Глава 8

Руслан тоже относится к Джанат довольно душевно, она всегда была добра к нему. Ведь он по сути чужак, одиночка. С семьей Айдаровых если и есть родственная связь, то очень дальняя. И все же, моя надежда только на это. Преданность Джанат не позволит Валиеву причинить мне вред…

Инна тем временем выходит из уборной. Смотрит на меня беспомощным взглядом.

— Прости меня пожалуйста, Мира.

— Пошла к черту!

— Слушай, мне очень деньги были нужны. А тут подкатил один, я сначала думала, что ухаживает за мной. Лестно было. Красивый, деньгами сорил. А потом сказал, что ему очень надо…

Инна замолкает, и я не выдерживаю:

— Что «надо»? Что ему от тебя понадобилось?

— Сказал, что ты денег много должна серьезному человеку, и на связь не выходишь. Что ты мошенница… Я сначала не хотела в это лезть. Но у меня кредит, очень невыгодные проценты, взяла по глупости… В общем, все так запутанно. Я думала, что нравлюсь ему, что он поможет мне вылезти из долговой ямы… А он снова о тебе заговорил. Сказал, что если помогу устроить с тобой встречу, мне очень хорошо заплатят. Покоробило, конечно. Я ведь считала, что он богат и сам в состоянии… но уже не могла отступить. Очень нужны были деньги, понимаешь?

- Ты чего от меня ждешь? Чтобы пожалела тебя?

— Нет, конечно же… Мне ужасно перед тобой стыдно. Они меня обманули!

— Денег не заплатили?

— Я… не знаю, — отвечает растерянно. — Они же отняли мобильный, как и у тебя. Я не могу проверить счет. Скорее всего — обманули, потому что речи о том, что меня куда-то повезут — не было! Сказали подлить лекарство, до машины проводить… На этом все! Сволочи!

Ясно. Инна поражает своим незамутненным сознанием. Простодушно признается, что слила меня за бабло, и в то же время, у меня же ищет сочувствия.

Меня передергивает от отвращения. Григорьева тяжело вздыхает.

— Слушай, так куда делся твой хахаль? — озвучиваю пришедший в голову вопрос после длинной паузы. — Он среди этих уродов? Видела его?

— Н-нет. Пока его не было. Может это другие люди? Как же все запутанно! Что нам делать, Мира? — спрашивает жалобно. Столько мужиков, привезли черти куда… Что если они нас… изнасилуют? Мне так страшно!

— Ты у меня защиты решила поискать? — невольно кривлю лицо. Какая же она все-таки дура!

— Нет конечно, Мира. Я понимаю, как сильно ненавидишь меня.

— Ненависть — это сильное и глубокое чувство, Инна. Ты у меня вызываешь скорее отвращение.

— Раз попали в такую ситуацию — надо друг друга выручать!

— Хм, так тебе совет мой нужен? Ну, к примеру, постарайся узнать кто тут главный, постарайся ему понравится. Может замутишь любовь-морковь, как тебе такой план?

Стараюсь сохранять хладнокровие, но Инна озвучила мои собственные мысли. Меня начинает мутить от страха. Пытаюсь думать логически. Никто из похитителей не ведет себя фривольно, ничего особенного себе не позволяет. Но это пока.

Хуже всего что Инна начинает реветь. Судорожные всхлипывания еще сильнее действуют на нервы.

— Не начинай, я еле жива от усталости, не собираюсь тебя успокаивать, — бросаю резко и ухожу в ванную.

Когда возвращаюсь в комнате уже накрыт стол, Тамара принесла нам еду, как и обещала. Суп, макароны, салат из свежих овощей. Также лежит стопка чистой одежды, два мягких длинных халата, даже нижнее белье. В ванной чистые полотенца и все средства для душа. Но самой Тамары уже нет. Жаль, я хотела хоть что-то выведать у нее.

— Что она сказала? Ты спрашивала зачем мы здесь?

— Послала меня, как и ты, — кривится Инна. — Давай поедим. Нам силы нужны.

— Для чего? — вопрошаю со злостью.

— Не знаю! Может, для побега!

****

Еда в меня не лезла, но помылась я с удовольствием. Сразу разум прояснился. Надо обязательно выведать где мы находимся и при первой возможности бежать. Придется договориться с Инной, как бы противна она мне не была.

Наступила ночь. Сон не приходит, пялюсь в потолок под всхлипы Григорьевой. Самой тоже дико хотелось разреветься, но не позволяю себе этой роскоши. Слезы тут точно не помогут.

Утро не приносит никаких новостей. Тамара появляется с подносом — на завтрак каша и бутерброды. Сыр очень вкусный, похоже домашний, но аппетита у меня по-прежнему нет. Целиком погружаюсь в мысли о том, что же делать дальше. Тамара возвращается через час, чтобы забрать поднос.

— Нам хоть что-нибудь скажут? Долго мы тут отдыхать будем? — спрашиваю раздраженно.

