Глава № 8. «Классный мужик»

Часть №2

Городской роман

Глава №8 «Классный мужик»

Через два дня:

Воскресенье, 19 сентября 2021

9:30

— Не позволю! — с этими словами Ольга в буквальном смысле вырвала чемодан из рук Даны.

— Совсем кукушечку снесло? — уперла та руки в боки. — Ты чего устроила?!

— Ты же говорила, что останешься в «Отличной» минимум до следующего года! Сейчас сентябрь! Следующий год еще не наступил!

— Обалдеть какой аргумент… — фыркнула Дана и плюхнулась на кровать.

— Ну зачем так спешить, пожила бы тут еще хотя бы несколько месяцев… — отодвинув чемодан в сторону, проговорила старшая сестра.

— Меня на собеседование пригласили завтра, а не через несколько месяцев, Ольга! — воскликнула девушка, активно жестикулируя. — Да меня в такое место в жизни просто так не возьмут!

— Брось глупить, ты же талантище! — всплеснула руками сестра. — И опыт у тебя хороший! Тебя любая кондитерская с руками оторвет!

— Ага, хороший… Только в моей трудовой что написано? А ничего там почти не написано! Ибо до этого месяца не было у меня трудовой как таковой! И это еще тебе спасибо, что официально устроила… Без официального опыта работы никто меня никуда не возьмет!

— Глупости, главное знание! — с еще большим рвением заспорила сестра.

— И устроюсь я с этим знанием в какую-нибудь мелкую забегаловку, когда могу начать работу сразу там, где хочу! Ты не видела их десертную карту, это ж какой-то рай… столько всего, всё такое интересное, разное… Я очень хочу поучиться у шеф-повара, он проходил стажировку в самом Париже, представляешь? А ты мне тут про следующий год…

— Я понимаю, предложение хорошее, но…

— Что но? Справитесь без меня! Вон Ната уже вовсю торты печет, поднатореет быстро, будет лучше меня справляться! — махнула рукой Дана.

— Да я не из-за ресторана волнуюсь, я из-за тебя волнуюсь! Глупая, не понимаешь, что ли? — Ольга уже почти кричала.

— А чего тебе за меня волноваться? Я вон уже и квартиру практически сняла… — развела руки в стороны Дана.

— А то я не понимаю, что ты едешь к нему! — Ольга аж всем телом вперед подалась, когда это признание наконец из нее вырвалось.

— К кому к нему? К Назару Молотову? — Дана уставилась на сестру широко распахнутыми глазами. — Нет, нет, нет, еще чего не хватало…

— Ой, вот только не надо мне тут невинность из себя корчить! Я видела, как ты в окно пялилась, когда он уезжал! — змеей зашипела сестра.

«Пялилась, еще как пялилась! — прижал ее к стенке собственный внутренний голос. — Чуть в окно при этом не вывалилась!»

Но как ей было не проводить его хотя бы взглядом… Ведь это первый и единственный мужчина, который обратил на нее такое пристальное внимание.

Физически ей Назар Молотов нравился, даже очень. Что не нравилось, так это его способность раздавать приказания. Даже в простом разговоре он не просил ее о чем-то, он приказывал. Она не знала, делал он это осознанно или нет. И, конечно, никто не заставлял ее слушаться. Никто, кроме нее.

Отданное нужным тоном повеление действовало на нее как флейта на кобру. Хотелось тут же его выполнить. Точнее нет, не хотелось, совсем не хотелось, но за последние четыре года она так привыкла подчиняться приказам, что прекратить это делать ей было психологически очень сложно. Поэтому для нее самой подчас реакция ее же тела на слова Назара была сюрпризом.

Еще ей не нравилась его способность продавливать, даже если видел, что ей чего-то не хотелось. В тот самый день, когда Дана оказалась в его номере, она искренне не собиралась с ним спать. Не то чтобы она рьяно хранила свою девственность, нет. Вполне возможно, потеряла бы ее раньше, если бы воспитывалась в обычной семье.

