Глава 53
POV Агата
Боже, мне никогда еще не было так стыдно, так радостно и в то же время так раздражающе нервно! И всему виной был один единственный человек - Демид Громов.
Я с ним ночь провела, представляете, люди! И мои губы распухли от его поцелуев, а тело так отчетливо помнит, как его сжимали в сильных руках и так чувственно наглаживали. И тут же, при этой мысли, как по щелчку пальцев, низ живота заныл, и почти болезненная судорога прокатилась по моему телу, концентрируясь там, где и говорить неприлично. Нельзя об этом думать! Нельзя и все тут.
Еще раз проверила, что дверь в ванную комнату надежно закрыта, а потом быстро стянула с себя его футболку и трусики и нырнула под душ, смывая с себя запахи ночного клуба и почти нестерпимое напряжение от того, что я голая сейчас, а совсем рядом где-то ходит Он.
Кто бы мне еще вчера сказал, что такое случится, не в жизнь бы не поверила!
Я как никогда быстро ополоснулась, вытерлась и натянула на себя одежду, удрученно оглядывая себя в зеркало. Хотя, ничего преступного там я и не обнаружила. Ну да, румянец сияет как маков цвет и губы уж больно горят, но оно и понятно. Но этот блеск в глазах. Ну вот и чему я, идиотка махровая, радуюсь?
Почистила зубы вчерашней щеткой, еще раз глубоко вздохнула и, нацепив на лицо, равнодушный вид, открыла дверь и покинула ванную комнату, точнехонько в тот момент, когда откуда-то справа раздалась оглушительная трель входящего вызова на моем телефоне.
Вот черт!
И я тут же, не разбирая дороги, кинулась на зов моего мобильного, а потом долго копошилась по кармашкам малюсенького рюкзака, не в силах достать орущий гаджет с первого раза.
- Давай помогу, - отвел мои руки в сторону Демид, а потом все-таки достал вопящую уже в третий раз трубку и передал ее мне.
«Папа Веня»
Приплыли.
- Алло, - ответила я, жмурясь и прикрывая глаза ладонью.
- Ну здравствуй, дочка!
- Здравствуй, пап, - почти пропищала я и в отчаянии посмотрела на Громова, что стоял в метре от меня, подпирая стенку и оглядывая меня каким-то странным взглядом, прикусив нижнюю губу.
- Ты бы стариков пожалела. Ушла в клуб, а вечером, как я просил, сообщение не прислала, с утра не позвонила. Час дня на дворе! Что мы с матерью думать должны? - отец говорил легко и без нажима, но я знала, что облажалась и дома мне все-таки придется краснеть за свое поведение.
- Что я плохая дочь, - со вздохом выдала я. Боже ты мой, час дня! Что серьезно?
- Домой хоть собираешься или как?
- Уже почти еду! Честное пионерское! - закивала я головой, скользя взглядом по обнаженному торсу Громова и непроизвольно сглатывая. Какой же он идеальный, Господи, прости!
- Ждем, - и отбил звонок, а я тут же полезла в специальное приложение в телефоне, чтобы вызвать себе такси, но непонимающе подняла глаза, когда голос Демида ворвался в мои мысли.
- Значит не останешься? - и шаг по направлению ко мне.
А я тут же отступила, с ужасом понимая, что сердце сейчас просто выпрыгнет из груди. Он так близко и смотрит на мои губы. Это за гранью, ребята!
- Мне нужно домой! - почти шепотом выдохнула я.
- А мне нужна ты, - и его ладонь ложится мне на талию и подтягивает меня к себе. Ой, Боже мой, что делать? Но эти его слова, они же просто заставили меня так полыхнуть надеждой, что и не описать!
Помогите! Спасите! Эй, мозги, вы куда? Логика, ну а ты куда собралась, чертова предательница? Алё, здравый смысл, вернись, я все прощу!
А его губы все ближе и ближе, уже почти рядом с моими и я чувствую, как от него пахнет мятой и кофе, а еще самим им, тем самым запахом, что разжижает мое серое вещество. Уф! Еще немного и дороги назад для меня уже не будет...
- Демид! - сурово выдала я и почти насильно заставила себя от него отвернутся.
- Да, Малинка моя?
- Мне! Нужно! Домой! - только сердце вопит, что хочет остаться с ним навсегда и гори оно все синем пламенем. О, Господи, у меня самое глупое сердце на свете!
Но только вот Громов не сдается, а так осторожно и бережно меня обнимает, что я утыкаюсь в его грудь и блаженно накачиваю себя его запахом.
- Хорошо. Но можно я хотя бы тебя отвезу? - и его нежный поцелуй в шею сворачивает набекрень весь мои мир.
- Нужно, - бормочу я сама не понимая что, и он тут же отстраняет меня от себя и так заразительно мне улыбается.
- Я сейчас, - разворачивается и покидает прихожую.
И ровно через пять минут мы выходим из квартиры и заходим в лифт. В руках у меня бумажный пакетик с какой-то едой, а у Демида две термокружки.
