Глава 20

— Садись, — бросает Демид и распахивает передо мной дверь.

Я побаиваюсь, что он снова прижмет меня к дверце машины, сбивая с ног своей темной энергетикой, но, похоже, у парня сегодня другие планы.

Еще бы, после всего произошедшего с моим отцом.

— Твоих рук дело? — задаю я вопрос, давно вертящийся на языке, даже не считая нужным озвучивать подробности.

— Ты о чем?

Его брови ползут вверх в притворном удивлении.

Я вижу, что он не особо старается сделать вид, что не в курсе событий. Разве что для проформы. Чего он добивается? Хочет дополнительно позлить меня? Окончательно вывести из себя?

Закатываю глаза и рассказываю про случай с отцом.

— Если твой отец нечист на руку, я здесь ни при чем, — выдает он.

— Ясно. А то, что он работает на фирме твоего отца, простое совпадение, — подхватываю следом за ним.

— Типа да. Но если ты пойдешь на мои условия, я берусь замять это дело.

— Здорово. И что это за условия?

— Всего одно. Ты будешь жить у меня.

— Круто.

Мои чувства сплетаются в невообразимо тугой клубок, состоящий из возмущения, досады, злости и ненависти.

Они так сильны, что я готова обрушить на него целый поток ругательств. Тонну. Раздавить его своей ненавистью. Только что это изменит? Силы слишком неравны для того, чтобы я могла тягаться с ним.

Поэтому я ограничиваюсь вот этим скептическим «круто».

Мне также важно не показать свой страх.

Ведь меня до ужаса страшит мысль, что парень настроен так серьезно, что заморочился всем этим.

— Это вообще-то моя жизнь, — говорю я, следя за тем, чтобы голос звучал максимально ровно, — я не рабыня, чтобы вот так повиноваться чьим-либо приказам.

Я понимаю, что это бесполезно, но все равно пытаюсь возвать к его совести и разуму.

— Ты уже повинуешься. Одним приказом больше, одним меньше, — отмахивается тот.

— Правда? Мы точно говорим сейчас с тобой об одном и том же?

Парню удается меня заинтересовать, и я разворачиваюсь к нему. Смотрю на него, не отводя взгляда.

— Детский сад, — начинает перечислять Демид, — дальше школа. Сколько там лет, десять, одиннадцать? Теперь универ и твоя работа в кафе. Дальше просто работа. Ты с самого детства не делала то, что хочешь, а лишь подчинялась чьим-то приказам. Так о чем мы вообще говорим?

Я открываю рот, чтобы возразить ему и тут же его закрываю. Не нахожусь вот так сразу, что ему ответить.

— Поэтому, — продолжает Демид, — сейчас мы поедем к тебе в общагу, где ты соберешь вещи. А потом сразу ко мне. Назавтра проблем у твоего отца как не бывало. Вопросы есть?

Я киваю.

— Есть. А что, если я не выполню твой приказ?

— Ты знаешь, что будет. Тюрьма для твоего отца и выселение на улицу остальных членов семьи.

— Ты не сделаешь!

— Хочешь проверить?

Проверять я не хочу.

Отворачиваюсь к окну и смотрю на светящуюся неоновыми огоньками витрину нашего кафе.

— Ты можешь поразмыслить над перспективой, пока мы едем, — говорит Демид и заводит двигатель.

Очень быстро витрину сменяют другие огни города. А когда машина разгоняется, все перед глазами превращается в калейдоскоп разноцветных всполохов.

Красиво.

Но в тысячу раз было бы лучше, если бы я осталась жить в нашем районном центре.

Не навалилось бы тогда на меня всех этих проблем.

Он сказал, можешь поразмыслить.

Но есть ли у меня реально выбор? Его нет. Ясно, что я не могу допустить, чтобы отца посадили, а Елену с братьями и сестренкой выгнали на улицу.

Если в моих силах предотвратить это, я обязана помочь.

Можно было бы, конечно, попытаться доказать, что моего отца нагло подставили, только кто будет слушать? Усмановы миллиардеры, входят в число хозяев города, а может и страны.

— Ну, так что ты решила, Ульяна? — спрашивает Демид, едва мы тормозим перед общежитием.

— Ладно — киваю я, — если обещаешь избавить отца от проблем, которые сам же и создал.

— Тогда пойдем за вещами.

— Нет, я сама. Дай мне полчаса, и я спущусь. Много брать не планирую, так что рюкзак будет очень легким.

Демид милостиво кивает, я вылезаю из салона и спешу к общаге.

Маша снова решает со мной не разговаривать, но мне сейчас не до нее. Я молча прохожу к шкафу, достаю с полок некоторые свои вещи.

— Эй, Ульян, ты куда?

Все же не удерживается от вопроса. Что ж, подруга до ужаса любопытна.

— Временно переезжаю, — говорю я.

