ГЛАВА 15

Но после завтрака в полном молчании, Джабар по–отечески целует меня в лоб и, поблагодарив Марту за восхитительный омлет, уходит. Не понимаю, что между нами творится. Муж меняет ипостаси со скоростью света, отчего у меня голова кружится, и появляются дурные мысли. Но я должна быть решительной и идти до конца. Я не знаю, какую тактику выбрал Джабар, но я подстроюсь, найду тропинку к нему и… И в итоге проиграю эту битву. Он четвертует меня за обман. Устроит кровавую казнь. Я не сомневаюсь. Будь я уважаемым боссом криминальной вселенной, я бы обязательно захотела прилюдно доказать свой авторитет и расправиться с лжецом. Боже. Проглатываю последний кусочек теплого омлета, обтираю рот салфеткой и откидываюсь на спинку стула. В животе урчит. А по легенде должен ворочаться малыш. И желательно сын. Джабар ясно дал понять, рождение дочери для простых смертных людей. А он бог. Как же мне хочется поболтать с кем–то из близких людей. Излить душу, открыться и просто почувствовать себя самой собой. Без фальши и прочего. Первая пришедшая на ум идея: связаться с Миленой. Судя по короткому телефонному разговору Джабара десять минут назад, она и ее муж в Адове. Скоропалительно примчались из Лихтинска, не смотря на поздний срок беременности. Интересно, для чего. Но ведь это знак небес, да? Милена единственная поймет меня сейчас. Ведь когда–то она не побоялась подобраться к сердцу монстра и растопить в нем лёд. – Что–нибудь еще? Марта убирает тарелки со стола, складывая их башенкой. – Нет, спасибо. Я прогуляюсь по двору немного. – Погода отличная. Но к вечеру будет лить дождь. Уж больно птицы беспокойно себя ведут. Ничего не отвечаю. Встаю, натягиваю рукава кардигана донельзя и не торопливо иду на улицу. Лодыжка все еще ноет, но уже терпимо. Почти не испытываю дискомфорта, когда наступаю на всю стопу. Ох,…лицо обдает обманчиво теплым воздухом. Марта, права, осенний ветер пригонит сырость. И уже скоро. Озираюсь на высокое крепкое дерево у забора с южной стороны. Никогда такого величественного создания не видела. Только в книгах читала и в кино наблюдала. Направляюсь к порыжевшему великану, становлюсь под пышную расписанную яркими красками крону и вспоминаю о простых радостях, которые чуть позабылись. Мои поездки в публичную библиотеку были целым событием. Я наряжалась, душилась любимыми духами. Мы с Николаем Генриховичем могли несколько часов обсуждать прочитанные истории. А теперь что? Я заточена в прекрасной темнице с конченым грешником. И даже с родными не могу повидаться. Карина, конечно, будет сообщать мне о здоровье папы, но это совсем не то. Да и мама. Она же беспокоится только о своих орхидеях, Аристархе и о мнении общества. А я где–то там, в конце ее списка. Но она любит меня. Пускай и так странно. Из глубокого кармана доносится голос любимого рок–исполнителя. Сую руку, достаю телефон и вижу имя «Милена». Первое чувство: неверие. Неужели она умеет читать мысли на расстоянии? – Привет. Стараюсь говорить ровно, без резких скачков интонаций. – Здравствуй, Агата. Как поживаешь? – Нормально. Опускаю голову, ковыряю носочком балетки коротко постриженную травку. – По голосу и не скажешь. – Выдыхает. – Я тут по торговому центру гуляю, убиваю время, так сказать, пока наши мужья заняты делами. Присоединишься? Недолго размышляю. – Конечно. – Только предупреди мужа. – Да, обязательно. – Тогда до встречи. Подставляю лицо игривому лучику света, обогнувшему пуховое облако и ловлю легкое облегчение. Может быть, у Милены и нет суперспособностей, но она точно обладает какими–то паранормальным даром. Более уверенным шагом возвращаюсь в дом, переодеваюсь в удобные джинсы, удлиненный свитер и белые кроссовки. Перед выходом, накидываю кожаную куртку. Грозный солдат Джабара уже получил приказ от босса сопровождать меня в город. Я очень ласковым тоном попросила мужа отпустить меня на встречу с Миленой, и он дал добро. Естественно, без охраны я и метра не ступлю. Но это незначительный пустяк. Я хотя бы ненадолго выберусь на волю и чуть–чуть перезагружусь. – Включить музыку? Вопрос водителя, тире, охранника вгоняет меня в ступор, когда я оказываюсь на заднем сиденье и собираю волосы в высокий пучок. – Наверное. – Пожимаю плечами, зависнув руками над макушкой. – Меня зовут, Рим. – Очень приятно. – Давайте сразу разъясним одну вещь: вы безоговорочно меня слушаетесь. Это важно, когда дело касается безопасности. И он туда же. Но спорить не стану. Я жена босса мафии. Так положено. – Хорошо. Больше не сказав ни слова, включает радио, и я с кроткой улыбкой слушаю песню группы «Bullet For My Valentine». Кажется, сегодня мне благоволит некто свыше. Спустя полтора часа, я добираюсь до торгового центра и нахожу Милену около магазинчика для мам и малышей. Не удивительно. Ее слегка