Глава 18

Кристина

Ошибка? Он реально только что так сказал?

– Ошибка? Такая ошибка, что аж повторить решил? – вскакиваю с кровати и жалею, что за убийство посадят.

Так бы прикончила гандона!

Он дергает плечом и делает затяжку, выпуская клубы дыма.

Я забываю, что стою перед ним голая. Мне обидно до зубовного скрежета, что мной попользовались и решили сразу выкинуть, как ненужную вещь. Прикусываю язык и чувствую, как во рту разливается привкус крови. Но если сейчас рот открою, то покажу, насколько меня все это задевает.

А этому козлу только это и нужно! Показать, какой он важный. А вот хер!

Хватаю покрывало, оборачиваюсь и выскакиваю из его комнаты. Внутри растекается гнев, но мозги отказываются соображать.

Мысли вихрем сменяют одна другую. Сейчас прекрасный шанс свалить на фиг из этого дома и не пересекаться с этим…

Делаю глубокий вдох. Нужно упорядочить мысли, чтобы разработать план дальнейших действий. Заскакиваю в комнату и защелкиваю замок. Все тело горит после пережитого, а внутри поселяется стужа. Но я не какая-то овечка, которой можно вот так пользоваться и потом вышвыривать из кровати. Сглатываю тугой комок и падаю на кровать.

Для начала попытаться найти квартиру, даже на пару дней, потом можно найти себе что-то постоянное. Давлю всхлип от осознания, что я одна и некому за меня заступиться. Не к кому пойти даже. Наташка сама огребает, судя по последней нашей встрече, и ей точно не до меня. В квартиру, которую мне дядя Рашид выделил, явно теперь не стоит соваться, а то вдруг эта сволочь захочет меня – сразу найдет и снова сотворит что-то подобное.

Так, надо собраться, не время себя такую несчастную жалеть. Нужно свалить.

Листаю объявления с квартирами и нахожу недорогой вариант недалеко от университета. Проверяю счет – вполне хватит оплатить несколько месяцев, только нужно снять наличку, а то этот ненормальный и тут пасет. Вскакиваю на ноги и нахожу рюкзак. Достаю кошелек и победно усмехаюсь, найдя вторую карточку. Она ни к чему не привязана, я на неё получала стипендию, и не трогала ее с тех пор, как крестный взял надо мной опеку и обеспечивал, так что и там должны быть деньги.

Довольно улыбаюсь. Не пропаду, а потом окончание универа и работа, и никогда я больше этого упыря не увижу.

Внутри снова все болезненно сжимается, но я быстро пресекаю попытки моего организма расклеиться и зарыться прям тут в плед и пролежать лет так сто.

Вызвать такси, заехать в квартиру и забрать вещи. Черт, универ. Я же не поменяю его просто по щелчку пальцев. Ну, прикинусь больной на недельку, а дальше?

Из меня вырывается истеричный смешок. А с чего я вообще взяла, что Тимофей меня будет искать? Он все довольно ясно сказал. Но все равно в той квартире я оставаться не хочу. Давно надо было снять другое жилье, и чтобы этот козел не лез ко мне со своим воспитанием, но стресс от смерти крестного явно затормозил мою мозговую деятельность.

Достаю из шкафа белье, джинсы, футболку и худи. Все должно выглядеть так, словно я просто уехала по делам. Вызываю такси. Пока едет машина, скидываю в рюкзак зубную щетку и нужные мелочи, проверяю документы и деньги.

Сделав глубокий вдох и показав воображаемому Тимофею средний палец, выхожу на улицу. Иду, не оборачиваясь на дом, и ощущаю на спине прожигающий взгляд. Выхожу за ворота и сажусь в такси. Вижу, как Тимофей стоит на балконе с сигаретой и провожает взглядом тронувшуюся машину.

Но мне уже плевать.

* * *

– И что, он тебя не ищет? – с момента моего ухода из дома Тимофея проходит почти две недели.

– Нет, и знаешь, меня это очень даже устраивает. А что у тебя? – понижаю голос и придвигаюсь к жующей Наташке.

Подруга нервно дергает плечом и оглядывается по сторонам.

