Глава 34

Тимофей

Иду к двери, проклиная того, кто рискнул ко мне заявиться и так настойчиво звонит в звонок. У самого в голове звон колокола.

– Да, бл*дь, заткните этот гребаный звонок!

– О, и тебе привет, – на пороге Макс, скалится во все зубы, – херово выглядишь.

– Свали туда, откуда приперся, – собираюсь захлопнуть дверь, но друга хер просто так выпнешь.

Макс протискивается в дом, толкая меня плечом:

– Ты долго в пещере своей собираешься прятаться?

– Тебя еб*т?

Собеседник из меня сейчас херовый. Макс морщится и затыкает нос.

– Ты когда последний раз мылся и чистил зубы? Перегаром за километр несет.

Иду в кабинет и достаю новую бутылку спиртного. Откупориваю крышку и уже собираюсь сделать глоток, как долбаная бутылка исчезает.

– Э, верни, – резкий рывок в попытке выхватить бутылку у Макса, но из-за недельного запоя мои инстинкты тупее, чем у друга.

– Так, бл*дь, в руки себя взял. Ты че сопли-то развесил?

Падаю в кресло и прикрываю глаза рукой. В голове такой звон, что, мне кажется, его слышит вся округа.

– Че тебе надо от меня?

– Вернуть нормального друга, а не сопливую девку. Кстати, дядюшка Макс кое-что принес. Тебе явно будет интересно посмотреть это занимательное видео. А то ты со своим горем напрочь забыл, что у тебя в кабинете камеры есть.

Друг достает телефон и разворачивает экраном ко мне. Кабинет, я и эта мымра.

Момент, когда она присасывается ко мне, а меня опять корежит. Я отпихиваю её и встряхиваю, и в этот момент влетает Тина.

Сука, сердце отдает болью так, что хочется сложиться пополам.

– Скинь-ка мне это.

– Я так понял, в запое ты именно из-за этого инцидента, – язвит Макс, но просьбу выполняет.

– Слушай, отвали, а? Мне не до твоих нотаций.

– Бл*, – Макс шумно выдыхает и переводит на меня недовольный взгляд, – что стало с моим другом. Он бы сейчас собрал свою жопу в кулак и поехал возвращать свою женщину.

– Нахера? Если женщине я на хер не упал?

Внутри разгорается уже привычная ярость из-за того, что пигалица меня вот так просто кинула и не поверила. Но, мать его, как мне без неё херово. Как будто сердце выдрали наживую и выкинули на съедение псам.

– С каких пор ты стал таким обижулькой?

– Ты сейчас допи*дишься!

– О-о-о-о, и что ты мне сделаешь? Утопишь меня в слезах?

Срываюсь с места и хватаю Макса за грудки. Он довольно лыбится.

– Ну вот, вижу бешенство в глазах. Давай-давай, приводи себя в нормальный вид. Ну… – окидывает меня взглядом, – насколько это вообще возможно в ближайшие часа два.

Его пламенную речь прерывает звонок. Он смотрит на дисплей чертыхается и возвращает на меня взгляд.

– Короче, собирай свою пропитую тушу, а я смотаюсь по делам и вернусь.

– Нахер возвращаться-то?

– Помогу вернуть тебе любимую.

И лыба коварная такая, что мне становится страшно, что я вообще дружу с этим товарищем.

– И когда ты стал таким экспертом в отношениях?

И тут происходит невероятное. Я даже трезвею. Макс смущенно отводит глаза и тяжело сглатывает.

– Да ладно? Ты в кого-то врюхался?

– Сейчас не об этом.

– Ха, давай колись!

– В отличие от тебя, я нашел в себе силы завоевать свою даму сердца, а не скулить от досады и обиды и вливать в себя литрами коньяк.

– Ты меня специально бесишь, да?

– Естественно, я ж твой друг.

Макс начинает ржать на всю комнату, а у меня снова в голове звучит гонг. Выпускаю друга и делаю несколько шагов назад. Кошусь на бутылку, стоящую на столе.

– Если ты сейчас продолжишь, то можешь забыть про свою Кристину.

– С хера ли?

– Да потому что я опять видел её на днях с тем перцем.

– Чего-о-о-о-о?! – реву раненым зверем и срываюсь с места. – Я его убью!

– Ага-ага, только помойся, а то убьешь его своими ароматами. Все, я помчал. Прихорашивайся, Тимошка.

– Пошел ты.

Хватаю полотенце и иду в душ. И правда, я уже забыл, когда последний раз нормально мылся. Изо дня в день одно и то же. Встал, умылся и весь день бухал.

Но хер я просто так отдам свою пигалицу какому-то херу с горы. Собственник во мне бушует, а я уже мысленно разрываю смертника, который приблизился к моей женщине, на мелкие кусочки.

Быстро принимаю душ, сбриваю недельную щетину, пытаюсь поправить морду лица – окунаю голову в ледяную воду. Передергиваюсь от холода, но постепенно звон в голове утихает, и я могу думать.

Вся эта херня знатно подкосила меня и вывела из строя. Но Макс прав, хватит жалеть себя такого несчастного, пора что-то делать.

Прошло больше недели. Пигалица должна уже остыть и осмыслить, что она наделала. А если не поняла… Ну что ж, придется убедить, что она не права, и рвать наши отношения – это крайне херовое решение было тогда.

Слышу сквозь шум воды, как снова кто-то ломится.

