15

Эту ночь я почти не спала. Невольно прислушивалась к тому, что происходило в комнате сводной сестры. Боялась услышать, что он с ней, что ему там хорошо…

Ревность так и пилила изнутри, так и мучила, словно кто ногтем по стеклу корябал.

Так и хотелось вцепиться ей в горло! Вырвать пару клоков каштановых волос…

Наверное, она испытывала тоже самое, когда Ветров начал бегать ко мне. А теперь мы поменялись с ней местами.

Она хотя бы может видеть его и общаться, а я даже этого лишена.

Я лишь шумно вздохнула и улеглась на кровать, обняв мягкую подушку и свернувшись калачиком.

Многие парни и девушки просто не понимают, какие они счастливые, если у них есть мама и папа, парень или девушка, с которыми им никто не запрещает видеться, свой дом, где им рады, братья и сестры, которые их любят, может быть, кот, который любит дремать в кресле гостиной, и когда папа садится туда после него, то громко ругается на старого кота из-за шерсти…

А у меня ничего нет кроме моей больной израненной души.

Ни мамы. Ни дома. Ни Архипа… Ни даже старого кота.

Никого.

Только одни приказы, приказы… Сделки. Угрозы.

Так одиноко, что выть на луну хочется порой.

Ревновать в нашей ситуации глупо, конечно. Это Архип с меня слово взял ни с кем не встречаться, я же его сегодня отпустила навсегда.

Отношения с ним продолжать я не стану. Потому что нам не дадут вместе быть его родители ни сейчас, ни через год. И он всегда будет краснеть перед семьей за меня, а я — буду выслушивать оскорбления, терпеть пренебрежение и наглое сватовство Архипа родными другим девушкам, которые по их мнению гораздо лучше вписывались на роль пары для их сына.

Я не желаю такой участи ни себе, ни ему, и поэтому не стала брать с него никаких обещаний. Если он вернется к Динке по-настоящему, все успокоиться и будет как раньше.

Хотя нет, вру, как раньше уже ничего не будет. Но… Возможно, появится стабильность, а самое главное, Владимир и отец Архипа успокояться и перестанут мне палки ставить в колеса.

Ведь был теоретически шанс, что муж моей мамы выполнит свои обещания — купит мне квартиру и оплатит образование. Только я уверена, что это будет другой город — название субъекта, где он планирует покупать для меня квартиру, отчим не назвал, а значит, это может быть и другой регион, где, ну например, есть классный и подходящий мне вуз.

Призрачный шанс получить это вместо вечных гонений нас обоих семьей и окружением Ветрова все же перевешивал во мне. Если я буду упираться и останусь с Архипом, то не получу вообще ничего — заточение в монастыре, и наши отношения все равно продлятся ровно до того момента, пока нас не поймает Динка.

Гнит в какой-то закрытой школе при церкви мне совсем не хотелось, а значит, именно мне придется быть твердой с Архипом. Не давать ему слабины, не давать приближаться.

План с Витькой и ревностью, конечно, мне пришлось забыть — Архип ему просто набьет морду и все это кончится скандалом и оглаской, что опять же приведет в заточению принцессы в темной башне, а точнее, келье монастыря.

Двадцать первый век на дворе, а у нас все еще насильно постригают в монахини неугодных семье девиц и бастардов…

Времена идут, а люди не меняются.

Деньги, деньги, репутация, положение, снова деньги.

Чувства? Желания детей? Нет, не слышали…

Однако, в комнате Динки стояла тишина. Наверное, Архип ушел спать в гостевую комнату.

В бессонную ночь мне пришла в голову мысль попросить у Владимира разрешение подрабатывать. Я не хочу просить у него деньги грубо говоря себе на трусы. Могла бы работать официанткой в свободное от учебы время и покупать себе необходимые мелочи сама. Да и дома мне, если честно, оставаться совершенно не хотелось.

Мне здесь не рады.

Мне здесь неспокойно.

Мое сердце здесь не на месте.

Я хочу как можно меньше времени проводить в этом доме.

Я даже и не воспринимала его как дом. Так, временное пристанище.

И я не хочу видеть, как Архип общается здесь с ней…

С мысли сбил завибрировавший телефон.

Я перевернула смартфон вверх экраном и увидела, что мне пришла заявка в дружбу от аккаунта с именем «Галина Попова». Когда я развернула заявку, то увидела, что к ней прилагалось краткое сообщение:

«Your Wind».