Глава 2

Эрик

На диване лежала Милана. Она и так была бледной, а сейчас на ее лице совсем не осталось красок. Окинул взглядом помещение. Кто-то звонил в скорую, кто-то толпился у дивана и давал советы. Двое из числа гостей пытались привести её в чувство. Яна за какие-то секунды успела принести нашатырный спирт, пропитала вату, подставила под нос сестре, но это не помогло…

Я почувствовал страх. Липкий неприятный, он сковывал разум. Так было на моем первом задании. Больше никогда я его не чувствовал.

Уже минута прошла, не могут никак вернуть девушку в сознание. Кто-то через толпу протянул стеклянную банку с водой, мужчина облил Милане лицо, после остатком воды плеснул в область шеи. Результата всё равно нет.

Не мог стоять в стороне и наблюдать, как они теряют драгоценное время. Растолкав грубо небольшую толпу, пробрался к ней. Первым делом спешно взял левую руку девчонки, большим пальцем правой руки пытаюсь прощупать пульс, не слышу биения.

Понимаю, что важна каждая секунда, нужно сделать все, чтобы вновь запустить сердце Миланы. Большим пальцем левой руки потянул вниз за подбородок, раскрыв ей рот и принялся делать искусственное дыхание. Набрав максимально в лёгкие кислорода, перенаправил его в дыхательные пути девчонки. Мощно выдохнув, произвел несколько жёстких надавливаний на область сердца, с периодичным тактом в одну секунду.

Вновь совершаю вдох, после, очередной напористый выдох в уста Миланы и продолжаю делать массаж сердца. Примерно секунд тридцать уже пытаюсь вернуть её к жизни. Чем больше она не приходит в себя, тем отчаяннее я надавливаю на грудину.

«Нет! Ты не умрёшь!» — от одной этой мысли кровь в жилах останавливается.

Ни единого признака жизни на лице девушки, её тело вяло сотрясается от каждого моего надавливания на грудь. Непроизвольно стал громко кричать:

— Ми-и-и-л-а-а-н-а-а! Давай, девочка! Дыши! — весь контроль слетел. Я не мог позволить ей умереть. Нашел, чтобы тут же потерять? Она одним взглядом мою жизнь перевернула.

Мысленно задал себе установку, что пока не придёт в сознание, не прекращу действий.

«Я не дам тебе умереть!»

Начинаю всё сильнее и грубее надавливать на грудину, это больше похоже уже на удары средней жёсткости, учитывая мои силы. Выдержал двухсекундную паузу, сделал вдох, вновь уста приложил к её губам, после ещё один мощный выдох в лёгкие девушки.

Неожиданно делает вдох, не верю своим глазам. Ловлю губами ее дыхание. Милана открыла глаза, с недоумением смотрит на меня.

«Девочка, ты лишила меня только что старости, отобрала пару десятков лет жизни!»

Медленно убираю свои губы от её рта. Теперь, когда я чувствую ее дыхание, отрываться от нее совсем не хочется, но на нас смотрит столько пар глаз.

Привстал, помог подняться и присесть Милане. Потихоньку она приходила в себя. Кто-то принес и протянул стакан с водой. Я, словно коршун наблюдал за всеми, не выпускал девушку из поля зрения. Пока Милана пьёт, в комнату входят врачи. Яна провожает их в спальню. Я подхватываю Милану, которая ничего не весит, и несу на кровать. Даю им четкое описание происшедшего с девушкой. Медсестра наматывает на руку тонометр, собирается мерить давление. Я даже на них не могу ее оставить, когда всех просят выйти. Мы с Яной комнату не покидаем. Когда врач попросил Милану снять платье, я отвернулся к окну.

Я весь на взводе, жду, что скажет врач…

Милана

Сил практически не было, я еле-еле заставляла себя переставлять ноги. Мне чуть не запретили идти на кладбище. После уколов, которые мне вкололи, ужасно тянуло спать. Если бы меня не поддерживала Яна, я бы упала. Этот мужчина, который назвался ее отцом не отходил от нас ни на секунду. Янка недовольно фыркала, поджимала губы, но сдерживалась. Это хорошо, устроить скандал ей ничего не стоило. Мне кажется с «отцом» ей лучше не закусываться. Он одним своим видом наводил на всех ужас.