– А что у меня? Папочка немного угомонился после того, как Сергей с ним поговорил. Уж не знаю, что он там ему наговорил, но папа больше меня не трогает и обходит по самой большой траектории.

– Сергей? Даже не Сереженька? – подкалываю Наташку и получаю в ответ возмущенный взгляд.

– Ну что ты, в самом деле? Он нормальный, – подруга краснеет, а я не узнаю её.

Была такая задорная, за словом в карман не лезла, а теперь прям притихла.

– Ты влюбилась, что ли? – решаю задать вопрос в лоб.

– Тс-с-с-с-с, ты можешь так не орать? Не влюбилась, просто благодарна, что не прошел мимо и выручил.

– Эй, Мальвинка, дай за косички подергать, – в аудиторию вваливается староста и, как всегда, подкалывает меня насчет нового стиля.

– Отвали, у меня с собой сегодня бита, – фыркаю.

– Вот говорила я тебе, что зря ты в синий перекрасилась. Надо было в розовый, – усмехается Наташка.

– Захотелось перемен, а ты прекрасно знаешь, что розовый не входит в мои любимые цвета, – парирую, но нашу дальнейшую перепалку прерывает Сергей Макарович.

– Добрый день, господа студенты. Все готовы к защите докладов? – и с Наташки взгляд не сводит.

Подруга краснеет и опускает глаза. Надо будет сказать им, чтобы они так не палились, а то так и выпереть могут Сереженьку.

– Кто первый? Кто смелый? – берет в руки журнал и пробегает глазами по списку. – Федоров, готов?

– Ой, – воет одногруппник, – давайте я второй? Вон свою любимицу вызовите.

Препод хмурится и окидывает его таким взглядом, что даже мне, сидящей через две парты от него, становится не по себе.

– И кто же моя любимица? Интересно даже стало.

– Так вон Кристинка, – ржет этот придурок, а я уже готова высказать ему в лицо не самые лицеприятные вещи.

– Так, может, ты за меня пару проведешь? А то, смотрю, ты лучше меня знаешь, кого мне вызывать, – препод продолжает давить морально, и это ощущает вся группа, – тридцать секунд. Не выходишь – неуд.

Это для одногруппника весомый аргумент.

* * *

Выходим после пары, я отлавливаю подругу и утаскиваю ее за угол.

– Вы хоть так не палитесь при всех, – начинаю шептать, сканируя взглядом коридор.

Не хватает нам ещё лишних ушей. Хотя, как известно, даже у стен есть уши.

– Ты о чем? – хлопает глазками подруга, на что я только кривлюсь.

– Не нужно тут из меня дуру делать, ладно? Я все вижу.

Наташка как-то горько вздыхает и опускает голову.

– Ну, мы с ним просто иногда общаемся вне универа. Но, клянусь, я сама не ожидала, что после того раза он вдруг начнет так сильно интересоваться моей жизнью.

Её телефон издает сигнал о сообщении. Подруга выдергивает мобильник из кармана и краснеет.

– Вот блин, – шипит, – совсем уже.

– Чего там? – пытаюсь посмотреть, что же так возмутило Наташку.

Вижу текст сообщения от Сергея Макаровича, что он будет ждать через десять минут возле кафешки через дорогу.

– И я же ему говорила, что его могут уволить.

– А он?

– Говорит, что ему похрен.

Хихикаю, вспомнив, как препод ругался, когда увидел пятнои на лице Наташки.

– Ну так хорошо же. Мужик.

– Ага, мужик, – совсем уныло выдавливает из себя подруга, – я не хочу потом виноватой оказаться в его увольнении.

– Выдыхай. Что за привычка брать на себя ответственность за чужие решения и поступки? Тебе нравится его внимание?

Подруга угукает, а я только выгибаю бровь. И она понимает меня без слов.

– Ладно, ладно, сдаюсь.

– Пойдем, героиня-любовница.

– Че это любовница? Может, женой стану.

И мы начинаем хохотать.

– Ну а почему нет-то? Он же у нас холостой.

– Ага, на фиг я ему упала? Девчонка из неблагополучной семьи с кучей проблем и комплексов.

