ЭПИЛОГ. Джабар

Три года спустя – О боже! О боже! Моя девочка громко стонет сидя на моем лице. Я вылизываю ее сочные складочки, крепко держа за упругую задницу. – Джабар!!! Кричит на всю спальню мое имя и ёрзает бедрами вперед–назад, вслед за моим горячим языком. Я сладко причмокиваю, глотаю все ее вкусные соки и сосу клитор до одури. Она трясется, но не перестает двигаться и время от времени скакать на мне. Пришлепываю ее аппетитные ягодицы, и она еще сильнее стонет. Разрядка близка. Мучаю кончиком языка набухший бугорок, ввожу два пальца в тугую дырочку. В ответ получаю отборное ругательство. Да–а–а, моя малышка! – Я больше не могу…– хнычет, запрокинув голову назад. Без особого труда укладываю ее на лопатки и вгоняю член до упора. Сразу, весь. Она вся выгибается. Розовый сосок прямо у моего рта. Втягиваю, грызу, облизываю. Слышу плач удовольствия. – Нравится? – трахаю ее на бешеной скорости. Колени в матрасе дыру проделают. – Сильнее! – просит Гномик, и я схожу с ума. Хватаюсь за кованое изголовье и разгоняюсь до шума в башке. Член трется о стенки влагалища, унося меня на хрен на орбиту. Даже не соображаю, что творю. От лютого кайфа темнота перед глазами. – А! – вскрикивает Агата, прикусывает ребро ладошки. Ударяю по ней, чтобы орала во всю глотку. Хочу упиваться моментом и слышать ее дивные крики. Малышка скрепляет руки над головой и полностью отдается мне. Накрываю ее сиськи ладонями, жадно вонзая пальцы в нежную кожу. Она еще больше прогибается. Раздвигает ноги шире. Для меня. Для своего мужа. Встряхиваю шевелюрой, будто дурман сбрасываю и, сжав ее твердые соски, трахаю до пульсации мышц в бедрах. Какая она охуенная. И только моя. Плевать на судороги, на дрожь во всем теле. Хочу ее всегда и везде. Каждую чертову минуту. Эта недельная разлука, чуть не стоила мне жизни. Реально готов был покончить с собой. Но мысли о нашей встрече, о том, как я буду ласкать ее, целовать и заставлять орать мое имя, не давало вздернуться. И вот я вернулся… Агата даже не успела «привет» сказать. Я притащил ее в спальню, сорвал милое платьице в горошек, нагнул раком, и трахнул, не раздеваясь. Сейчас у нас уже третий заход. Надеюсь, моя девочка не потеряет сознание. Хотя я знаю чем ее привести в чувство. – Джабар!!! Распахивает голубые глаза и открывает соблазнительный рот. В нем мой член еще не успел побывать. Но поправимо. У нас вся ночь впереди. – Давай, детка. Покричи, как следует. Через секунду она бьется в бесподобных конвульсиях, норовит отбросить меня подальше. Держу крепко, имею медленно. Любуюсь диким оргазмом, который сначала сковывает ее, а затем плавно отпускает. Мышцы внутри нее сильно смыкаются. Мой член в тесном плену. Толкаюсь четче, глубже и сам кончаю так, что искры летят. Долблюсь резко, выжимая из себя всё без остатка. Агата запускает пальчики в мои лохмы и подается бедрами мне навстречу. Любимая моя…единственная моя… – Ты похож на Кхала Дрого. Необузданный дикарь. Варвар с большим сердцем. Падаю на нее. Опустошен полностью. Она гладит мою спину и вновь возвращается к распущенным волосам. – Я скучал по тебе. – Шепчу куда–то в пустоту. Щекой прижимаюсь к ее груди с отпечатками моих пальцев. – Знаю, – целует в макушку, – я тоже скучала. – В следующий раз поедешь со мной. Это хреново воздержание плохо на мне сказывается. – А я думаю, наоборот. Хихикает тихонько. Приподнимаюсь на локти. Она прямо передо мной. Лицо розовое, глаза осоловелые. – Затрахал тебя? – Совсем немного. – Дергает блестящим от пота плечиком. – Значит, через часок повторим? – выгибаю бровь. – Джабар! – хлопает по лопатке, я морщусь со смехом. Осторожно выйдя из нее, карабкаюсь вверх и слезаю с кровати. Намереваюсь принять душ. Агата переворачивается на бок и изучает меня вожделенным взглядом. Виляю задницей по пути в ванну. Играюсь, словно мальчишка. Смеется и бросает в меня свои кружевные трусики. Я не перестаю хулиганить. Разворачиваюсь передом и, переваливаясь с пятки на носок, зазываю ее членом к себе. Она срывается с матраса и в прыжке оказывается у меня в руках. Кружу ее, жадно целую. – Как ты тут жила без меня? – решаю немного умерить пыл. – Ну–у–у, – отклоняется, зная, что