— Куда?

— К Демиду Усманову.

Я не вижу смысла скрывать, все равно назавтра будет знать весь поток. Едва мы прибудем на лекции на его машине.

— Ты меня разыгрываешь? — хмурится Маша.

— Если бы.

За комплектом одежды в рюкзак отправляется несколько учебных тетрадей. Я не собираюсь брать все, только самый минимум.

— Но… как?

— Он предложил мне пожить у него, я согласилась.

— Любовь с первого взгляда?

Категорически нет, но Маше об этом знать совсем необязательно.

— Да, закрутило.

И я неопределенно взмахиваю рукой.

— А подробности ты, конечно, не расскажешь? — прищуривается Маша.

— Конечно, — киваю я.

А потом вздыхаю, подхожу к Машиной кровати и сажусь рядом с ней.

— Маш, просто, я сама не ожидала, правда. Но он обратил на меня внимание. А ты сама говорила, перед таким, как он, невозможно устоять.

— Повезло тебе. Только надолго ли? Как бы не остаться потом с разбитым сердцем.

Вот за это можешь не волноваться, говорю про себя.

— Как будет, так и будет, — произношу вслух и вздыхаю.

— Маш, не обижайся.

Минут пять я умасливаю подругу, после чего закидываю рюкзак на плечо и спускаюсь вниз.

* * *

— Заходи, будь как дома, — произносит Демид.

Я замираю, не в силах перешагнуть через порог.

— Что встала? Или тебе ускорения придать?

Парень возвышается надо мной горой, нагнетая и без того зашкаливающее и сводящее с ума напряжение.

Я молчу.

Не хочу к нему, как же не хочу. Пожалуйста, пусть что-нибудь произойдет. Что угодно, землетрясение, тайфун, я на все согласна. Но я не хочу оставаться наедине с ним в его квартире. Только не с ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Шевелись, — слышу новую команду, но продолжаю медлить.

Его ладонь ложится на мою спину, я резко шагаю, спотыкаюсь и валюсь на пол. Он подхватывает меня под локоть, не давая упасть, и резко дергает вверх.

Так, что его лицо оказывается совсем близко от моего.

— Уже готова на коленях передо мной ползать? — усмехается он, сверкнув белозубой улыбкой, которую я успела возненавидеть, — не рановато? Впрочем, я не против. Минутой раньше, минутой позже.

— Я выбираю никогда, — произношу одними губами.

Мне хочется накинуться на него и расцарапать его наглую породистую физиономию, но я терплю.

Терплю этот надменный хозяйский тон, его издевательское обращение.

— Что застыла, недотрога? Проходи уже. Или так и будем стоять на пороге?

Я вздрагиваю от звука хрипловатого низкого голоса и прохожу вперед.

Озираюсь по сторонам.

Квартира у Усманова огромная и светлая. Она совсем не похожа на то жилище, что представляла себе, пока мы сюда ехали.

Мне казалось, место этого парня в подземелье. Мрачном, как и он сам. Но, конечно же, это не так.

Парень живет в двухуровневом пентхаусе класса Люкс, отделанном со вкусом. По-своему, здесь даже уютно. И запахи витают приятные. А при виде огромных панорамных окон во всю стену у меня просто захватывает дух.

— Нравится здесь? — усмехается Демид.

Я резко поворачиваю голову и вижу, что он стоит, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, наблюдает за мной. Словно хищник за испуганным зверьком.

Дерзкий, огромный, страшный. Обманчиво ленивый, но в любой момент готовый к броску тигр.

Он успел снять толстовку и теперь я могу видеть его мощный торс, затянутый в черную футболку. Могу лучше рассмотреть покрывающие его тело татуировки.

На несколько секунд я просто залипаю на них.

— Рассмотрела? — интересуется Усманов.

Я ничего не отвечаю.

— Если тебе так интересно, можешь подойти ближе. У каждой есть история, — и стягивает футболку через голову одним движением.

Я резко отворачиваюсь.

Мне не хочется разглядывать его тату, смотреть на его торс, как не хочется и признавать, что парень по-своему красив.

Но это же Усманов и… и мы не договаривались что я должна буду проводить с ним время. Только жить у него. Но, кажется, парень под «жить у меня» имел кое-что другое, помимо непосредственно проживания на одной площади.

Я чувствую, как Демид подходит ко мне со спины.

Он встает очень близко, прикасается к резинке, удерживающей мои волосы и дергает. Шелковистый каскад рассыпается по моим плечам.

Демид рукой собирает их в хвост и тянет на себя. Так я оказываюсь очень близко к нему и спиной могу ощущать, как вздымается и опускается его грудь.

Его губы прикасаются к моей шее, покалывая короткой жесткой щетиной, а я, не в силах выдержать этого, вырываюсь из его лапищ. Отскакиваю, как ошпаренная на другой конец комнаты, прижимаюсь к стене.