пугающий двухметровый спутник тащит четыре, битком набитых пакета, а она одну крошечную сумочку на тонком ремешке. – Агата! Девушка переваливается уточкой, но умудряется крепко обнять меня за шею. – Выглядишь, эм… Подбираю подходящее слово, оглядывая ее с ног до головы. Живот огромнейший. Просто немыслимо! А сама она светится счастьем и любовью. – Толстой и неуклюжей? – Что ты! – машу рукой. – Ты великолепна. – Я только что испытала самое сильное унижение. Он, – отгибает большой палец и тычет в солдата за спиной, – надевал мне туфли. Я хихикаю, представляя это действо, а Милена подхватывает мой истеричный смешок и тоже улыбается. – Вот если бы он тебя в руках нес, другое дело. – Не поверишь, пытался это провернуть. Я его чуть сумкой не огрела. Опять смеюсь. Милена берет меня под локоть и ведет в уютную кофейню, где мы усаживаемся на кожаный диванчик, заказываем горячий шоколад с милыми маршмеллоу в виде сердечек. – Ну, рассказывай. Как дела с мужем? – Нормально. – Меня бесит это слово. Не говори больше. А то я разозлюсь и рожу прямо здесь. – Не надо! – распахиваю свои серо–голубые глаза. – Не смей. – Ха, тогда говори правду и только правду. Хочу знать всё. Сама понимаешь, я живу со старшим представителем этого тестостеронового семейства и до чертиков обожаю обсуждать их ошибки и промашки. – Да особо нечего рассказывать. Я всего пару дней живу в доме Джабара. Скучаю по прошлой жизни. – Ничего. Вот родишь, и все изменится. Джабар классный. У него невероятно доброе сердце. Вот, например, вчера, он позвонил Дариусу и сказал, что им срочно нужно увидеться. Дариус моментально организовал частный самолет и притащил нас в Адов. Думаю, они оба скучают друг по другу, хоть и не признаются в этом вслух. – И тебе не страшно было лететь? Ты ведь на восьмом месяце? – Пф, у наших мужей всегда есть подстраховка на экстренный случай. Да и Дариус бы ни за что не оставил меня одну в Лихтинске. – Значит, все братья в Адове? – Ага. Она осторожно потягивает горячий напиток, а я отчего–то обвожу пальцем ободок фарфоровой чашки и витаю в бессвязных мыслях. – Эй, ты чего? – Милена трогает меня за запястье. – Так, задумалась. Улыбаюсь ей и отбрасываю нехорошее предчувствие. Мы принимаемся болтать о девчачьих штучках, делиться новостями и через час вполне счастливые покидаем торговый центр. В одиночестве, в бронированной машине, я не перестаю сиять и прокручивать в голове встречу с Миленой. Рада, что она в Адове. Надеюсь, задержится на денек другой. Рим блокирует двери, чем вызывает непрошеные мурашки. Обычное действие, но я невольно ёжусь. Заводит двигатель и выезжает с забитой до отказа парковки. – Как скоро мы будем дома? Придвигаюсь, смотрю на серьезного водителя с необычной внешностью. Раскосые глаза, широкие брови, на одной из которых красуется выбритая прореха и тонкие, почти незаметные губы. – Не волнуйтесь, доберемся без проволочек. Окей, говорю про себя, снимаю куртку и расслабляюсь. Вот только более чем отчетливо понимаю, мы сворачиваем не туда, куда надо. Плохо знаю город, но маршрут до дома запоминаю моментально. – Рим, вы решили ехать другой дорогой? Не реагирует. Даже той самой отличительной бровью не ведет. В груди безбожно барабанит сердце. Всё быстрее и быстрее. Я поочередно дергаю дверные ручки и ловлю дикую панику. Мне не выбраться из машины. Попала, так попала… В окне показывается какой–то заброшенный завод. Ржавые высоченные трубы пронзают закатное небо. Я будто в Кошмаре на улице Вязов. Вот–вот появится Фредди и забросит меня в топку. Горло перетягивает невидимая проволока, не могу дышать. Джип тормозит у металлических дверей, возле которых стоят амбалы в черных плащах. – Рим, пожалуйста… Бормочу, а толку? Он вылезает наружу, откидывает дверь и хватает меня за щиколотку. Я громко кричу, но ему плевать. Ни единой эмоции на лице. Вырываюсь, попадаю ногой ему в живот, а он лишь усмехается злорадно и тянет меня к себе с бОльшим рвением. Я вот–вот вывалюсь на землю и отобью копчик или позвоночник сломаю. – Заткнись. – Рычит Рим и, скрутив меня руками, вытаскивает из салона. – Или хуже будет. – Умоляю! Пожалуйста! Заносит меня в старый темный тоннель. Быстро добирается до просторного заводского помещения. На цепях подвешены Ирина Брониславовна и Карина. Их ноги едва касаются пыльного, усыпанного мелкими камешками пола. – Что? – брыкаюсь в руках Рима. – Что, всё это значит?! Рим встряхивает меня и бросает в кучу строительного мусора. Кусок кирпича впивается мне в бок и кажется, надламывает ребро. Боль зверская, но я не могу отвести глаз от безвольных тел в паре метрах. – Ты думала, я ничего не узнаю? Из тьмы показывается Джабар. Уничтожает меня смертельным взглядом. С ним Дариус с Даниэлем. Все трое выстраиваются в ряд, одновременно суют руки в карманы, а я…