Обнимаю подругу за плечи и стискиваю:

– Ну ты же можешь просто кайфануть от вашего общения и не углубляться в отношения.

– Это можно, – Наташка в ответ стискивает меня за талию, – слушай, но я все же не могу принять, что Тимофей просто молча тебя отпустил и не ищет.

– Надоело в воспитателя играть. Видимо, нашел занятия повеселее, – с наигранной бодростью произношу и игнорирую отголоски боли, которые впиваются в грудь.

Выходим из здания, и Наташка вспыхивает при виде машины препода. Сам он стоит, облокотившись на капот, и что-то изучает в телефоне, ещё не замечая, что мы подходим. Кому-то звонит.

По мере нашего приближения становятся слышны слова Сергея Макаровича:

– …Я же сказал, у кого заказывать. И что? А цены при чем? Ты хочешь травануть нахер всех? Отменяй, заказывай у проверенных, а то из зарплаты вычту…

Мы с Наташкой замираем в нескольких шагах от машины и переглядываемся. Сергей Макарович замечает нас, бросает в трубку, что перезвонит, и прячет телефон.

– Ну что? Как там твой отец?

– Нормально. Старается меня обходить, – подруга выдавливает улыбку, а я чувствую себя третьей лишней.

Переступаю с ноги на ногу и оглядываюсь.

– Ладно, я пойду, – отступаю от них, – хорошего вечера. До завтра.

– Кристин, тебя, может подвезти? – доносится вопрос препода, который повергает меня в небольшой ступор.

– Да не стоит, мне тут недалеко.

– А ты разве не в центре живешь?

Хлопаю глазами, не понимая, откуда у него эта информация. Подруга тоже выглядит удивленной.

– Эм-м… нет, я переехала. Ладно, всего хорошего.

– Ну давай. Куда поедем? – а это уже не мне, и я, радостная, что меня выпустили из внимания, ускоряю шаг.

Решаю прогуляться до дома, да и погода позволяет подышать свежим воздухом. Нечасто в нашем городе так спокойно и не ветрено, можно пройтись и подумать о своем.

Торможу возле машины с кофе и заказываю раф с цитрусовым сиропом. Втягиваю запах свежесваренного напитка и возвращаюсь в то утро, когда варила кофе Тимофею. К горлу подкатывает горький комок, с трудом проталкиваю его вниз.

Телефон звонит, с трудом нахожу его в бездонной сумке, но звонок прекращается. Вижу, что звонила сестра, перезваниваю, пока она не забыла причину звонка.

– О, привет, чего не отвечаешь? Я уже собиралась вызывать спасательную бригаду, а то вдруг твой опекун там тебя прихлопнул, как таракана, – тараторит сестра, а у меня от скорости её речи голова кругом идет.

– Маруся, ты что там разогналась? – пытаюсь остановить поток предположений.

– Фух, Кристь, да я испугалась за тебя, тем более ты что-то пропала с радаров.

– И ты сразу о плохом подумала?

– Ну, я перестраховалась. Ты же знаешь, какая я паникерша. Я это, что звоню-то…

– Внимательно.

Я прохожу мимо какого-то магазинчика, и из него вылетает парень, едва не сбивая меня с ног, но успевает меня придержать и убеждается, что я стою твердо.

– Прости, – улыбается, а я теряюсь немного.

Высокий, красивый блондин с карими глазами и проколотой губой. Совсем не похож на опекуна. Моргаю и улыбаюсь в ответ.

– Ничего страшного.

– Ты цела?

– Подожди, систер, – бросаю в трубку и отвлекаюсь от телефонного разговора. – Все хорошо, не волнуйтесь.

Парень окидывает меня заинтересованным взглядом, и его улыбка становится намного коварнее.

– Считаю, что за такой дерзкий налет просто обязан извиниться, – опускает взгляд на кофе и хмыкает, – стой тут, не уходи никуда, ладно?

Угукаю, и парень скрывается за той же дверью, откуда вылетел минуту назад.

– Ты там уже знакомишься, что ли, с кем-то? – слышу возмущенное пыхтение сестренки.

– Нет, просто немного столкнулась с незнакомым парнем.