Бросаю взгляд на выход, хотя и понимаю, сбежать не получится. Он быстрее, сильнее, он поймает меня и будет только хуже. К тому же я связана страхом за семью.

— Что это было? — тянет Усманов, — агония перед последним вздохом?

— Ненавижу тебя, — цежу я и в этот момент я действительно ненавижу его. Всем своим существом, всем сердцем.

Но ненависть, что горит в моих глазах, никак не действует на парня.

— Мне плевать, — лениво тянет он, — я всегда получаю то, что хочу. А сейчас я хочу, чтобы ты была здесь. Смирись с этим, Ульяна. Теперь тебе придется угождать мне и делать так, чтобы я всем оставался доволен.

Говорит это, а сам просто таки впивается в меня своими черными глазами. Считывает мою реакцию на свои слова.

Молча слежу за его приближением ко мне, продолжая уповать на высшие силы. На Кристиана, в конце концов?

Может, он мне поможет?

То не давал прохода, а вот сейчас, в самый важный момент, его присутствием и не пахнет.

— Я… могу переодеться? — быстро спрашиваю я, — чтобы хоть немного оттянуть время.

Демид кивает.

— Пойдем, провожу тебя в твою комнату.

— Ладно.

Демид подхватывает рюкзак, брошенный мной в холле, и мы идем к одной из дверей.

— Эта, — говорит Демид, — хотя можешь выбрать любую другую.

Он все еще без футболки и это нереально смущает. Боже, да я просто вся горю.

— Без разницы, — буркаю себе под нос и захожу в помещение.

Просторная комната в светло-бежевых тонах со стандартным набором дорогой дизайнерской мебели. Не то, чтобы я разбиралась, но видно невооруженным глазом.

Большая кровать, стол, кресло, шкаф. Пушистый ковер на полу.

Можно рассмотреть внимательнее, но все, что на самом деле меня сейчас занимает, это смогу ли я закрыть дверь и остаться одна.

Когда это происходит, я подбегаю к окну, открываю его и выглядываю вниз.

Высоко.

Да и… что толку, если бы была возможность сбежать? Долг так и останется на отце.

Но мне было бы спокойнее, знай я, что в любой момент могу покинуть квартиру.

Я не знаю, что мне делать. Проходит уже десять минут, а я так и не решила. Наконец, Демид стучит в дверь.

— Ульяна.

Я замираю.

— Эй, ты там не уснула? Пойдем пить чай.

Делать нечего, я с опаской выхожу в холл и нос к носу сталкиваюсь с Демидом.

Он переоделся, кожа влажная будто он только принимал душ. Так вот для чего он стягивал футболку, а не…

Из меня вырывается непроизвольный вздох облегчения.

Демид осматривает меня скептически, наверное, потому что за данное мне время я сама так и не переоделась, а потом разворачивается и первым идет по холлу.

Я следую за ним.

Пока он не смотрит на меня и между нами есть хоть какое-то расстояние, я чувствую себя неплохо. Но стоит нам оказаться лицом к лицу в замкнутом пространстве кухни, как мне снова некуда деть глаза и руки.

Не зная, что предпринять, я облокачиваюсь на столешницу, а Демид между тем ставит чайник.

Стоит слишком близко от меня, я даже могу уловить носом его гель для душа, что-то хвойное.

А дальше… не знаю, как это происходит.

Он чуть сдвигается ко мне и вот уже я снова пойманный в клетку зверек.

Сзади столешница, впереди он. По бокам от меня его крепкие рельефные руки.

— Попалась, — говорит мне и смотрит на мои губы.

— Станешь распускать руки и будет хуже, — предупреждаю я.

— Да? И что ты сделаешь?

— Узнаешь. Но тебе точно не поздоровится.

— Как интересно.

Может ему и интересно, но мне сейчас не до шуток. Это место приглянулось мне не просто так. Позади меня стоит магнитная подставка для ножей и мысленно я уже выхватываю один из них и вонзаю в этого невыносимого парня.

— Что ты сделаешь? — продолжает давить Демид и вжимается своими бедрами в мои.

Через ткань одежды я вдруг чувствую то, что не хотела бы почувствовать ни при каких обстоятельствах, и мгновенно краснею.

Вот же черт!

Так откровенно прижиматься, когда мы совершенно одни в пустой квартире.

Не думая больше ни секунды, я нашариваю рукой подставку, выхватываю один из ножей и утыкаю ему в бок.

— Еще одно движение в мою сторону, и клянусь, я тебя проткну! — шиплю зловеще.

Демид усмехается, а потом тянется ко мне с поцелуем.

В тот момент, когда его губы касаются моих, я вонзаю нож в его тело и тот легко входит в парня по самую рукоятку.

Я удивляясь, насколько легко.

А парень замирает без движения.