23 глава Руслан

– Иван Николаевич, не частите, объясните толком, что тут у вас произошло? Переволновавшийся бригадир пытался мне объяснить, что у нас возникли проблемы, и я уже не уверен, что они возникли просто так. – Мы и сами в толк не возьмем, то ли инженерная служба неправильный доильный аппарат подобрала, то ли это – заболевание вымени. Засунул руки в карманы брюк, сморщил лицо, обдумывая все то, что мне сейчас сказал бригадир молочно-товарной фермы. Посмотрел исподлобья на Змея, которого взял с собой, тот мне кивнул, что даже не сомневается. – Иван Николаевич, а что говорят ветеринары? Смотрели животных? Вытерев платком пот со лба, он ответил: – Да, разумеется, Наталья Петровна сделала свое заключение, оно у меня. Он порылся в папке и выудил из нее заключение главного ветеринара. Из-за задержки молока много коров заболели, у некоторых образовались кисты яичников. То есть доильный аппарат был неверно настроен, инженерная ошибка. – За столько лет у тебя еще ни разу не замечалось инженерных ошибок на ферме, – сказал мне Змей. – Согласен, инженерная бригада вся понесет наказание, это даже не обсуждается. Скажи мне лучше, Иван Николаевич, кто приходил на ферму из посторонних. – Да вроде никого не было, – испуганно сказал он. – Хм, был кто-то… точно был, а вы здесь все лохи, если к вам кто угодно может прийти и наделать делов. Ты кем тут работаешь, а? – задал я вопрос трясущемуся бригадиру. – Бригадиром молочно-товарной фермы. – Вот именно, и ты отвечаешь за все здесь, за все! Вот за все и ответишь по полной! Чтобы занялись лечением скота, всех больных сведите в отдельное место и дайте должное лечение и отчет ежедневный, а если понадобится и ежечасно, чтобы скидывал, как идут дела. И чтобы ни одна посторонняя душа не пробралась. Помоги бригадиру в этом вопросе, – развернувшись, обратился я к Змею. – Сегодня пришлю ответственных, – ответил Змей. – Все, уходим… – глянул на время, пора ехать. Пока всю ферму обошли и с бригадиром поговорили, время к вечеру близится. Пока ехали, переговаривались со Змеем. – Нет, нутром чувствую, он не один, кто-то над ним, он всего лишь исполнитель, – прищурив глаза, я оторвался от окна и посмотрел на Змея. – Что скажешь? Он почесал бороду и сказал: – Думаю, что ты прав. – Угу… Набирая номер Луки, киваю Змею: – Лука, наш гость еще не отчалил? – Не поверишь, Волк, как только ты его посетил, после сразу свалил из отеля и уехал из станицы. – М-м-м… даже так, ладно, отбой, – завершил вызов, посмотрел на Змея. – Вот, сука! Свалил уже… ну ничего, я до него доберусь, у меня длинные руки и в столице достану. – Оперативно он свалил, – удивился Змей. – Угу… Завтра надо мэра навестить, кажется, он забыл, с чьей руки он кормится. Парнишка сразу вспомнился, кольнуло нехорошее предчувствие. Чтобы парня не замели, могут и узнать о том, что он мне инфу слил. По-хорошему надо забрать его. Тяжело вздохнул, ну посмотрим, сейчас много дел навалилось, позже. – Саша, притормози, Змей выйдет. Распрощавшись со Змеем, поехал за Викой. Поднялся на этаж, открываю двери, вижу, что корзина с мусором переполнена скомканными листами и вокруг валяются еще. А она, согнув спину, босая, что-то чертит на ватмане. – Я смотрю, работа не особо идет? Снова напугал ее своей внезапностью. Она выдохнула, схватившись за область сердца. – Скажи, ты так всегда будешь появляться или специально так делаешь, чтобы довести меня до инфаркта? – Привыкай, бубнами свой приход оповещать не буду. Собирайся, Вика, пора домой. – Уже? – Пошли, Вика, у меня был насыщенный день, вечер хочу провести в спокойной обстановке, без лишних вопросов. Мы спустились по ступенькам к ожидавшему нас внедорожнику. Вика