- Я для нас завтрак приготовил, - и в груди так отчаянно щемит, что почти нестерпимо дышать.
А потом мы сели в уже прогретое авто и поехали по направлению к моему дому, на ходу уплетая обалденно вкусные гренки с яйцом, ветчиной и сыром и запивая все это дело ароматным сладким чаем с чабрецом.
- М-м-м, - неосознанно промычала я, закидывая в себя очередную порцию еды.
- А-то! - улыбнулся мне Громов, - Я, знаешь ли, много чего могу, а не только косить под елочную игрушку, утыканную пирсингом.
Я только было хотела сказать, что мне он и с пирсингом невероятно нравился, но вовремя прикусила себе язык. Ну, все, тушите свет, Агата Малиновская окончательно спятила от любви!
- Прости, - выдавила я за те ужасные слова.
- Давно, - и его правая рука быстро, но крепко сжала мою ладонь.
А потом показался мой дом и энергетика в салоне махом изменилась. Я осознавала, что сейчас мне придется сделать выбор. Но как это осуществить я не понимала. Столько в моей голове было «но» и «если», что от них становилось нестерпимо страшно и муторно. Это, конечно, все чудесно и замечательно, но он месяц планомерно пил мне кровь, выжидая непонятно чего, а теперь вот посмотрите на него - «мне нужна ты». Да неужели, блин?
Знаете, как это называется? «Вася, я снеслася» — вот как! И ждет, засранец, что я упаду к его ногам, точно перезрелая слива? Да, ага, сейчас!
Автомобиль замер рядом с калиткой, ведущей к моему подъезду, и я вся напряглась, как перед боем.
- Агата?
Ну почему у него такой голос, что пробирает меня до дрожи? Магия какая, не иначе...
- М-м-м? - кинула я на него равнодушный взгляд.
- Может ты согласишься сходить со мной куда-нибудь сегодня вечером? - и его рука вновь бережно и ласково накрыла мою ладонь.
- Ну, даже не знаю, мне надо подумать, - потянула я и хмыкнула.
- И долго будешь думать? - улыбнулся он мне самой обольстительной улыбкой на свете.
- Месяц, - тут же выдала я.
- Так долго? - в притворном ужасе округлил Громов глаза, и я чуть не рассмеялась.
- Думаешь, я немного переборщила? - прищурилась я и максимально сделала акцент на последних двух словах.
- Думаю, что да, - ответил, кивая, и подался в мою сторону.
Ой, нет-нет! Это запрещенный прием! Пора сваливать!
- А я думаю, что нет. И да, Демид, если вдруг я буду тебя на парах не замечать, ты в голову не бери, я просто жду, когда ты обзаведешься совестью и мозгами.
Но Громов на мою реплику только ухмыльнулся, покачал головой, щелкнул центральным замком, отпирающим двери автомобиля, и покаянно выдал:
- Туше.
POV Агата
А я, знаете ли, даже растерялась от такого его неожиданного отступления.
Вот вы мне скажите, что мы за бабы такие, не иначе как народ какой заколдованный, да? Уходи - останься, не хочу - очень надо, люблю - ненавижу... Я вас тоже раздражаю? Я так себя очень даже! Ведь в этот самый момент мне не хотелось идти домой, мне хотелось жеманничать, строить из себя неприступную скалу, но млеть под его осадой, потому что это было единственное, что я отчаянно, до ломоты в теле желала.
Ой, Громов, свалился же ты такой на мою буйную голову!
Но отступать было уже не комильфо, я вам скажу. Поэтому я выдохнула, кивнула ему благосклонно, улыбнулась и взялась за ручку открывания двери, намереваясь все-таки закончить наше такое неожиданное рандеву. Но только в последний момент его голос остановил меня, и я вся завибрировала от возможности еще хотя бы на некоторое время остаться рядом с ним. Клиника, ребята!
- Я не знал, что ты рассталась с Ильей. Знал бы, давно бы уже под твоими окнами серенады пел.
- Так спросил бы, - так же тихо, как и он, ответила я.
- Я и спросил. Еще в ноябре, когда аналитическую справку тебе в библиотеку припер. У друга твоего этого, Паши. Он сказал, что вы все еще вместе. П-ф-ф, черт! - его кулаки скрипнули по кожаной оплетке руля, выдавая невыносимую степень напряжения, между нами.
Вот и аукнулось мне мое молчание. И если в случае с Полиной и Ильей оно пошло на пользу, то себе же я оказала медвежью услугу. Но что теперь сожалеть, правда? Только вынести для себя жизненный урок, вот и все.
- Я тебя услышала, Демид, - кивнула я и все-таки покинула теплое нутро его автомобиля, а потом шагала, не оглядываясь, до самого своего подъезда. Потому что иначе я бы не знаю уже что сделала. Наверное, простила бы ему все на свете, все свои слезы и терзания, тот сволочной спор и его показное равнодушие. И поверила в то, во что так отчаянно хотела поверить. В нас.
