Глава 62

— Карина родила раньше срока, но их жизни больше ничего не угрожает. Поэтому она с ребенком пробудет в клинике еще две недели. Мама все это время будет с ней, а ты собирай вещи, — повторил он, — давно у нас сюрпризов не было, родная…

Рустам Басманов умел удивлять. Но в то же время его сюрпризы имели свойство пугать. Я помнила все его сюрпризы. Каждое свидание. Наша история имела горечь и сладость в одном флаконе.

Воздушный шар ранней весной и наш первый раз. Яхта, где мы были только мы вдвоем и новость, разделившая нашу жизнь на до и после. Были еще сюрпризы, от которых сердце билось в страхе и отнюдь не в восторге. Например, я до сих пор помнила сюрприз в гараже после высвобождения Рустама, когда Альберт получил от меня необходимые документы, и я фактически предала Басманова. Тот день стал для меня жестоким уроком.

В общем и целом, сюрпризов было много. Со временем у меня даже появился к ним особый рефлекс. Рефлекс страха. Как оказалось, такое бывает.

И вот снова сюрприз.

Дежавю.

Правда, теперь я на седьмом месяце, а Рустам вполне осознавал ответственность за свои действия. Особо не разгуляешься, но, оказывается, Рустам сумел и это.

Мы летели уже восемь часов и преодолели лишь половину пути. В иллюминаторе я наблюдала облака и яркое солнце, а моя ладонь лежала в широкой руке мужа, который все еще не отошел от своей вспышки ревности.

Однако, несмотря на возникшую между нами с Андреем духовную связь, вчерашние переговоры мужа с инвестором прошли успешно, и я малодушно считала это и своей заслугой. Наша встреча с Андреем состоялась не просто так, я была уверена. Звезды сошлись, его дружба с Максом возобновилась, и теперь дела Рустама непременно пойдут в гору.

— Куда именно мы летим, Рустам?

Я спросила куда именно, потому что название рейса стюардесса озвучила еще перед взлетом. Мы вылетели из России, но Рустам сказал, что просто Бразилия — это еще не конечный пункт.

— Сюрприз, — усмехнулся Басманов.

На мой вопрос о конкретике он так и не ответил. Посмотрел на меня в упор, поцеловал в висок и расслабленно откинулся на сидении.

Я последовала его примеру. К черту тебя, дьявол!

Я прищурилась и глянула на него исподтишка. Нет, все-таки любимый дьявол.

Первую половину полета я не смыкала глаз и наслаждалась видами из иллюминатора, тщетно пытаясь понять: неужели все закончилось? Неужели Рустам сможет отдохнуть? Отпустить ситуацию с братом и отцом, которые получили немалые сроки, и просто заслуженно отдохнуть?

Рустам сделал все для них, лучше — просто невозможно. По итогу заседаний Эльдару дали три года, ведь вместе с основным делом с Максимом вскрылись и новые подробности — неприятные для любого уважаемого обществом человека.

Мы с Рустамом впервые за долгие месяцы покинули дом. Карина родила и чувствовала себя уже лучше, кроме внутреннего состояния, ведь малыш родился раньше положенного срока, но, к счастью, жизни Камиля уже ничего не угрожало. У Карины случилась истерика, которая вызвала преждевременные роды, но теперь, после того как Макс даже присутствовал на родах и все время был с нею, она пришла в себя и искренне попросила у нас прощения.

Она действительно пришла в себя.

Сейчас рядом с ней находились мама и Максим, а их совместным с Рустамом детищем, у которого появились новые деньги, управлял надежный человек.

Жизнь действительно налаживалась.

— Я испугалась от мысли, что она могла что-нибудь сделать с собой, — призналась я Рустаму.

— Нет. Она бы не наложила на себя руки, будучи беременной, если ты об этом. Все это давно в прошлом, осталось лишь побороть ее истерики… но это задача Макса. Теперь, когда мы подключили к фирме профессионалов, он сможет уделять больше времени своей капризной жене, — усмехнулся Рустам, — жизнь налаживается, моя девочка.

После разговора с Рустамом меня больше не тяготило прошлое, и даже не Карине, а именно мне стало легче жить. Дышать. Улыбаться ей стало по-настоящему легко.

— Пойдем, родная. Это еще не все.

После прилета я не успела даже оглянуться, чтобы рассмотреть красоты местного аэропорта. Мы с Рустамом оказались на просторной площадке, здесь было слишком ветрено и мне заложило уши, прежде чем я увидела… боже, это что, вертолет? Рустам молча подталкивает меня внутрь кабины и ловко забирается следом.

— Что ты задумал? — выдохнула я в шоке, — Рустам, куда мы летим?

— Расслабься и наблюдай, — велел Басманов.

И я расслабилась. Постаралась, по крайней мере. Я знала лишь то, что мы прилетели в Бразилию, но куда мы направлялись сейчас для меня до сих пор было загадкой. Рустам пристегнул меня, махнул рукой пилоту, обратившись к нему на английском, и мы поднялись высоко в небо

Я не могла поверить, что все это происходило с нами.

Не могла.

Но смотрела вниз и понимала, что мы пролетаем над гладью прозрачной воды, и все это реально.

Я повернулась к Рустаму, но он лишь с улыбкой наблюдал за мной.

Будто бы спрашивал: нравится?

Нравится, черт возьми! Но мечтать о таком я даже не смела.

Когда успел? Откуда у него такие деньги? Неужели после всех испытаний, что выпали на нашу долю, жизнь стала налаживаться?

Рустам обещал, что мы уедем. Как только все наладится, обещал сюрприз. Как оказалось, сюрпризом был остров. Остров, на котором все время мы будем находиться одни.

Полет был недолгим. Я не успела прийти в себя, как пилот мягко посадил вертолет прямо на краю берега.

— Рустам! — выдохнула я.

— Тише. Это еще не все. Выходи.

Он подал мне руку и помог аккуратно выбраться из вертолета. Мои босые ноги тут же потонули в белоснежном песке, Рустам еще в полете сказал мне снять обувь, а до этого он подарил мне белое платье — пляжное и нежное. Теперь стало понятно, зачем он велел мне переодеться по прилете в Бразилию… и как же я не догадалась?

Рустам сказал правду: это еще не все сюрпризы на сегодня.

Главное произошло позже, когда вспышка камеры озарила нас.

А затем неторопливо, как в замедленной съемке кинофильма, Рустам опустился на колено. Я не сразу поняла, зачем. Доходило слишком медленно — мысли были заняты лишь тем, как бы тоже не родить на седьмом месяце раньше срока.

Что ты делаешь, Рустам?

Что же ты делаешь?

Я смотрю только на него в то время, как нас снимают камеры. Он организовал все от и до — видео, фото, все на память. Вот, почему Рустам возвращался домой так поздно. Вот, ради чего он так трудился.

Мой любимый мужчина. Мой — уже давно — муж, но он почему-то уточняет это еще раз:

— Ты станешь моей женой?