всю дорогу смотрела в окно, заметно нервничая. В лифте я уже не выдержал ее напряжения: – Прекрати себя так вести! Я не собираюсь набрасываться на тебя, как оголодавший волк. Сжал талию руками, строго глядя на нее, не выдержав моего взгляда, опустила глаза в пол. – Выходи, – сказал ей. – Я приму душ, переоденусь и хочу приготовить ужин… если ты не против. Посмотрел на нее, хм… чует кошка, чье мясо съела. – Не против, – ответил ей и подумал, надо бы тогда Лиду отпустить. А Вика торопливо пошла в комнату. Я же направился на кухню. – Лида… – Добрый вечер, Хозяин. – Да-да… добрый вечер, Лида, можешь быть свободна, на сегодня ты мне не понадобишься. – М-м, а как же ужин? – Я же сказал, на сегодня свободна. Развернулся и пошел к себе принять душ после рабочего дня. Выйдя в домашней свободной одежде, обнаружил Вику, суетившуюся в кухне, ставящую противень в духовку. Развернувшись ко мне, робко улыбнулась и принялась нарезать салат. А я уселся за стойку на стул и подумал, как же она вписалась в мою жизнь. Не хочу ни о чем думать, кроме того, чтобы смотреть, как она суетится на кухне, готовя мне ужин. Этот коротенький сарафанчик и две косички – хитрая лиса, специально заплела косы, знает, что мне нравится. Накрыв на стол, подала приготовленный ужин. Следил за ее реакцией, не хочу ее пугать, но, похоже, по-другому с ней не работает, это же надо, меня волчарой назвала и думает, ей это просто так с рук сойдет… – Кофе приготовить? Могу принести в курительную… эм… ты же любишь с сигаретой. Смотрю на нее и думаю: «Ну, как умасливает, а? Ее на переговоры надо с собой брать». Вытерев рот салфеткой, сказал, поднимаясь: «Принеси, как приготовишь», – и покинул кухню. Зайдя в комнату, опустился в кресло, вытянув ноги на пуфик. Спустя минут пять Вика внесла кофе и подала его мне. Прикуривая сигарету и глядя на Вику, сказал: – Иди в спальню, разденься догола, опустись коленями на пол, сложи перед собой руки в покорной позе и жди меня. – Ч-что? – заикаясь, спросила у меня. – Ты слышала, Вика, иди и исполняй. Резко развернувшись, рванула с места. – Стоять! – гаркнул я. Она резко остановилась. – Если ты не выполнишь то, что я тебе приказал, ты приплюсуешь еще одно наказание. Поэтому, прежде чем что-то сделать, подумай, в итоге будет так, как я решил, – из ее глаз вот-вот искры посыплются, но перечить не осмеливается. – Можешь идти. Буквально сорвалась с места. Тихо посмеявшись, сам себе сказал: «В следующий раз будет думать, прежде чем открывать свой коварный ротик». Спокойно допив свой кофе и докурив сигарету, встал и пошел к себе, улыбаясь, представляя, как моя дикая Волчица сидит на коленях, сложив перед собой свои изящные руки. Открыл двери в свою комнату, взгляд упал сразу на Вику, которая сидела на полу попой на пятках, опустив на колени руки и склонив голову. Медленной походкой направился к ней, подошел близко, присел на корточки, провел большим пальцем по розовому соску, который сразу отреагировал. – Скажи, Вика… ты готова ответить за каждое свое произнесенное оскорбление своему мужчине? Она подняла голову и негодующе спросила: – А разве ты мой мужчина? Вздохнул, поглаживая ее безупречное тело, я сказал: – Но это же логично, Вика, если ты моя женщина, значит я твой мужчина. Она обиженно склонила голову и опустила глаза, сказала тихо: – Но я ведь не выбирала тебя в качестве своего мужчины. – Нет, но я сделал выбор за тебя. Признайся уже, Вика… хоть себе. – В чем? – подняла голову и посмотрела на меня вопросительно. – Вот здесь, – упираю указательный палец в ее лоб. – Здесь ты еще не принимаешь. А вот здесь, – опускаю указательный палец в район ее сердца и продолжаю, – здесь ты давно меня приняла