36

Утром очень долго не могла решиться спуститься вниз. Мне не хотелось встречаться с этой семейкой за завтраком, особенно с Архипом. Надеялась, что к тому времени как я спущусь, большинства обителей дома уже не будет внутри.

И я оказалась права — в доме стояла тишина, а кухня пустовала.

Я выдохнула и включила чайник. Нарезала себе бутербродов и налила кофе.

Интересно, у меня теперь всегда буду такие завтраки, словно я не член семьи, а какой-то воришка?

Но только я успела откусить один бутерброд, как на кухне нарисовался Архип.

Я так и застыла с хлебом и колбасой в руке, все встало у меня поперек горла.

Он тоже притормозил на пороге, мазнул по мне пренебрежительным взглядом, но потом просто отвернулся и прошел к чайнику так, словно меня тут не было.

Даже не поздоровался. Впрочем, игра в молчанку и отсутствие реакции мне нравились больше нападок. Пусть лучше молчит…

— Да, — заговорил Архип в трубку. Ему кто-то позвонил, и он решил ответить на звонок прямо при мне. — Ага. Да у Динки. Да, сейчас перекушу и буду выдвигаться. Остальные парни тоже подгребут? Назар, Питер? Отлично. Ну, сейчас кофе дерну и тоже подтянусь. Только гитару не взял с собой, надо будет домой зарулить. Да, Дань, не переживай, все выучил. Сейчас покажу тебе такое соло — закачаешься. Ну, давай, до встречи.

Он повесил трубку и убрал телефон в задний карман джинсов (а кстати, неплохо сидят они на его задней части тела…) и принялся наливать себе чай, а я украдкой еще раз окинула его взглядом.

Он на гитаре играет в какой-то группе?

Ничего себе. Такая зараза, и вдруг — талантливая.

Интересно, и что же они играют? Он поет или только за музыкальное сопровождение отвечает?

Жутко любопытно, но спрашивать, я конечно, не решилась. А то еще подумает, что вызвал у меня интерес.

Даже фыркнула от собственной мысли.

Он никогда не узнает, что мне в самом деле любопытно.

Архип налил себе чай и сел напротив меня. А мне вот есть что-то расхотелось вовсе. Я положила свой хлеб обратно на тарелку. Зато Архип, не спрашивая разрешения, взял другой. И надкусил, глядя мне в глаза.

Наглец…

— Вкусно? — спросила я.

— М-м… Очень, — ответил он.

— Это мой бутерброд, — кивнула я на тарелку.

— Ну и что? — пожал он плечами. — Я же видел, что ты их все не хочешь. Или ты жадина?

— Я не для тебя их делала, ясно?

— Жадина-говядина все-таки, да? — изогнул он одну бровь, откусив еще приличное количество хлеба и колбасы от МОЕГО бутерброда.

— Очень смешно, — покачала я головой. — Где твоя Дина? Она тебе и нарежет бутерброды.

— А я хочу съесть твои, Снегурочка, — заявил Архип. — Та-а-ак вкусно…

И он с лицом из рекламы про шоколадный батончик и райское наслаждение откусил еще и застонал.

Придурок…

Это же обычный бутерброд. Чтобы нарезать колбасы и хлеба навыки шеф-повара не требуются. Опять издевается надо мной…

— Лучше бы я выкинула их в мусорку.

— Ну, вот если я не доем — то выкинешь, — сказал мажор. — Тебе же не привыкать быть обслугой и работать ради комфорта других, правда?

— Слушай, ты! — громко опустила я ладони на стол и приблизилась к нему. — Ты меня уже…

— Осторожнее, Снежинка, — накрыл он сверху мои руки своими, заблокировав их на столе. — Не повторяй вчерашних ошибок. Ты хотела сказать нечто грубое?

— Отпусти, — дернула я руки на себя, но он лишь сжал их сильнее.

— Ты уверена, что не хочешь снова меня как-нибудь обозвать?

— Не хочу.

Хочу. Но мне слишком дорого потом приходится платить за свой язык. Лучше промолчать и действительно с ним не связываться.

Мы оба услышали неспешные шаги со второго этажа, и Архип разжал горячие пальцы, позволив мне убрать наконец руки со стола.

Мы продолжали сверлить друг друга взглядами.

— Всем привет! — залетела на кухню Динка. — А что с лицами у вас? О, бутеры!

Она схватила третий нетронутый никем МОЙ бутерброд.

Да эта семейка еще и объест меня легко, и глазом моргнуть не успею.

Что ж, теперь мне тут точно нечего делать.

Я мыла чашку из-под кофе и собиралась уходить, краем уха слушая довольно занятный диалог.

— Ты нарезал на бутеров, зай? — сюсюкала с ним Дина, а я мечтала, чтобы меня не вырвало в только что вымытую чашку. А хотелось.

— Да, все для тебя этим утром, Солнышко, — ответил Архип в том же стиле, и я поняла, что если не уйду отсюда прямо сейчас, то все же сделаю свое черное дело — бякушку прямо посреди их замечательной кухни…

— Ой, спасибо! — уселась она к нему на колени. Бессовестные они, конечно… Но это уже не мои проблемы, и не мне Динку воспитывать — уже поздно. — Ты такой классный!

— Я могу каждое утро организовывать тебе бутерброды, — сказал он и уставился на меня. — Это совсем не трудно.

Он надеется, что я стану каждое утро стругать для Динки бутерброды?

Ну уж нет.

Я лишь негромко хмыкнула и пошла к выходу.

— Ну-ка, постой, — остановил меня Архип, перегородив мне путь…ногой, которую кроссовком поставил прямо на дверной косяк, чтобы выйти я не могла.

Обескураженно уставилась на него.

— Убери объедки, — кивнул он на тарелку с моим надкусанным хлебом с колбасой.