— Скоро тебя примут. Пока хозяин занят, — недовольно буркает женщина.

Хозяин? Мне не нравится это слово. Но раз есть человек, которому все подчиняются, значит, достаточно с одним договориться. Наверное, это неплохо.

— Мира, не стоит их провоцировать, — укоряет меня Григорьева за грубость, с которой я общалась с нашей тюремщицей. Только хуже будет.

Ничего не отвечаю на ее предупреждение. Беру одежду, что принесли нам вчера. Два платья, довольно простого кроя, длинные, в мелкий рисунок. Спортивные штаны, несколько футболок. Наряжаться перед этими психами точно не собираюсь, выбираю спортивки темно-серого цвета и простую черную футболку. Все вещи с ценниками. Ну надо же так заморочиться ради пленниц. Все очень странно…

***

До самого позднего вечера мы остаемся в одиночестве и это просто невыносимо! Раздражение все возрастает, нервно шагаю взад-вперед по комнате, хочется подбежать к двери и долбить в нее что есть мочи.

Наконец, снова появляется Тамара.

Смотрит на меня критично.

— Платье не подошло?

— Я больше люблю спортивный стиль. А что, твой хозяин тонкий знаток моды?

— Иди за мной, — приказывает коротко.

— А я? — пищит Инна, которая-таки нарядилась в платье и даже долго крутилась перед зеркалом, сетуя на отсутствие косметики. Я лишь бросила на нее хмурый взгляд и промолчала.

— Здесь будь, — Тамара явно очень раздражена, ей вряд ли по душе возиться с нами.

Я не спорю, следую за тюремщицей, в конце концов, это в моих интересах. Я готова к переговорам, сконцентрирована и полна решимости выбраться отсюда.

Спускаемся на второй этаж, длинный коридор залитый светом — здесь большие панорамные окна. Возле тяжелой дубовой двери Тамара бросает на меня еще один недовольный взгляд.

— Заходи.

***

Почему-то пересыхает в горле, в ушах бьется пульс. Несмотря на логику я все равно ожидаю увидеть в этом помещении Руслана. И когда понимаю, что мои ожидания провалились, издаю невольный вздох.

Мужчина, сидящий в высоком кожаном кресле перед камином гораздо старше по возрасту. Ему, пожалуй, около шестидесяти лет, не меньше. Седая копна волос, цепкие холодные серебристые глаза впиваются в меня иглами.

— Мира Айдарова. Добро пожаловать, садись, — показывает на кресло напротив.

— Мы знакомы?

Я настроена вести себя независимо и дерзко, но почему-то не нахожу сил чтобы остаться стоять. Послушно опускаюсь в кресло. Камин уютно потрескивает, а я продолжаю смотреть на незнакомца, не в силах разорвать зрительный контакт…

— Живое воплощение выражения «колючий взгляд», — насмешливо произносит мужчина. Нет, мы не знакомы, Мира. Но придется познакомиться, что поделать. Ты смотришь на меня с такой дотошностью, видимо я пробудил в тебе надежды.

— Я совершенно ничего не понимаю! Можно говорить попроще? — вскипаю от раздражения. Мне совсем не интересно наблюдать как этот самовлюбленный индюк упражняется в словоблудии. — Кто вы такой? Зачем меня похитили? Какова цель?

Взгляд похитителя опутывает меня, точно липкая паутина, сбивает с толку и дезориентирует. Этот мужчина — истинно кровожадный паук, довольный, поймавший добычу. Внутренне сжимаюсь под его взглядом, леденею от того, с каким тщательным вниманием он осматривает меня.

— И все же, несмотря на твою грубость, я отвечу на тот вопрос, который мигает в твоих глазах, пусть ты и не решаешься произнести его. — Я не твой родитель, Мира. Не имею никакого отношения к твоей ДНК.

— Почему… Почему вы это говорите?

— Теперь отвечу зачем ты здесь, девочка. Потому что мне понадобилась. Потому что иначе у меня не получается достать твоего сводного брата. Ты — наживка. Если будешь вести себя послушно — так и быть, позволю соскочить с крючка, живой и невредимой.

— С чего вы взяли, что ради меня сводный брат примчится сюда? Прошло больше года как пропал Таир, — мой голос дрожит. — Мы никогда не были близки. Уверяю, он не поведется на подобное.

— У меня другая информация, солнышко. Но если все действительно так, очень жаль. Придется отрабатывать свою полезность другими способами. Например, стать развлечением для моих людей.

— Да кто вы такой? — вскакиваю на ноги.

— Сядь. Я не собираюсь распинаться перед тобой, рассказывать свою биографию. Вижу, девка ты резкая, детдомовское прошлое, хоть и далекое, дает о себе знать. Ну чтож, это хорошо. Ты цепкая и видишь суть. Задание не сложное — завтра в моем доме очень большой праздник. Приедет много серьезных людей. От тебя требуется надеть красивое платье и быть любезной. Пара бокалов шампанского, дежурные фразы. Ты должна привлечь внимание.

