Глава 2

Ярослав

Смотрю на себя в зеркало, держа бритву в руках. Я пугаю эту девчонку. И мне не наплевать, как оказалось. Бороду отрастил специально, она придает моему облику угрюмость, которая отпугивает людей. Не люблю людей. С моим дефектом тяжело общаться. Каждому не объяснишь, что ты немой и на пальцах не покажешь. Есть у меня три друга и довольно.

Неуверенно подношу острую бритву к своей щеке. Ради нее, ради этой отважной белки-летяги. Она сегодня фыркала, говорила, что мне не идет борода. Ладно. Но, что я хочу ей доказать? Она дочь моего врага, у меня давно терки с ее отцом. Поэтому ничего между нами и быть не может. Опускаю руку с бритвой.

Закрываю кран с теплой водой, и вдруг снова вспоминаю серые, с фиолетовыми переливами глаза, испуганно смотревшие на меня. Снова беру бритву. Мне придется встретиться с ней еще раз, у меня остался ее рюкзак, завтра отвезу ей в институт. И я больше не хочу видеть испуг в ее красивых глазах.

Прикладываю лезвие к щеке, собираясь с духом сделать первое движение.

— Милый?

Приторно-ласковый голос позади меня застает врасплох, рука срывается, оставляя полоску подрезанных волос. Ну вот, теперь придется побриться.

— Ты скоро спать? — белые холеные руки обнимают мои плечи. Вдруг осознаю, что меня раздражают и руки, и их хозяйка. Неприятны ее прохладные прикосновения к моей разгоряченной коже.

Мысленно посылаю ее нецензурно, жалея, что не могу сделать этого вслух. Я дергаю плечом, высказывая свое раздражение Марине, и корю себя за то, что позволил ей остаться сегодня у меня.

— Тебе помочь? — девушка заглядывает мне в лицо, но тут же отшатывается, увидев мой свирепый взгляд. Мы слишком долго вместе, она научилась понимать меня без слов.

Через час ложусь в постель, рядом со спящей Мариной. Я специально задержался в ванной, ожидая, пока она заснет. Трогаю непривычно гладкий подбородок и улыбаюсь. Завтра встречусь с ней. И она удивится, ведь хотела увидеть меня без бороды. Снова смотрю на свою любовницу и представляю вместо белого ухоженного тела, с соблазнительными зрелыми формами другую фигурку, загоревшую и по-девичьи еще угловатую. Нежнейший бутон вместо начинающей увядать, полностью распустившейся розы.

Нет, дело не в возрасте. Просто надоела приторность и льстивость, угодливость, от которой так и несет фальшью. Не верю я в любовь лежащей рядом женщины. Она есть, но не ко мне, а к комфорту, которым я ее обеспечил.

Утром не получается встретиться со Славкой и отдать ей рюкзак, бизнес отнимает почти все мое время. Да, я знаю ее имя, знаю о ней почти всё. Только она не знает про меня. Она моя одержимость в последние полгода, моё безумие. И чувства лишь ярче и острее, когда до сознания доходит, что тебе недоступен объект вожделения. Пора ставить точку. Я не пацан, чтобы пускать слюни на смазливую девчонку.

Я знаю, когда у Славки заканчиваются занятия и подъезжаю к этому времени. Студенты выходят из дверей, но ее нет среди них. Странно. И что делать? Ведь сама она не придет за своими вещами, напугана слишком. И подругам не могу отдать, их тоже не вижу в разноцветной толпе студентов. Ни яркой рыжей пухляшки, ни черноволосой худой молчуньи. С этой мы похожи, как брат и сестра. Она тоже не может говорить, как я.

Еду в «Крутой Яр», кафе имени меня. Друзья в шутку назвали, когда я всё не мог придумать название своему новому кафе. И это место мне стало родным, здесь мой личный кабинет, отсюда я рулю своим бизнесом, которое включает в себя еще две кофейни и бар.

По привычке присел на высокий стул у барной стойки, попросил кофе, указав на кофемашину, и оглядел уютный светлый зал. Компания за столиком у окна сразу привлекла мое внимание. Славка и ее подруги обедали, смеясь и рассказывая друг другу истории.

Только Сероглазка смотрела на меня, будто даже с вызовом. Мол, я пришла, не испугалась. Я усмехнулся и принялся за кофе. Но меня так и тянуло еще раз посмотреть в сторону студенток. Даже разозлился, отдал бы уже девчонке вещи, да и забыл бы о ней. Но мы взялись играть в гляделки.

Рыжая подруга тормошит Славку, показывая на столик у двери, где сидит парень с блондинкой, знакомые, видимо. Но девушка только отмахивается, не сводя с меня глаз. Вдруг она применяет язык жестов, не зная, что я понимаю его очень хорошо, стала говорить своим подругам, кивая в мою сторону:

— У меня уже другой. Как раз этот парень у бара. Мне так классно с ним, что до этого придурка теперь и дела нет, пусть мутит с кем хочет. Меня есть кому приласкать.

Я, очумев сначала, понимаю, что она просто не хочет выглядеть в глазах подруг преданной и униженной. Киваю девчонке на дверь, ведущую на задний двор, откуда она вчера так забавно сбежать пыталась. Интересно, пойдет ли за мной, не побоится ли. Или снова подруг прихватит с собой.

Выхожу к машине, забираю из салона рюкзачок, сейчас отдам и больше никогда не увижу ее. Перестану следить за ней, искать нечаянных встреч. Она выходит за мной следом, но близко не подходит, стоит у двери. Подхожу сам, вкладываю рюкзак в ее руки.

— Спасибо. И за вчерашнее спасение, спасибо огромное, — говорит девушка, внимательно разглядывая мое лицо. Задерживается на глазах. — Тебе идет без бороды, ты так моложе и намного красивее.

— «Заведи себе охрану, кто-то реально тебе угрожает», — показываю девчонке жестами, наблюдая, как у нее вытягивается лицо от удивления. Она не ожидала, что я тоже понимаю язык жестов. — «Прощай»

Я уезжаю, а она так и стоит на пороге моего кафе и смотрит мне вслед. Такая горечь разливается в душе, и комок в горле давит на кадык.

Дочь моего врага.

Забудь Яр.

Забудь…