Глава 26

— Привет.

Кристиан подходит и здоровается с нами обеими.

— Привет, — говорю я.

Лейла кивает и недовольно поджимает губы.

Кристиан подмигивает мне усаживается на скамью рядом со мной.

Мне так хочется поговорить с ним, но присутствие сестры Демида совершенно не способствует задушевной беседе. А потому я только вздыхаю.

Эти двое между собой тоже не разговаривают. Подозреваю, что, если бы не непонятная, навязанная Демидом необходимость, Лейла и Кристиан бы и близко друг к другу не подошли.

Почему же непонятная, тут же всплывает в мозгу. Тебе же ясно сказали, на тебя идет охота. И, поверь, лучше тебе не попадаться им в руки. Им, это кому? Тому парню, что подсаживался к нам на вечеринке и его дружкам?

Тут я понимаю, что мысленно будто разговариваю сама с собой. То есть, такое ощущение, что кто-то отвечает на всплывающие в моей голове мысли, и получается вроде как диалог. Еще и раздвоение личности? Просто прекрасно.

Или Кристиан?

Может, я прочитала только что его мысли?

Пожилой профессор начинает зачитывать материал, а я кошусь на профиль красавчика и пытаюсь сосредоточиться, как делала это в коридоре.

В надежде услышать хоть что-то, чтобы удостовериться, так и есть. Да и вообще, интересно покопаться в его голове.

Чувство неловкости от того, что это вообще-то не совсем прилично, ну, вроде как я подглядываю в замочную скважину, если не хуже, как появляется, так и исчезает.

Потому что я же не ради праздного любопытства буду это делать. Мне просто нужно, наконец, понять, что происходит вокруг меня.

«Свиридова выглядит зашибись, нужно будет подкатить к ней после пары», всплывает в мозгу отчетливое и я хмурюсь.

Вообще-то, если честно, я ожидала услышать что-то более интересное, чем это. Что-то, что касается меня, а не других.

Что-то, что прольет свет на ситуацию.

«Буфера у нее ничего такие и задница. Интересно, если потратиться на ресторан, даст она после этого или нет?»

Черт, да что ж это такое.

Чувствую, как мои щеки начинают стремительно краснеть.

Снова кошусь на Кристиана, а он чуть поворачивает голову и тоже смотрит на меня.

При этом продолжая обдумывать, как ему уложить студентку в постель. Да что за фигня такая!

Тут мой взгляд скользит дальше, на соседний ряд и взгляд натыкается на белобрысого кудрявого парня, который усиленно грызет карандаш и пялится в затылок этой самой Свиридовой.

«Девчонки любят наглых», слышу я совершенно отчетливо и тут же понимаю, что мысли про Свиридову, принадлежат ему, этому тощему парню, а вовсе не Кристиану.

Вот же…

«После пары подойду, заведу треп, а потом положу руку на ее зад. Нагло так. По типу, как Усманов всегда делает. От него все девки тащатся, чуть ли не в очередь выстроились в его постель. Походу он всех уже самых клевых перетрахал. А я чем хуже? Подойду и заявлю ей типа, "детка, пойдешь сегодня со мной в ресторан". Приказным тоном, как он. И так, как бы между прочим достану из кармана пачку бабок. Чтобы она видела, у меня тоже водятся, я не какой-нибудь лох».

Чертыхаюсь и злюсь на себя за то, что не прекратила поглощать этот так называемый поток сознания сразу же.

Еще и Демида приплел, который трогает девчонок направо и налево, а потом укладывает в свою постель. Уверена, пачками денег перед их носом он не светит, там итак все понятно, но в остальном… Вот точный его портрет.

А еще я понимаю, что больше не хочу слушать ничьи мысли, от слова совсем.

Но, делать все же нечего, и я сосредотачиваюсь опять. Теперь уже конкретно на Кристиане.

Снова ухватываю кучу разной ерунды от парней и девчонок, сидящих вокруг нас. Но от Кристиана ничего. Тот же облом происходит при попытках послушать мысли Лейлы.

Я стараюсь, как могу, но все, чего добиваюсь, это то, что моя голова стремительно наполняется разной ерундой.

Уж лучше бы слушала лекцию уважаемого профессора, оказалось бы больше толка.