– Оу-у-у-у-у-у-у, – многозначительно тянет Машка, а я закатываю глаза.

Ну началось.

– Ты по делу звонила, – возвращаю в нужное русло сестренку.

– Ах да, ты не передумала? Тебя на свадьбе ждать?

Закусываю губу. Черт, со всеми этими войнами с Тимофеем я совсем забыла билеты заказать.

– Эм…

– Что за «эм»? К чему вот это твое «эм»?

– Я просто пока билеты не забронировала, но…

– Что? Как? Господи, у меня, кажется, воды отходят. Сейчас рожу, – начинает причитать сестра.

Я закатываю глаза и держусь из последних сил, чтобы не засмеяться.

– Какие воды? Тебе ещё ходить и ходить.

– Отстань, дай пострадать и надавить на твою совесть.

– Все хорошо, Марусь, я буду, – вижу, как выходит мой знакомый незнакомец с бумажным пакетом с логотипом.

– Смотри мне, а то сама заявлюсь, и тебе капец.

– Все пока, до связи.

– Надеюсь, угадал с выбором, – парень протягивает мне пакет, – заверили, что вкусные.

– Спасибо, но это лишнее. Со всеми бывает.

Парень хмыкает и хватает меня за прядь волос. Слегка дергает.

– Для Мальвины ничего не жалко.

– Вообще-то я Кристина.

– Ну-у-у-у-у-у-у, так не интересно. Мальвина идет тебе намного больше. А я Тоха, очень приятно, – протягивает руку.

Я же ничего не теряю от этого знакомства? Пожимаю ладонь.

– Куда направляешься?

– Да просто гуляю после университета, никуда особо не направляюсь, – делаю несколько шагов, и Антон пристраивается рядом со мной.

– Не против, если составлю тебе компанию? Мне как раз заняться нечем было, а тут прям такая милашка врезалась в такого растяпу.

– Вообще не против. – Ощущается в нем скрытое тепло, и я с первых минут знакомства тянусь к нему.

– Что, даже не сунешь носик в мой подарок?

Усмехаюсь и открываю пакет.

– Вау, какое красивое пирожное! А там пекарня? Даже не знала, – оборачиваюсь и запоминаю то самое крыльцо.

– Ты многое потеряла, Мальвинка. Тут самые классные эклеры и корзиночки. Всегда все свежее.

– А ты случайно, не их пиарщик?

– Не, я их постоянный клиент, – фыркает Антон.

Дожидаемся с ним зеленого сигнала светофора и переходим дорогу.

– Ну рассказывай – откуда, куда?

– С универа домой иду, ничего особенного.

– Я сразу говорю, чтобы не возникало потом каких-либо непоняток. Мое сердце давно и надежно занято, поэтому хочу предложить тебе свою дружбу. Я вот просто прям сразу понял, что ты моя родственная душа, – и улыбка до ушей, а я только и могу, что глазами хлопать.

– А никто не будет против такого твоего общения?

Мой новый знакомый меняется в лице, а я уже пугаюсь, что затронула больную тему. Только открываю рот, чтобы переключиться на другую тему…

– Да там все сложно. Я просто друг…

– Ой, – успокаивающе похлопываю его по спине, – мне жаль.

– Ага, все принца какого-то ищет, а я вот, рядом. Задолбался отгонять от неё всяких мудаков.

Сочувственно улыбаюсь, таким он становится в этот момент грустным.

– Ну да ладно, что мы все обо мне. Чем любишь заниматься?

– Сейчас диплом, а так люблю историю, у меня и родители архитекторы.

– Вау, – искренне выдыхает Антон, – классно! Дома, наверное, много крутых штук?!

Закусываю губу. Ну тут сама виновата, сама подняла тему.

– Нет, я живу на съемной квартире, а родители исчезли в очередной экспедиции два года назад.

– Ох, прости, – берет меня за руку и утешающе стискивает, – мне тоже жаль, но твоя потеря, конечно, намного страшнее. Искали?

Киваю.

– Никаких следов. Давай не будем…

– Конечно, как скажешь, Мальвина, – поднимает руки вверх и ободряюще улыбается.