А дома, на пороге меня уже дожидались папа и мама, грозно поглядывая на меня исподлобья. Я же только виновато на них смотрела и понуро вздыхала, даже не зная, что сказать в свое оправдание.
Но дар речи окончательно покинул меня, когда папа Веня неожиданно достал свой телефон, надел на нос очки и с выражением начал зачитывать мне следующее:
«Папуля, со мной все в порядке. Вернулась из клуба и уже легла спать. Утром позвоню.»
Громов! Убью же, ну!
- Папуля? Серьезно? Да неужели? - скривился в саркастической ухмылке папа Веня и я виновато опустила глаза, до сих пор не понимая, что говорить в свое оправдание.
- Дочь, ты не у Маши ночевала, да? - мягко спросила мама и я не смогла ей не ответить.
- Не у Маши, - со вздохом покаялась я.
- У парня? - ясновидящих у нас в роду никогда не было, но видимо моя мама была первооткрывательницей.
- Угу, - удрученно кивнула я и осмелилась поднять осторожный взгляд на родителей.
- У того самого? - тепло задала новый вопрос моя родительница.
- У того самого, - одновременно улыбнулась, кивнула и всхлипнула я, до чертиков страшась того урагана чувств, что обуревал меня в эту самую секунду. Боже, он всегда был для меня тем самым парнем! Всегда, черт его раздери!
- Ну и кто он? - тут же строго насел на меня отец, но моя любимая мама в моменте осадила его и шикнула.
- Веня, иди-ка ты.. .на кухню, вот! Кофе там свари или еще чего. Не видишь, что ли, прямо по курсу любовь. Давай, дорогой, двигай в темпе вальса отсюда!
И папа Веня, как послушный, мальчик только чмокнул маму в щеку, посмотрел еще раз на меня с подозрением, покачал головой и удалился, а я наконец-то смогла выдохнуть и раздеться.
А потом мама крепко обняла меня и сказала:
- Если захочешь поговорить, то я всегда к твоим услугам, доченька.
- Спасибо, мам, - кивнула я и поплелась в свою комнату, тут же запирая дверь изнутри и снимая с себя пропахшие клубом тряпки.
Мне срочно нужна была ванна и много-много пены, а еще позвонить этому засранцу и от души его отчихвостить. Ишь чего, в телефоне удумал моем копаться! Хотя нет, обойдется! Он этого и ждет. Я буду самая неприступная скала в мире, Эверест, если хотите! Вот.
Да-да, ага! Уже к вечеру эта самая Джомолунгма превратилась в куцые холмы, а потом и вообще в бескрайнее поле до самого горизонта. И я достала телефон, а потом долго не могла найти контакт под именем «Демид». Что за фигня?
А потом меня закоротило, потому как я, пролистывая ленту записной книжки вдруг обнаружила, что у меня появился «Любимый». Вот те раз! И случился со мной атомный взрыв, друзья. Пиф-паф, ой-ё-ой!
Секунды томительного ожидания, пока я считала гудки, и сердце долбит где-то в горле, а потом я слышу хрипловатый смех и тихое «привет» в трубке.
- Значит так, любимый, - последнее слово я так исковеркала интонацией, что даже мне стало немного обидно. Ведь он такой и есть, вообще-то...
- Ага, я весь во внимании, Малинка моя. Ты звонишь сказать мне, что согласна на свидание?
- Я звоню сказать, что ты ошалел! - почти рычала я в трубку.
- Ах, это. Ну тут я в курсе, - и новая порция смеха прокатилась жаркой волной по моим оголенным нервам, - А вообще спасибо тебе.
- За что?
- За то, что позвонила. И за то, что в твоем телефоне я был записан как просто «Демид», а не какой-нибудь там.
- Козел бессердечный? - тут же пришлась я ему на помощь и усмехнулась.
- Ага! Или может.
- Погремушка? - и новая волна заразительного смеха заставила даже меня улыбаться от уха до уха.
- Даже так? - просмеявшись, выдавил он себя, - Эх, суровая ты, Малинка моя.
- Папа понял, что писала не я, Дём, - и снова я не заметила, как нежно назвала его по имени. Оно само-собой получилось, честное пионерское!
- Блин, прости! - виновато прозвучал его голос.
- Никогда! - как-то слишком грустно ответила я и прикусила губу.
- Я попробую изменить твое решение. Ладно? - и голос тихий, переходящий почти на шепот. И мурашки так услужливо пробегают по моей спине.
- Я подумаю. С месяцок, - выдыхаю я. Да что с меня уже взять? Я влюбленная идиотка и на мне можно поставить крест. Наверное...
- Понял. Тогда спокойной ночи, Агата, - так ласково тянет он мое имя. Или мне так просто кажется?
- Спокойной, Демид, - и он первым отбивает звонок, а мне в момент становится грустно.
Я запуталась. И хочется, и колется, и страшно до безумия окунуться в это море под названием «Демид Громов».
Мне крышка, если это очередная жестокая его игра.
Но, вопреки всему, контакт «Любимый» обратно на просто «Демид» я так и не сменила.