Эрик. Как его отчество я не знала, поэтому мысленно позволяла себе обратиться к нему по имени.

Когда я очнулась и ощутила его губы на своих, чуть снова не лишилась чувств. Его внимательный цепляющий взгляд с того момента постоянно меня преследовал. Эрик пугал и смущал меня, а еще волновал. Я даже не знаю, как описать и объяснить эти чувства.

— Как ты? — обратился он ко мне.

— Не очень, но я выдержу. — его внимательный серьезный взгляд не позволял солгать, а ведь я хотела сказать совсем другое. Ему в милиции работать надо, все бы злоумышленники чистосердечно признавались в своих преступлениях.

— Сделай глоток воды, — протянул он мне бутылку холодной минералки, которую взял специально для меня.

— Заботливый какой! — фыркнула Яна. Эрик прекрасно ее слышал, но никак не отреагировал. Я незаметно пихнула сводную сестру в бок. Мне внутренний голос подсказывал, не стоит с ним так разговаривать.

Лишь самые близкие люди приехали на кладбище, нас было около десяти человек. Эрик отошел от нас и принялся помогать рабочим, опустить гроб в могилу. У тех явно не хватало сил. В это время зашептались родственники у меня за спиной. Говорили они тихо, но я улавливала каждое слово. Голос одного из них мне был знаком, это двоюродный брат мачехи, второго никогда раньше не видела.

— Видишь того холеного мужика? Это отец Янки.

Холенный? Нет, я бы так не сказала. Внешне Эрик выглядел очень представительно, но в его манерах не было жеманства или утонченности. Я задержала взгляд на его тренированных перевитых крупными венами руках. Он скинул пиджак, закатал рукава темно синей рубашки и помогал сейчас рабочим. Эрик не боялся пыли и грязи. От него несло мужчиной.

«Боже, о чем я думаю!» — оборвала себя, а сзади родственник Янки продолжал говорить:

— Ты наверняка слышал о нём. Денег говорят у него немерено. Только вот никто не знает, откуда у него огромные счета в банках и чем он вообще занимается. От Ирки, царствие ей небесное, все это узнал. Короче, мужик необщительный закрытый, одним словом — странный. Такой вот отец у Янки. Видел его лишь раз за эти годы, лет десять назад. Представляешь, внешне совсем не изменился, а ему уже где-то под сорок. — Эрик ровесник моего отца, мысленно отметила про себя. Почему-то в отношении его я не могла сказать он уже старый. Хотя до сегодняшнего дня я бы не задумываясь, отнесла сорокалетних к мужчинам пожилого возраста. — Когда у тебя есть бабло, выглядеть хорошо нетрудно. Какие у тебя могут быть проблемы, когда сейф забит деньгами? — меня уже напрягал этот разговор. Они пришли проводить родных в последний путь или открыто продемонстрировать свою зависть? Ведут себя как старушки-сплетницы, мне очень неприятны такие мужчины. Что им мешает вечерами делать пробежку или заниматься на турниках? Нет, они так устают в своих офисах, что только пять литров пива могут их расслабить. Потом удивляются, что они в тридцать выглядят хуже, чем Эрик в сорок.

— А ты видел его молодую кралю? — заговорил другой. — Она ему в дочки годится. — я и забыла, что Эрик пришел не один. Пыталась вспомнить лицо девушки, которой открыла дверь… Помню лишь, что она была высокой, лицо не запомнила. Оббежав быстрым взглядом толпу, девушку в темно-зеленном платье не увидела. Интересно, где она?

— Ирка, как-то упоминала, что у него кличка Монарх. Не слышал за такого? — обратился двоюродный брат мачехи к незнакомцу.

«Кличка? Монарх?! Он что бандит?!» — испуганно подумала я.