Его мысли, кстати, я тоже улавливаю, хоть расстояние между нами довольно приличное. Но тут же стараюсь закрыться от них, как могу.

Худшим испытанием для меня оказывается слушать мысли девчонок. Потому что в каждой второй голове крутится только одно имя. Демид. Точнее, два. Но меня, кроме как «дура, швабра, курица общипанная, выдра страшная, что он в ней только нашел?» больше никак не называют.

Уцепляюсь взглядом за длинноногую блондинку, сидящую у самого выхода.

«Лика сказала, Усманов потрясно трахается. Не передать словами, как. Хоть и не держал ее рядом с собой долго, отфутболил. Даже обидно, что он связался теперь с этой шваброй. Только глаза таращит. Небось рада до безумия, что он на такую, как она, обратил свое внимание. И ведь ничего не умеет, сразу по ней видно. Вот куда его вдруг понесло? На такую простушку. Да он просто меня еще не видел. И уж, в отличие от некоторых, я не упущу своего шанса. Пора действовать. Хорошо, что блузка на мне сегодня такая, что почти вся просвечивает. На перемене обязательно к нему подойду и прижмусь. А потом…»

Ну все, с меня достаточно.

Я закрываю глаза и мысленно полностью сосредотачиваюсь на словах профессора. Экономическая теория и роль экономики в жизни общества. Вот что меня должно сейчас интересовать.

Также, как и Машу, которая, кстати, так и не появилась на лекции. Неужели тот парень, с которым она мило болтала в холле первого этажа, успел настолько запудрить ей мозги, что она решила пропустить занятия?

Я вздыхаю, а потом старательно отгораживаюсь от чужих мыслей, что тоже требует, оказывается, значительных энергозатрат.

А после этого снова думаю о том, что вдруг у меня двинулась крыша?

Может, у меня что-то с мозгом? Развивается начальная стадия шизофрении? Или еще какая-нибудь болезнь, я не очень в этом сильна.

А все, что происходит в последние дни, не более, чем иллюзия?

Но я не успеваю как следует развить эту мысль, потому что чувствую легкое касание к своей руке со стороны Кристиана. Кошусь в его сторону и вижу, зажатый в его пальцах и сложенный в несколько раз тетрадный листок в клетку.

Бросаю осторожный взгляд на Лейлу. Убеждаюсь, что она в телефоне и быстро перехватываю записку от Кристиана.

За пять минут до этого он действительно что-то писал на листе. Я еще удивилась, зачем ему записывать материал, если это даже не его предмет. Оказывается, он писал мне.

Я будто возвращаюсь на секунду в начальную школу, когда еще не было телефонов и мы вот так переписывались на уроках с одноклассниками.

Пара заканчивается и Кристиан первым срывается с места. Поспешно исчезает в коридоре.

— Наконец, — с видом мученицы произносит Лейла, — что там у вас дальше по расписанию?

— А тебе обязательно везде меня сопровождать? — интересуюсь я.

В ответ Лейла только фыркает.

— Я, конечно, не против, но знаешь… это как-то немного напрягает.

— Будто я сама горю желанием. Но все вопросы к Демиду, — недовольно бросает Лейла и первая спускается вниз.

Я иду следом и, пользуясь тем, что она ко мне спиной, быстро разворачиваю записку.

«После третьей пары, туалет на первом этаже. Узнаешь обо всем, что происходит».

Быстро озираюсь по сторонам, а потом рву записку и бросаю в объемную корзину для мусора, установленную при выходе из аудитории.

— Ты идешь, Ульяна, — оборачивается ко мне Лейла.

— Да, конечно, — киваю я.

Очень удобно, третья и четвертая пары у нас как раз на первом этаже. Наконец, все прояснится.

Следом за Лейлой я выхожу в коридор и тут же натыкаюсь взглядом на ненавистную широкоплечую фигуру.

Блондинка со второго ряда уже вовсю трется рядом с Демидом и несет такой бред, что уши вянут. Мысли ее и того дурнее. Сплошное восемнадцать плюс.

Блондин тем временем тоже не теряет времени зря. Пытается подкатить к предмету своих мечтаний, но это выходит так смешно и неумело, что Свиридова его тут же посылает. А парень впадает в ступор.

Демид между тем отцепляет от себя блондинку и походкой хозяина жизни направляется прямиком ко мне.

