет к выходу. Замирает, словно что-то забыл, оборачивается, взглядом впиваясь в меня:
— Дина, ты с нами.
— Э-э, зачем я вам?
Звучит как-то странно.
Мурашки по коже рассыпаются как битое стекло.
И мой вопрос также остался без ответа.
— У вас три минуты. Я жду на улице. Не выходите — обе пожалеете.
Властным, но сдержанным тоном пробормотал он, грохнув дверью.
Что ж, намерения в его демонических глазах меня убедили. Надев кроссовки, я вскочила следом за ним. Не хочу оставаться с мамой наедине. От греха подальше. Особенно сейчас. Выглядит она не лучше восставшей из могилы мумии.
***
Мы снова оказываемся в навороченной тачке бандита. Мчимся по дороге на приличной скорости, ловко маневрируя на поворотах. Вскоре, автомобиль останавливается напротив современного здания, высотой в небоскреб.
На лифте поднимаемся на седьмой этаж и оказываемся в кабинете нотариуса. Войдя внутрь, я осматриваю большое и светлое помещение, а потом вижу знакомое лицо — того самого человека, который регистрировал брак мамы и Тамерлана.
— Добрый день, Регина Витальевна. Присаживайтесь, — указывает мужчина в темно-сером костюме на стул, стоящий напротив него.
Мама едва шевелит ногами. Невооруженным взглядом видно, что она это делает через силу. Я же отхожу в глубь комнаты, забиваясь в угол, притворяюсь мышкой, наблюдая за процессом со стороны.
Интересно, что же будет дальше?
А если бы мы обе оказались от него беременны?
По-настоящему?
Стоп! Не хочу даже об этом думать. Просто жесть.
С другой стороны, хорошо, что мама соврала насчёт беременность. А с другой стороны… Тамерлану вообще, с виду, было плевать на всё. Что у него интересно в голове творится? Он даже не посочувствовал маме во время выкидыша. Понятно, что она соврала, но ведь не знал. Или… знал?
Я вообще запутался. Моя жизнь превратилась в дурдом.
— Распишитесь, Регина, вот здесь… — бурчит нотариус, тыкая ручкой в бумаги.
— Тамерлан, ну пожалуйста, — унижается она. — Я же тебя люблю! Не поступай так со мной.
Тамерлан, скрестив ручищи на груди, молча наблюдает за происходящим. И в этот раз он пропускает мольбу мамы мимо ушей.
Точно, у дикого зверя нет ни сердца, ни души.
Или он просто робот бездушный.
Чистокровный пофигист.
— У тебя нет сердца, — тихонько шепнула она и всё-таки расписалась.
Мама нехотя ставить подпись как будто под дулом пистолета. Она знает, что её ждет именно такая участь, если она будет сопротивляться. Ведь она связалась с бандитом. Спорить, умолять бесполезно. Авторитету это не надо. Жалость его не цепляет.
— Скажите, а мне полагается какая-то доля при разводе? — невинно хлопает она ресницами, отдавая обратно бумаги.
— Нет. В прошлый раз вы также подписали отказ, что не претендуете ни на копейку наследства господина Хаджиева.
— Зараза, — тихо шипит она себе под нос, скрипя зубами.
Нотариус поворачивает голову в мою сторону:
— Теперь вы, Дина, присаживайтесь.
— Что? Я? А я тут причем? — недоумеваю, оглядываясь по сторонам, словно в кабинете находится ещё одна девушка с именем Дина.
— Подойдите, вы тоже должны расписаться.
— Не спорь, — буркает Тамерлан.
Подхожу ближе.
Да и черт с ними!
Распишусь, лишь бы отстали. А потом, когда все закончится, сбегу.
Не могу больше так жить. Надоело.
— Вы распишитесь вот здесь, — тыкает мужичок ручкой в пустое поле с прямой линией. Пожав плечами, я ставлю свою роспись в указанном месте, лишь потом поднимаю глаза выше и ужасаюсь, прочитав большими буквами словосочетание “Свидетельство о заключении брака”.
— Что?!
Ручка падает из моих рук, я резко бледнею.
— Тамерлан, вы тоже распишитесь.
Тамерлан оказывается рядом со мной за секунду. Быстро чиркает ручкой рядом с моей росписью и хищно ухмыляется.
