Глава 12

Ренат?

От шока у меня пропадает дар речи. Я несколько мгновений смотрю на мужчину, не в силах произнести ни звука.

То есть, человек, который летел со мной в самолёте, человек, который оставил мне свой номер телефона, это и есть Шакал?

Точнее, получается, это его сын...

Вот почему карие глаза мне показались такими знакомыми. И голос.

— Так достаточно? Теперь ты знаешь, Аида, кто я, — первым прерывает затянувшееся молчание именно он.

А я... Я совсем не знаю, что делать... Как реагировать? Что говорить? Есть ли смысл о чём-либо спрашивать?

Понятно, почему он ничего не сделал мне в самолёте. Ему нужен был Лёша. Но... потом... сейчас... Зачем я ему?

Разве я не лишнее приобретение в данной ситуации?

— Меня, я так понимаю, вы взяли с собой для потехи? — голос звучит хрипло. — Хорошее получилось шоу.

— Это еще на шоу.

Слова ледяным ножом режут по сердцу.

— Жестокость — это у вас семейное, да?

— Ты ничего не знаешь о моей семье.

— Может быть. Но о вашей жестокости мне известно.

— Правда? — Ренат склоняет голову набок. — Раз я такой жестокий, почему же ты до сих пор жива?

— Ну как же. Вы же сказали, что смерть должна быть красивой. Очевидно, вы собираетесь позабавиться, организовав мне красивую смерть.

— Возможно, — без особых эмоций отвечает Шакал. — Время покажет.

Меня начинает трясти.

— Послушайте, не надо тянуть. Убейте меня сразу. Давайте так — моя жизнь вместо Лешиной. Вы убьёте только меня, а Лёшу вернёте родителям. Этого будет достаточно.

Как страшно говорить эти слова.

Как страшно понимать, что говорю я их вполне серьёзно и осознанно.

Я действительно готова умереть, если моя жизнь станет ценой Лешиной жизни.

— Нет. Этого не будет достаточно, Аида.

— Почему? Считаете, моя жизнь не так ценна?

— Для сестры ценна. А вот для Абушаева ребёнок важнее. Моя основная цель — это Саид.

Обхватив плечи руками, снизу-вверх смотрю на мужчину, который, скорее всего, станет моей погибелью. Последним, кого я увижу перед смертью.

Но самое ужасное — он сказал "моя цель — Саид". Он собирается растоптать его, убив их с Агни ребёнка.

— Неужели вы настолько чудовище? — произношу практически шёпотом, на одном выдохе, после которого в лёгких вообще не остаётся воздуха. — Вы... способны убить ребёнка? Он же ни в чем не виноват.

Ренат смотрит на меня долгим протяжным взглядом. Я не знаю, что в его голове, и не уверена, что хочу знать.

Страшно представить, как изнутри выглядит сознание психопата.

— За боль нужно платить болью, — отвечает мрачно, затем разворачивается на пятках и выходит за дверь, оставив меня одну.

Боль за боль...

Его отца убили, но ведь тот сам был убийцей. Так цикл можно продолжать бесконечно...

У преступников своя политика и собственная логика поступков.

Почему нельзя просто поставить точку на прошлом и жить дальше? У каждого будет своя жизнь. Их не нужно пересекать. Достаточно оставить друг друга в покое.

Я сажусь на кровать. Пытаюсь успокоить дрожь, бьющую тело от головы до пят, но ничего не выходит.

Кроме как ждать — мне больше ничего не остаётся.

Ожидание собственной смерти — как драматично и трагично. Хороший сюжет, чтобы написать роман.