Глава 43

— Тимур, я ляпнула, не подумав. Прости, — мямлю я и пристально наблюдаю за его реакцией.

Он же это несерьезно? Просто припугнуть меня решил, чтобы лишнего не болтала.

— Поздно, — усмехается Власов.

— Да что поздно-то? Я ничего не понимаю. Что ты мне хочешь доказать? Что повела себя как-то не так с тобой? Окей, я все поняла.

— Ничего я никому не доказываю. Ты захотела — я выполняю.

— Да что я захотела? Тимур, что ты собираешься делать? — а вот теперь-то уже начинаю нервничать.

— Насть, не строй из себя дурочку, — хмыкает. — Ты хочешь меня, а я — тебя.

Он действительно это понял, или это просто часть его очередной игры⁈

— Ч-что? С чего ты… — лепечу и пытаюсь понять, когда ситуация вышла из-под контроля.

— Сама сказала: хочешь, чтобы я сорвался. Вот я и прекращаю себя сдерживать. Сделаем то, чего хотим оба.

— Я не хочу… Тимур, я ведь не это имела в виду! — в ужасе мотаю головой и сглатываю колючий ком, подкативший к горлу.

— Сама себя-то не обманывай, — нагло усмехается Власов. — Потому что меня тебе обманывать все равно не удается.

Не хочется соглашаться, но он прав. Да, я хочу этого до безумия, до потери пульса. Хочу вновь ощутить его ласки, хочу его поцелуев, хочу… Хочу всего на один вечер отключить голову и просто поддаться искушению, потому что понимаю: просто так это все равно не пройдет. А раз не пройдет, какой смысл себя ограничивать и мучить?

Но я не могу… Не могу договориться с самой собой, ведь остатками здравого рассудка понимаю, что сегодняшний вечер закончится, а наутро я снова буду лить слезы из-за него. Буду страдать от неразделенной любви и продолжать глупо надеяться на то, что Тимур изменится, и мы сможем по-настоящему быть вместе.

Но это невозможно. Во-первый, я сама отчетливо это понимаю, но какая-то часть меня все равно заставляет надеяться и верить в чудо. Зачем только? Не понимаю. Будто сама же себе устраиваю добровольные пытки. Во-вторых, Он сам абсолютно открыто сказал, что серьезные отношения его не интересуют. А я просто не смогу спокойно жить, если проведу с ним несколько ночей, а потом он уйдет навсегда из моей жизни. Если подпущу его слишком близко сейчас, то лишь окончательно сотру ту тонкую грань, которая сдерживает меня от полного прорыва чувств к нему. Я просто сойду тогда с ума! Добровольно прыгну в бездну, из которой уже не выберусь.

— С чего ты это вообще взял? — выдыхаю и стараюсь говорить уверенно. — Или тебе просто хочется в это верить, чтобы потешить свое самолюбие?

— Мне не нужно тешить свое самолюбие, — хмыкает он. — Ты не умеешь контролировать и скрывать свои эмоции. Я уже давно все увидел по твоим глазам.

— Бред! — собираюсь с силами и продолжаю настаивать на своем, пока есть время еще что-то исправить. — И вообще, если тебе нужно переспать с кем-то, то для этого у тебя есть Оля!

— Что-то ты не вспоминала про нее, когда позволяла ласкать себя в ванной, — с ехидной ухмылкой отвечает Власов и продолжает: — И пятнадцать минут назад ты про нее не вспоминала, когда хотела меня поцеловать.

— Я? Не правда! Не нужно приписывать мне то, чего не было! — мотаю головой и закусываю губу.

Похоже, врать ему уже бессмысленно. Он, и правда, все понял.

— Так что, как ты хочешь? Сзади, сверху? В машине, дома? М-м? — с таким нахальством и пренебрежением произносит, будто я девочка по вызову.

Меня накрывает от нервов, хочется наорать на Власова, высказать ему все, что о нем думаю! Как минимум, чтобы защитить себя. Но понимаю, что так могу только хуже сделать, и стараюсь все же призвать его голос разума:

— Давай… давай просто выдохнем и забудем, ладно? Я сказала лишнего, ты сказал. В любом случае, я отдаваться тебе не собираюсь. Ты ведь не станешь меня насиловать?

— Я похож на того, кто берет силой? Девушки сами прыгают ко мне в постель, и мне даже ничего делать для этого не надо. И ты отдашься, как и все, — зло усмехается он.

— Я не все! — выпаливаю ему в ответ, ощутив неприятную горечь обиды.

Неужели он не видит разницы между мной и такими, как Олька⁈ Очевидно, что не видит. Он ведь даже не пытается льстить, а говорит так, как сам считает. Я для него такая же, как и остальные. Не хуже, не лучше. Просто предмет для удовлетворения потребностей.

Тут автомобиль резко тормозит, и я замечаю, что мы приехали к моему дому.

— А раз ты не такая, как все, то перестань делать то, что ты делаешь на протяжении последних дней! — рычит Власов. — Не смотри на меня так, будто я тебе нужен! Не думай обо мне. Никогда! Это твоя последняя возможность отделаться от меня. Выметайся!

Блокировка на двери со щелчком открывается, и я мигом выскакиваю из машины, даже не взглянув на Тимура. Со всех ног мчусь домой, не видя ничего вокруг. Даже не плачу — дико злюсь! Злюсь на саму себя за то, что не смогла взять свои эмоции и желания под контроль.

Каждая встреча с Власовым превращается в ад! Как бы хорошо все ни начиналось, в итоге сводится к одному и тому же — к слезам, боли, разочарованию. И я устала. Устала все это испытывать, правда. Сейчас мне вновь хочется разрыдаться, но я держусь. Держусь изо всех сил, потому что хватит! Сколько можно лить слезы из-за этого гада⁈ Это все равно не помогает ни капли!

Сколько еще я должна вынести боли, чтобы вырвать его из своего сердца? Кажется, уже достаточно. Сполна наелась этой дряни. Всему есть предел, и этот предел настал! Из кожи вот вылезу, а больше не дам ему шанса себя расстроить, унизить, обидеть! И себе больше не позволю чувствовать к Тимуру хоть что-то, кроме злости, ненависти и отвращения!