— Да что происходит?
У меня сдают нервы.
— Теперь ты моя жена, Дина, — коварно ухмыляется черноглазый мерзавец. — Ну что, поцелуешь мужа?
Здоровяк хватает меня за талию и притягивает к себе, клеймя мои губы жестким поцелуем.
— Пусти, чудовище! Пусти! — брыкаюсь изо всех сил, но меня грубо встряхивают, резко приводя в чувства.
— Ты беременна, а раз так, то я женюсь на тебе. Типа обязан.
Позади слышатся горькие всхлипы.
Мама ревет, сидя в углу, вытирая слёзы платком.
Её мечты разбиты вдребезги. Она снова осталась одна, без мужика, и без безлимитной золотой карты в кармане.
— А если я не хочу! Выходить за тебя замуж? — прыскаю гаду в ответ.
— Да кто тебя спрашивает? Я говорю, ты делаешь.
Он больно хватает меня за локоть и ведет к выходу.
— На сегодня всё. Поехали.
— Не хочу, отпусти! Пусти! — все еще брыкаюсь, но меня тащат как котенка за шкирку.
— Помолчи. В тебе мой наследник. Родишь его — потом вали, куда хочешь. Можем развестись. Я буду тебя обеспечивать, оплачу лучших врачей. Считай это ответственностью с моей стороны, вклад будущего отца.
Закатываю глаза. Вот не верю в эти наглые словечки, сказанные напыщенным голосом.
Мужчина заталкивает меня в машину, сам следом заскакивает. Двери хлопают и блокируются. Мне не вырваться! Я стучу ладонями по стеклам, дергаю за ручки — бесполезно. Я в плену.
Мощный зверь рычит, срываясь с места. Мама где-то потерялась по дороге, но Таму на это плевать. Как вдруг, стройная фигурка с пышными волосами выскакивает прямо на дорогу. Бандит дает по тормозам.
Окошко со стороны водителя ползёт вниз, я слышу горьки голос мамы.
— Я бы хотела извиниться, — скулит она, унижаясь.
— Хорошо, — с безразличием отвечает ее бывший муж. — С дороги проваливай.
— Я бы хотела тебя попросить, Там, можно я с вами пока поживу? За Дину переживаю, она такая молодая, теперь еще и… б-беременна. Буду помогать ей по хозяйству, присматривать. Хорошо?
Выглядываю из-за спинки кресла. Замечаю, что по щекам мамы катятся слёзы. Она смотрит на мужчину как кот из “Шрека”. Невозможно устоять, тем более, наорать. У нее всегда здорово получалось манипулировать людьми.
На пару секунд виснет тишина.
Тамерлан обдумывает предложение.
Но вскоре отвечает:
— Ладно, только это временно, Регина. Потом ты пойдешь своей дорогой.
— Разумеется, — сжимает она челюсти, когда Там отворачивается, переводит взгляд на меня, глядя… слишком грозно. Исподлобья. От этого странного взгляда сердце ёкает в груди.
— Ну запрыгивай в тачку, чего застыла?
— Да, да. Я сейчас, — довольно взвизгнула мама, юркая в роскошный салон.
— Дина переедет ко мне немного позже… В доме был ремонт, запах краски еще не выветрился. Пусть пока всё остается так, как есть.
— Солнышко моё, мои поздравления! Я так рада за тебя, за вас, доченька!
Такого я не ожидала.
Мама набрасывается на меня с объятиями и начинает расцеловывать щёки. Я сопротивляюсь, уворачиваясь от наигранных “чмоков”, а сама про себя думаю, что хрена с два я буду прыгать под их дудку!
Они совсем спятили.
Что мама, что Тамерлан.
Особенно Тамерлан!
Захотел, одну потрахал. Захотел, другую.
Захотел — женился. Захотел — развелся.
И потом снова женился.
Как они достали!
Странные у него бзики, дебильные.
Неужели он это только ради ребенка делает?
“Под венец тащит”.
Да уж, прям порядочный педант. Отец года, блин!
Меня уже это всё в край достало, пора бежать…
Кругом цирк сплошной, тошниловка самая настоящая.
Реалити шоу отдыхают.
Отлично, значит пока не потащит в свою берлогу.
Самое время придумать план и сбежать…