Доходим с Антоном до моего дома.

– Пришли, – переступаю с ноги на ногу.

Антон протягивает руку и требовательно её дергает. Хмурюсь.

– Телефон гони, я забью номер свой и себе маякну. Наберешь, когда захочешь общения со мной.

Вбивает свой номер и возвращает мне. Стоит отвлечься, как он растворяется в воздухе, как будто его и не было, словно он плод моего воображения. Но номер никуда не исчезает, и мне прилетает сообщение. Хихикаю. Уверена, что от моего нового знакомого, но замираю при виде нового зачисления на карту от Тимофея.

В крови закипает ярость. И перевел больше чем обычно в три раза.

Это что ещё за хрень?

Стискиваю руку в кулак. Ну я тебе устрою – кидать мне подачки!

Лихорадочно пытаюсь вспомнить адрес офиса, в котором сидит эта скотина. Рискую предположить, что в головном в центре, и вызываю такси.

– Добрый день, можно по пути тормознуть возле банкомата? Мне нужно деньги снять, – премиленько улыбаюсь дядьке за рулем.

Он хмуро зыркает на меня в зеркало заднего вида, но кивает. Пока едем, всякими разными способами разжигаю ненависть и злость, потому что стоит мне успокоиться, и не поеду я ни на какие разборки, а выпустить пар, и желательно в Тимофея, нужно давно. Внутри просто рвет всю на части от этого вроде бы незначительного, но такого показательного поступка со стороны опекуна.

Надо же, вспомнил о моем существовании, не прошло и года. Скинул на хлебушек с маслом и икрой.

Доезжаю до высокого здания, блестящего на солнце всеми оттенками металла и стекла. Натягиваю на глаза очки и выскакиваю на улицу. Очень надеюсь, что опекун ещё тут, а не срулил в очередную кровать к грелке. Трясу волосами, отгоняя яркие образы Тимофея в постели с другой. Мне вообще все равно, с кем он там трахается, я сюда приехала не за этим.

– Девушка, вы куда? Почти конец рабочего дня, – тормозит меня на входе охранник.

– Добрый вечер, – выдавливаю из себя сексуальную улыбку и очень надеюсь, что именно такую, – мне к Тиму.

Охранник хлопает глазами и сканирует меня с головы до пяток.

– К какому ещё Тиму?

– Ой, – наигранно смущаюсь, – господин Лавров, дело в том, что он меня пригласил. Ну, понимаете, для личных целей.

Стреляю глазками, пытаясь передать скрытый смысл фразы. Накручиваю прядь волос на палец и чуть ли не срываюсь на смех. Не хватает только жвачки, и девочка по вызову готова.

– Он не предупреждал, – тупит охранник.

– Ну конечно, как вы себе это представляете? Скажет вам, что к нему девушка придет, чтобы развлечься?

Боже мой, что я несу? Хорошо, что очки догадалась оставить на лице, и мои испуганные глаза скрыты за темным стеклом.

– Я позвоню, – тянется за телефоном, но я перехватываю его руку.

– Ну зачем? Я хочу сделать ему сюрприз. Не выдавайте меня, а уж как-нибудь потом рассчитаюсь, – и я вижу, как охранник плывет от последних слов.

– Номерочек оставишь?

Легонько хлопаю его по щеке и выдавливаю улыбку.

– На обратной дороге, обязательно. Ты же не хочешь, чтобы начальник был злой из-за моей задержки.

Пока иду до лифта ощущаю, как в плечи врезаются из-за тяжести лямки рюкзака. Дернуло ж меня ещё и в продуктовый зайти, но как увидела вывеску «Продукты» так сразу в голове возникла сумасшедшая идея. Пришлось даже упаковать свою посылку в пакет и запихнуть в рюкзак, чтобы на входе меня не тормознули и не посчитали меня террористом. Надеюсь, после этого представления я останусь в живых.

Пока лифт поднимает меня на последний этаж достаю подарочек для опекуна. Очень надеюсь, что заносчивая задница Тима обитает на последнем этаже, как положено высокому начальству. А то как-то невесело будет бегать по этажам и искать его кабинет.