Быстро Макс вернулся. Обвязываю бедра полотенцем.

– Быстро ты, – распахиваю дверь и застываю.

Моргаю. Пора завязывать бухать, а то глюки уже начались.

Тинка стоит, собственной персоной. Заглядываю ей за спину на отъезжающее такси и выдыхаю. .

– Да уж, ты явно не меня ждал, – заправляет волосы за ушко и старательно отводит глаза, – ну, я не отниму у тебя много времени…

– Че херню-то городишь?

Рявкаю и только сейчас замечаю в её глазах слезы. И как серпом по яйцам. Что стряслось?!

– Ты что, Тин?..

Моя девочка шмыгает и кидается мне на шею. В последний момент успеваю подхватить её, чтоб вместе не загреметь на пол.

–Спасибо, что вернул родителей, Тимофей.

А, понятно. Все-таки проговорились.

– Да не за что.

Отстраняется и смотрит в глаза, а я впитываю её черты лица. Как будто год не видел. В груди все сжимается.

– Есть за что, – её шепот ударяет по нервам, – никто не смог найти их, а ты привез. Я уже не надеялась. Как ты это сделал?

Тим дергает плечом.

– Просто заплатил кому какому-то там их главарю. Не деньги правда, но тоже вполне выполнимо было. Ну-ка прекрати реветь, пигалица. Ты что тут болото разводишь?

И вот по башке хочется себе дать за такие слова.

– Да, прости. Мы все вернем. В общем, спасибо, я пойду.

– Куда, бл*?

Затаскиваю Тину в дома и захлопываю дверь.

Крепко сжимаю руку, второй хватаю телефон и набираю Макса.

– Не суйся ко мне!

– Э, в смысле? – друг явно в ахере, но мне по боку.

– Я буду занят. Все.

Скидываю и возвращаю взгляд на свою пигалицу. Она удивленно хлопает глазами и оборачивается на закрытую дверь.

– Ты… что ты делаешь? – неуверенно шепчет все ещё прижатая к моей груди.

– Что должен был сделать ещё неделю назад.

– А-а-а-а…

Затыкаю рот поцелуем. Кристина рвано вздыхает, но не отталкивает, и это подстегивает. Обхватываю её бедра и поднимаю над полом. Тина обхватывает меня за талию, а мне в голову кайф ударяет. Толкаюсь между ног каменным стояком и губами ловлю стон.

Как же мне её не хватало. До одурения. И как хорошо, что она сама приехала.

– Тим, – ей стон заставляет меня вздрогнуть, – мне пора.

– Хера с два я тебя отпущу, – снова впиваюсь в пухлые губы, и голова кругом от её близости, – соскучился, капец.

– По швабре своей скучай, – бурчит эта заноза.

Щипаю её за попу и она взвизгивает. Тащу её в гостиную и роняю на диван.

Тина пищит и подпрыгивает на мягком. Нависаю над ней и запутываю пальцы в волосах. Все ещё голубых, но мне сейчас на это похер.

Главное – она рядом.

Она жадно осматривает мое тело и сглатывает, а я, пользуясь её заминкой, стаскиваю с неё куртку и майку. Жадно целую каждый миллиметр оголяющегося тела и ловлю её стоны с каким-то диким восторгом. Она вцепляется в мои волосы, когда я поцелуями дохожу до пуговицы на брюках.

– Тим, – хныкает, – давай поговорим.

Мотаю головой. Не в состоянии я сейчас говорить. Хочу быстрее оказаться в ней. Снова ощутить, что она моя.

– Потом. Я скучал…

Срываю с неё остатки одежды. Полотенце отлетает куда-то в сторону, и я одним рывком оказываюсь в её податливом теле.

И ощущаю на члене её влагу. Так охренительно! Сжимаю зубы, чтобы не кончить.

Пигалица выгибается навстречу. Ноготочки под кожу загоняет, и я сам держусь из последних сил, чтобы не застонать.

– Я долго не продержусь, малышка, – прикусываю её шею и ощущаю, как она дрожит всем телом.

Член стискивают её мышцы, и Тина кончает с громким стоном. Делаю несколько толчков и чувствую, как тело сковывает напряжение. Улетаю вслед за ней, перекатываюсь на спину и утягиваю Тину за собой.

Она напряжена. Молчит. А мне курить хочется, но боюсь, что стоит мне выйти из комнаты и Тина смотается.

– Поговорим? – хриплю, преодолевая какое-то непонятное волнение.

– О чем?

На грани слышимости. Как-то даже обреченно. Цепляю её за подбородок и заставляю посмотреть на меня. Отводит глаза, и это рвет на части.

– На меня посмотри.

– Зачем? Вот ты опять все сделал по-своему, мои просьбы мимо ушей.

– Какую просьбу? Поговорить? Или отпустить тебя к твоему херу?

Глаза Кристины вспыхивают яростью, но теперь она смотрит на меня.

– К какому херу? – дергается, пытаясь вырваться из моего захвата.

– К Антоше, видимо, – у самого крышу срывает от ревности, но я уже не могу остановиться.

– Если у тебя рыльце в пушку, не нужно меня подозревать во всех смертных грехах! – Кристина повышает голос и снова дергается.

Шипит от боли, и мне приходится выпустить её, чтобы не причинить вред. Вскакивает на ноги и оглядывается в поисках одежды. А я любуюсь своей фурией.

– Знаешь, порой я тебя ненавижу.