удержу. – Твой сын пару раз довел меня до истерики. Засунул в нос арахис. Пришлось ехать к доктору. Я помню ее вечерний звонок. Она плакала, находясь у кабинета врача. Кое–как успокоил. – Хочу его увидеть. – Он же спит. Марта уложила его незадолго до твоего приезда. – Ничего. Я аккуратно. Агата обнимает меня за шею, удобнее скрепляет ноги на моей талии. – Если ты его разбудишь, то тебе точно ничего больше не светит. Зараза красивая. – Неделю терпел. Ночку уж переживу как–нибудь. Дразню ее открыто. – Ах, так, да? Хочет спрыгнуть с меня. Но я сильнее. Мгновенно прижимаю ее к стене и погружаю член в еще горячее лоно. Агата ошеломленно охает. – А ты как думала? Я мафиози, люблю наказывать за острый язычок. Жену особенно. – Гад! – дует пухлые губки. Через пару минут и я, и она выпадаем из реальности. Утро наступает для меня слишком быстро и неожиданно. Не высыпаюсь. Зато есть, что вспомнить. Например, отменный минет. Потягиваюсь с большим удовольствием. Откинув руку на другую половину кровати, понимаю, Агаты нет. Только холод. Встаю, махом принимаю душ, надеваю спортивные штаны и выхожу из спальни. Из столовой слышится детский смех и не менее веселый разговор. Я дома. Ничего лучше быть не может. – Папа! Эльмир несется ко мне, расставив ручки в стороны. Подхватываю его, целую, щекочу шею бородой. Он закатывается от радости. Просит еще. Вместе с ним иду туда, откуда он выбежал. Вижу Агату с отцом за длинным обеденным столом. Она краснеет при взгляде на меня. Никак не научится скрывать свои эмоции. Особенно, когда я рядом. – Доброе утро, Джабар. И с возвращением. Алексей Юрьевич хорошо выглядит. В прошлом году были выборы. Он проигрывает. Но ничуть не расстраивается. Занимается бизнесом, встречается с какой–то любительницей театров. О его жене, моей теще, ни слуху, ни духу. И к лучшему. Боюсь, не сдержусь и пристрелю. Любовника и ее. – Спасибо. Что нового? Сажусь на стул, Эльмира на колени. Сын обожает находиться с мужчинами. Отличный наследник растет. Агата, завидев Марту, исчезает. Что–то не так. Мы с тестем разговариваем минут десять и все это время моей жены и домработницы не видно. Я предлагаю Алексею Юрьевичу взять Эльмира и выйти на улицу. Он не возражает. Сам иду искать Агату. Нахожу в библиотеке. Стоит у стеллажа с античной литературой, трогает кожаные корешки. – Эй? – окликаю тихо. – Что случилось? – Ничего. Слишком быстро отвечает. Приближаюсь, обнимаю. Агата расслабляется в моих руках. Откидывается на мою грудь и прикрывает глаза. – Я вижу тебя насквозь, признавайся. Прищипываю губами мочку уха, накрываю ее груди ладонями. – Скоро у меня день рождения… Прошлые она не праздновала. После того случая в ресторане, когда меня ранили, Агата отказывается их отмечать. Но сейчас что–то меняется. – И? – Я полезла в шкаф сегодня утром… – Не понимаю, где связь? День рождения и шкаф. – Не перебивай, Джабар. – Стонет мое имя. Завожусь с полуоборота, лезу ей под юбку. Она закидывает руку мне на шею. Разрешает ласкать себя. – Я хотела достать наряд, в котором была тогда. Ну, ты понимаешь и…– Задыхается, когда я просовываю пальцы ей под трусики. – Нашла вот это. Раскрывает ладонь. Бархатная коробочка. Блять! – И что ты мне ответишь? Прерывает наш интимный момент резким разворотом. – Что ты имеешь в виду? – Ты выйдешь за меня? – Мы уже женаты. – Хмурится. – Мы поженились неправильно. Я не видел тебя в свадебном платье, не танцевал с тобой первый танец и не трахал тебя в первую брачную ночь. Так что, просто скажи «да» и в день твоего рождения, мы отпразднуем настоящую свадьбу. С сотней гостей, тортом, музыкантами и прочей мишурой. В глазах Агаты блестят слезы. – Ты знал, что я полезу в шкаф, знал, что именно в этом году захочу отпраздновать день рождения? – Не забывай. Я мафиози. У меня глаза и уши везде. Везде! – Ненавижу тебя. Обидчиво вздыхает. Загораживаю ей пути отхода и затыкаю рот голодным поцелуем. – Признайся, что любишь меня. Еще с тех пор, как впервые увидела на светском мероприятии. – Мерзавец…– обзывает и стягивает с меня штаны. – Око за око, Гномик. Око за… Не договариваю, потому что ее маленькая ручка очень уж любит пошалить…