и не отпирайся, Вика, хватит обманывать саму себя. Тяжело вздохнув, снова потупила голову. Поднял ее за подбородок ладонью и сказал: – Никогда… не склоняй голову, я тебе уже это говорил, и если ты виновата, значит, неси достойно наказание. Думай в следующий раз, когда нервы берут над тобой верх. Умей ими управлять, и еще мне нравится твоя гордость, но мне ее ни к чему показывать, ты должна ее показывать, если затронут твою честь. А про себя подумал, только пусть попробуют, всех поломаю, не успеют и рта раскрыть. Сильнее сжал ее подбородок, сдвинул брови к переносице. – Поняла меня? – Поняла, – виновато ответила мне. – Прости меня. – Встань с колен, – поднимаясь с корточек, говорю ей, предлагая свою ладонь. Вложила свою ладонь в мою и поднялась с колен. – Ляг на кровать, Вика. Какая глупая, разве я могу ей сделать больно… Скорее себе сделаю, чем ей. Хм, а ведь мысль такая посещала, что смогу. – Успокойся, Вика… Она выдохнула скопившийся воздух в легких и посмотрела на меня, вернее, на мои действия, как я стал снимать с себя одежду. Ее взгляд менялся по мере моего избавления от одежды, щечки чуть подрумянились, она шарила глазами по моему телу, опустила к стоящему члену с раскрытой головкой. Я решил немного поиграть и передернул ладонью член, у нее чуть сбилось дыхание и в панике, боясь быть замеченной, она отвернулась. – Хм… – усмехнулся я. – Не отворачивайся, Вика, в этом нет ничего стыдного, наоборот, твой похотливый взгляд меня еще больше возбуждает. Она резко поворачивает ко мне голову и говорит: – Это у кого похотливый взгляд? У меня-я? Тихо посмеиваясь, я взял из тумбочки оставленный лубрикант и презерватив. Когда она увидела, что у меня в руках появились предметы, вопрос о похотливом взгляде отпал сам собой. – Это для чего еще? Интерес ее зашкаливал. Забираясь коленом на кровать и подбираясь к ней, говорю: – Ну, детка, я, конечно, помню, что ты считаешь меня оборотнем, но делать больно все же не входило в мои планы. А отказаться от твоей шикарной попки я не готов, тем более появился такой повод. Иди ко мне, хочу трахнуть в твою попку, просто пиздец как. – Руслан, не надо… Взял ее за руки, провел по своей груди, спускаясь ниже к паху. – Возьми в свою ладонь мой член. Задержав дыхание, она сжала его в своей ладони, глядя во все глаза. Накрыл ее ладонь своей, пройдясь по члену сверху вниз и обратно, показывая, как надо. – Дыши уже, девочка, нравится? – спросил севшим голосом. – Он такой гладкий… кожа такая бархатная. Еле сдерживая себя, чтобы не хохотнуть, боюсь сбить ее очень серьезный настрой. – Рад, что тебе понравилось, уверен, вы подружитесь. Иди ко мне, я и так долго жду. Притянул, впечатав ее в себя, напал на пухлые губы, врываясь языком и забирая ее дыхание. Наваливаясь на нее, взявшись за ее руки, закидывая их над ее головой. Опустив свою голову, вылизал по очереди оба сосочка, а после взял их в свой рот, прикусывая по очереди. – А-а-ах… Руслан… – опустив свои руки в мои волосы и ероша их. Оторвавшись от ее чувствительной груди, оттолкнулся и, встав на колени, сгреб Вику в охапку. Понес с кровати через всю комнату к столу, положил ее боком, согнув ноги в коленях, и сдвинул ее на край стола, чтобы попа чуть свисала. – Расслабься, девочка, я не сделаю тебе больно, это как с девственностью, только более деликатно. Она смотрит на меня своими изумрудными глазами и говорит мне почти шепотом: – Руслан… я доверяю тебе… ты прав… ты уже давно в моем сердце. – Да, девочка, так и должно быть. Моя женщина должна меня любить и быть верной. Я вернулся за презервативом и лубрикантом. Огладил ее вздернутую попку. Прошелся указательным пальцем между половинок, наклонился, поцеловал