Лейла с облегчением выдыхает и тут же испаряется.

— Ну, что? Как успехи? — интересуется Демид, едва успевает подойти.

— Пока никак, — вру я, скромно потупив глаза.

На такой шаг я решаюсь буквально в последний момент. Но это кажется такой блестящей идеей.

Пусть думает, что мои способности не так сильны, как он рассчитывал. Может тогда его внимание к моей персоне хоть немного ослабнет.

А еще я вдруг решаю, что буду тренироваться до тех пор, пока не смогу прочитать его мысли. На крайний случай мысли его друзей. А когда это произойдет (я надеюсь, что совсем скоро), он не будет догадываться об этом. Станет думать о чем попало, а я окажусь в курсе всех его планов. Вот такое коварство с моей стороны.

— Что, совсем ничего?

Демид прижимает меня к себе и его кофейное дыхание уже привычно щекочет мою шею.

А по коже начинают пробегать очередные мурашки, черт бы их побрал, и ноги подкашиваются от слабости.

Даже после того, как я вдоволь наслушалась о нем от озабоченных девиц.

Отрицательно мотаю головой.

— Тот случай с парнями был, наверное, каким-то случайным озарением, — бубню куда-то в его плечо, стараясь не так активно вдыхать его запах, — но больше ничего такого у меня не получилось.

Несколько секунд между нами царит молчание, во время которого с меня, образно, сходит сто потов.

— Ладно, ничего страшного, потренируешься еще, — произносит, наконец, Демид.

Я усердно киваю.

Потренируюсь, не сомневайся. Мне очень хочется знать, что за мысли витают в твоей голове.

Демид поднимает руку, а потом его пальцы начинают скользить по моей скуле, отчего я вся напрягаюсь.

Вот они доходят до подбородка и цепко сжимают. А потом Демид приподнимает мое лицо и заставляет посмотреть на себя.

Его внимательный взгляд впивается в меня, и я не выдерживаю. Прикрываю глаза. И тут же чувствую, как его палец слегка оттягивает мою нижнюю губу. А потом…

Я стою словно в ступоре, не в силах отодвинуться или сделать что-то еще, хотя надо бы. Только чувствую, как его губы медленно приближаются к моим.

Замирают так близко, почти касаясь.

— Ульяна, я не враг тебе, — произносит он тихо, но я не могу говорить.

Едва соображаю от волнения и все, чего хочу, чтобы он отпустил, отпустил.

Невесомое и очень легкое касание его губ к моим, а потом Демид отпускает и отступает на шаг.

— Идем, что там дальше у тебя по расписанию? — дублирует вопрос Лейлы.

Я едва переставляю ноги, и все никак не могу отойти от того, что только что произошло.

Его теплые сухие губы на моих. Так мимолетно, едва осязаемо, но мне хватило, чтобы совершенно потерять голову.

Озноб, тягучее непонятное томление внизу живота. Полная потеря контроля над собой и своим телом. Кажется, даже дыхание на эти секунды оборвалось.

Что же будет со мной, если он поцелует по-настоящему?

Ну уж нет, я не хочу это испробовать.

Вторая пара проходит, словно в тумане.

Потому что Демид никуда не уходит, и все полтора часа сидит рядом со мной.

У меня нет сил разговаривать с ним. Все, чего я хочу, чтобы он оставил меня в покое. Я прилагаю все усилия, чтобы вникнуть в суть лекции и игнорировать его присутствие.

Но, к сожалению, в голове, как назло, так и крутятся все подслушанные мысли окружающих насчет этого парня.

Меняет девчонок как перчатки, ни одна не может устоять и отказать ему.

Зачем, ну вот зачем он нацелился теперь на меня?

Мало ему того, что я и так все время рядом.

После подтверждения, что от меня ему нужны только мои способности и после того, что он не стал приставать ко мне ночью, я как-то расслабилась насчет этого. Но вот этот его поцелуй разрушил все одним махом. Не поцелуй даже, а так…

Но мне от этого совсем не легче.

Ульяна, ты слишком много думаешь, всплывает в мозгу мысль. И я, в который уже раз за сегодня, чертыхаюсь.

А потом бросаю все свои силы на то, чтобы сосредоточиться как следует и все же попытаться влезть в голову Демида.

Ничего. Полный провал.

Лишь снова всякая фигня из голов других студентов и студенток.