Наверняка она начала бы встречаться с каким-нибудь мальчиком лет в шестнадцать, как это принято у других девчонок. Она читала о романтических отношениях в книгах, смотрела мелодрамы в те редкие моменты, когда ей вообще удавалось посмотреть телевизор. Возможно, у нее даже случился бы какой-нибудь роман с одноклассником.

К слову, одноклассники, может, и не прочь были пообщаться с сестрами Габарашвили в приватной обстановке, только вот потом девчонкам за это влетало так, что неделями сходили синяки.

Как об этом узнавал отец Авзураг? Очень просто. На них стучали рьяно и самоотверженно. Учителя, работники столовой, родители тех же одноклассников, которым дети что-то рассказали, все они с удовольствием сплетничали с мамой Марисоль о ее приемных дочках. И после таких вот сплетен в школе вдруг появлялись новые парты, занавески на окнах, симпатичные дорогие часики на руке у классной руководительницы.

В общем, встречаться или даже просто общаться с одноклассниками было себе дороже. А больше девочки нигде и не бывали. Гостиница, бесконечные курсы по изучению того, что папа Авзураг считал для них полезным, школа — вот и все доступные им для посещения места.  Конечно, девчонки бегали на пляж, но исключительно чтобы поплавать. И на то им отводилось не больше часа в день.

Сестры Габарашвили привыкли держаться особняком. Ходили стайкой даже в школе.

Могла ли Дана при таком раскладе влюбиться, завести какие-то отношения? Конечно нет. В результате ее девственность досталась тому, кому дарить ее она совсем не собиралась, даже при условии, что он заплатил за это ее приемному отцу. Да, настойчивые ласки Молотова были ей приятны, но и только. Она бы предпочла, чтобы ее первый секс случился исключительно по большой любви.

Дана представила, какой бы была ее жизнь, если бы отец Авзураг успел выдать ее замуж. Кланялась бы Молотову в ножки, в рот заглядывала, лишь бы рук не распускал. И при этом считала бы себя счастливицей, поскольку он не старый страшный моральный урод, какие в основном и сватались к сестрам Габарашвили.

Дана вообще не понимала, каким нужно обладать нравом, чтобы заказать себе жену... как в ресторане блюдо. Ведь ты с ней не повстречался, не полюбил, как ты можешь знать, что будешь с ней счастлив? Это каким же складом характера надо обладать, чтобы хотеть заполучить девушку, которая боится тебя и бегает исполнять каждую твою прихоть?

Бабушка Даны была на редкость мягкой, отзывчивой женщиной. Вообще голоса не повышала. В последний год ее жизни уже Дана заботилась о ней, а не наоборот. В тринадцать лет девочка попала в приют, где строгость считалась нормой. Потом первая приемная семья, где нельзя было ничего, даже, наверное, дышать. Заточение в подвале, побег и снова приют. Затем семья Габарашвили с бесконечными правилами и запретами. И, наконец, свобода…

Почувствовать свободу было чертовски приятно. Она опьяняла, дурманила. Казалось, весь мир у твоих ног, иди и завоевывай. С кем хочешь общайся, что хочешь носи, какие угодно планы на выходные строй, даже о карьере подумать можно… И тут Назар Молотов…

Этот мужчина может привлекать ее физически сколько душе угодно, но рассматривать его как объект для романтических чувств Дана ни за что не будет. Неподходящий человек.

Да, на свидание с ним сходить было приятно, но это свидание лишний раз доказало, что Молотову важны исключительно его желания, а на Данины хотения и стремления ему плевать.

Походатайствовал по поводу работу? Спасибо! Она благодарна. Но ничего больше.

— Ольга, тебе не о чем переживать…

— Ты не понимаешь! — прямо-таки взвилась над ней старшая сестра. — Я за подобным козлом замужем была, я знаю, как они мыслят! Всё мне, чтоб удобно мне, что я хочу, то и будет, и далее по списку. Танцуй на цыпочках и тапочки в зубах носи! Я в нем сразу узнала своего бывшего. Дана, это такой козел, ты представить себе не можешь!

— Оль… Я туда еду новую жизнь начинать, а не прыгать на твои грабли!