ее красивые изгибы спины. Прикоснулся к ее промежности. – Девочка, тебя так легко возбудить, ты уже очень влажная. Как же я тебя хочу, я готов тебя всю ночь ебать. Говорю и массирую ее клитор. – А-а-ах… Руслан… замолчи… – Нет, девочка… не могу… Переместил свои пальцы, раздвигаю ими половинки попки, выдавил немного лубриканта и, смазывая ее дырочку, кружу и проталкиваю указательный палец. – Тихо-тихо… девочка, расслабься, вот так, маленькая. Я протолкнул еще один палец, уже разрабатывая двумя пальцами и увлажняя ее узкий вход. Вытащив пальцы, разорвал упаковку презерватива, раскатал его быстрым движением на члене, раздвинул половинки попы, приставил головку члена к анусу. А вот теперь придется попотеть, чтобы не сделать ей больно. – Расслабься… расслабься, малышка. Молодец… вот так… Я с трудом протолкнул головку и замер, наклонившись, целуя ей плечи, приговаривая: – Ты умница, девочка, потерпи еще немного, самое сложное почти позади. Говорю и понемногу проталкиваюсь, пока не заполнил ее полностью на всю длину. Вот теперь надо немного дать мышцам привыкнуть. Буквально тридцать секунд, опустил свою руку к ее промежности и стал вращательными движениями массировать клитор. Понемногу стал двигать бедрами, с каждым разом наращивая движения, пока не стал свободно входить и выходить почти весь и снова вгонять весь член в ее узкое отверстие. – М-м-м… м-м-м… – Вика… скажи, тебе хорошо? – чуть сбившимся дыханием спросил я. – Угу… да… Руслан… кажется… очень… – Вот и умница, только не напрягай попу, буду резче входить… если станет больно… скажи. Я от плавных движений перешел к более резким, при этом выходя почти весь и глядя на то, как мой член выходит весь в смазке и входит до упора. Ухватившись за одну половинку попы, раскрывая ее, чтобы контролировать весь процесс. – Р-р-р… Детка… твоя попа… просто мед… – А-а-а… а-а-а… Вика перешла на стоны, хорошо моей девочке… Не забываю мучить ее клитор, двигаюсь уже быстрыми движениями, скоро кончу… мать твою, как же хорошо… Бля-дь… – Р-р-р… – А-а-а… А-а-а… Вика кончила, громко простонав, срываясь почти на крики. Я вышел осторожно из нее, снял презерватив, повернул ее к себе лицом. – Открой рот, Вика. Она послушно открыла свой ротик, я вложил в него свой член и толкнулся в рот. – Моя послушная девочка… хочу кончить в твой ротик, мне нравится смотреть, как ты глотаешь мою сперму… О, черт… да… сделай так еще… Толкаюсь в ее рот, в этот раз она хорошо расслабляет свое горло, и я вхожу практически весь. Делаю поступательные движения, ускорившись. – Вика-Вика, я сейчас кончу… Че-ерт… Я кончаю толчками, заполнив ей горло своей спермой… она принимает все, что я ей даю и сглатывает, вылизав мой член от семени. Опустив свою голову на ее плечо, прихожу в себя после яркого оргазма, а с ней по-другому и не бывает. Поднимаю голову, отдышавшись, смотрю на нее, а она на меня, лаская большим пальцем ее нежную кожу на щеке, спрашиваю: – Ты как, детка, ничего не болит? – Эм… немного дискомфортно… Смотрит как то странно и тихо мне говорит: – Руслан… – Что… маленькая моя? – Не обижай меня… у меня никого нет, никого… кроме тебя. Я перестал ласкать ее щеку и пристально, так же, как и она, посмотрел на нее: – Никогда… девочка. Если ты будешь себя хорошо вести, а иначе отшлепаю. – Ремнем? – по-детски спросила на полном серьезе она. – Ремнем. А сам думаю: «Кого я отшлепаю? У меня рука не поднимется… и что же ты со мной только делаешь, Рыжая…». – Я буду себя хорошо вести, только мне нужна свобода действий. – Так… давай в душ, и пойдем с тобой кофе попьем, а ты мне расскажешь о свободе действий. Она еще не начала, а разговор мне уже не нравится. Взял ее на руки и понес в ванную…