Единственное, что меня радует, так это предстоящая встреча с Кристианом.

На которую еще нужно как-то попасть.

Слава богу, перед третьей парой Демид снова уходит, а на его месте оказывается Макс. Парень кажется мне самым безобидным из всей компании и самым доброжелательным.

— Чувствую себя словно яйцо Фаберже, — ворчу я, — когда он поддерживает меня под локоть, стоит слегка оступиться.

Макс смеется над моими словами.

— Расслабься и получай удовольствие. Когда еще представится такой случай.

— Это точно. А что, на работу со мной тоже поедет кто-то из вас?

Макс раздумывает не больше секунды.

— Конечно. Думаю, что сам Демид. Сейчас у него появились некоторые дела, но он сказал, что вечер у него будет полностью свободен. А значит посвящен тебе.

И Макс мне подмигивает.

— Отлично.

Однако весь мой вид, как я полагаю, противоречит этому утверждению.

— Он что же, совсем тебе не нравится? — выгибает бровь наблюдательный Макс.

— Нет, — тут же говорю я и чувствую, как под внимательным взглядом парня начинаю краснеть.

Слишком поспешно сказала, вот он и не поверил. Привык, как и все вокруг, что Демид просто-таки гипнотически действует на девушек. Впрочем, как и на женщин постарше.

Вторую пару, когда Демид сидел рядом, у нас вела преподавательница возрастом около тридцати. Всю дорогу она то и дело косилась в нашу сторону, точнее на Демида. Будто медом ей было намазано.

Я специально закрывалась от ее мыслей, как могла, но часть все равно просочилась.

В прошлом году в одной из аудиторий после пар между ними был секс. Он остался, дождался, когда все остальные студенты выйдут, подошел к ней, развернул и…

Я даже повторять не хочу, что именно между ними происходило, потому что это за гранью. Но преподавательница осталась в полном восторге. Это еще мягко сказано.

С тех пор она просто мечтает повторить или хотя бы найти мужчину, хоть немного похожего на Демида.

А теперь Макс считает, что его приятель мне небезразличен.

Да была бы моя воля, я бы и близко не подошла к такому, как он.

— Макс, мне нужно в туалет, — говорю я, когда наступает час Х, то есть после третьей пары.

Стараясь не выдать голосом своего волнения.

— Пойдем, — пожимает плечами парень.

До этого я пыталась задать разные интересующие меня вопросы, например, почему у них всех на телах похожие тату, или кто они такие на самом деле. Но приятель Демида только отшучивался.

Все ясно, он и шагу не ступит без высочайшего соизволения.

Хорошо хоть с туалетом не стал спорить.

Но плохо то, что не отстает от меня ни на шаг.

— Эй, Макс, это женский туалет!

— Не волнуйся, я проверю, а потом выйду.

И он действительно проверяет все. Даже окна.

Решил, что я смогу вылезти через окно и сбежать?

Наконец, парень удаляется со словами, что будет ждать за дверью и я остаюсь в прохладном помещении, обложенном светлым кафелем, одна.

Подхожу к раковинам и вздыхаю.

Ну и?

Я-то пришла. Но как Кристиан рассчитывает сюда проникнуть, чтобы поговорить со мной с глазу на глаз?

От нечего делать, я начинаю смотреть в зеркало на свое отражение.

Пару секунд ничего не происходит, но вот по блестящей гладкой поверхности проходится рябь, и меня непреодолимо влечет протянуть руку, дотронуться. Что я и делаю.

Не смей! — вдруг стучит в голове, но я игнорирую непрошенный страх.

Уж слишком велико желание прикоснуться.

Я тяну руку, дотрагиваюсь до прохладной зеркальной поверхности, а в следующий момент перестаю что-либо соображать.

Меня отрывает от земли и все вокруг начинает кружиться, словно на американских горках. На огромной скорости я вхожу, нет влетаю, в мертвую петлю, отчего сердце заходится, словно бешеное.

А потом вращение набирает обороты, тошнота подкатывает к горлу, а стены прекращают мелькать перед глазами и начинают расплываться. Я больше не ощущаю привычной трехмерной реальности. Только пустоту. И страх, что сжимает за горло ледяной рукой. А еще где-то на отголосках разума звучит чей-то тихий торжествующий смех.