— И Таир сразу примчится? — горько усмехаюсь. — Он ведь не идиот. Значит, мой сводный должен вам много денег? Он не появится здесь, ни за что!

Я на самом деле уверена в том что говорю. Ни капли сомнений не закрадывается. Надеюсь, этот урод видит мою искренность.

— Дорогуша, я ведь не прошу у тебя консультацию. Ты здесь не для того чтобы задавать вопросы или говорить свое мнение. Лучше всего — беспрекословно выполняй все что тебе говорят. Так больше шансов уйти здоровой и вернуться в привычное русло. Небось соскучилась уже по столице.

Меня вдруг пронзает догадка. Нет, не хочу в это верить, но мысли настойчиво вертятся в этом направлении, и я озвучиваю их, хотя понимаю, что рискую:

— Это… Это вы писали мне о моих настоящих родителях? С вами должна была быть встреча?

Громкий неприятный смех наполняет пространство. Как же хочется ударить этого самодовольного индюка! Смотрю на него с ненавистью.

— Садись, дорогуша. В ногах правды нет, да и выглядишь ты сейчас так, словно вот-вот рухнешь. Ты догадлива, Мира. Все так и было. Тебя потребовалось выманить в родной город, и ты сыграла идеально по моим правилам. Я дал хорошую премию своему психологу, который помог разработать эту схему. Отлично сработал.

Послушно падаю в одно из кресел. Чувствую полное опустошение. Да кто черт возьми этот тип, так легко играющий с чувствами других?

Пялюсь на огонь, не в состоянии собраться с силами.

— Должен отметить, что этот разговор пошел не совсем по плану, — неожиданно произносит мужчина. Я даже не представился тебе. Завтра на приеме будешь обращаться ко мне — Алекс. Причем каждый раз обращаешься с ослепительной улыбкой. Никаких недовольных взглядов, поняла меня? — добавляет предельно жестко. — Игра должна быть безупречной, Мира.

— Что вы сделаете с Таиром, если все пройдет по плану?

Я не знаю зачем спрашиваю. Совершенно не верю, что Таир настолько идиот чтобы поддаться на такой примитивный трюк. Да и плевать мне на него, хотя не могу сказать что желаю ему зла. Есть ведь еще Джанат, которая вряд ли переживет если с сыном что-то случится. Она обожает Таира. Он — смысл ее существования. Меня всегда это бесило, я ревновала, потому что была для Айдаровых заменителем, развлечением, сладкой пилюлей — вариантов множество. Таир же был плоть от плоти, самым родным существом. Это нормально, но я все равно ужасно злилась, потому что хотела и к себе такого отношения.

— Да ничего, — пожимает плечами Алекс. — Пообщаемся. Заберу то, что он должен и разойдемся с миром.

— А если он не появится? Я для него ничего не значу!

— Какая ты скромница, Мира. Это даже забавно, но меня на такое не купишь. Таир не срывал ни от кого похотливые мыслишки в отношении тебя.

Лицо горит от насмешливого проницательного взгляда. Произнести бы вслух, что Таир уже «пробовал» меня, поэтому совсем не одержим уже в этом плане. Но конечно не хватает моральных сил. Меня и так подташнивает.

— Будь моей гостьей, Мира. Наслаждайся природой, свежим воздухом. Это тебе не мегаполис, где пробки и смог. Здесь все почти первозданно, тебе на пользу пойдет. Не забивай свою милую головку мыслями, приедет твой брат или нет. Положись на волю случая.

— И прогноз вашего психолога?

— Именно. Я в тебе не ошибся, ты умница. Сейчас Тамара отведет тебя в другую комнату, надо подобрать идеальное платье для завтрашнего дня.

Алекс нажимает на кнопку и тут же появляется Тамара.

— Отведи девушку на примерку, — приказывает Алекс.

Та кивает, но задерживается.

— Что делать со второй девушкой? — интересуется конвоирша.

— Черт, я и забыл. Как вы уживаетесь, Мира? Учитывая то, что старая знакомая так мерзко тебя подставила? Что скажешь, можно ей тоже пойти завтра на праздник? Или бросить на ночь к моим парням? У меня много молодых и горячих джигитов. Они будут довольны.

— Зачем вы мне такое говорите? — меня передергивает от такого «предложения».

— Хочу тебя порадовать. Нет ничего слаще мести, девочка. Ты слишком юна, но когда-нибудь поймешь обязательно.

— Не надо никуда бросать Инну. Мы… помирились, — выдавливаю из себя. — Мне будет спокойнее если она тоже пойдет завтра со мной. Будет веселее.

— Добрая девочка, хорошая девочка, — смеется Алекс, обнажая ряд белых ровных зубов. Его улыбка снова напоминает оскал. — Все желания леди для меня закон. Разумеется, пока она выполняет мои желания.