Глава 10

Ролан с трудом распахнул скрипучую дверь и ввалился в темное помещение. Чертов охотник: бедро нестерпимо жгло огнем. Немедленно осмотреть ногу. Если пуля осталась внутри, придется извлекать. Вопрос только как. Ни подходящих инструментов, ни опыта в этом деле у него не было. А если это не сделать немедленно, можно и до утра не дотянуть. Да уж, проблема. Он доковылял до стола и зажег свечу.

Внимательно осмотрев рану, с удовлетворением констатировал: сквозная, хоть и достаточно серьезная. Но, черт возьми, жжет так, что, кажется, вся нога отвалится к чертям собачьим. Ролан поморщился. Нужно обработать антисептиком и наложить тугую повязку. Крови вытекло уже достаточно, чтобы не беспокоится о необратимом процессе. Значит, дней пять, максимум семь – и будет как новенький.

Он достал из шкафчика начатую бутылку брэнди, плеснул в стакан и мигом осушил его. Бинт. Ну и где его взять? Он мысленно чертыхнулся и тут же сообразил: если разорвать рубашку, вполне можно использовать лоскуты для перевязки. Шатаясь и прихрамывая поплелся к шкафу. Да уж, состояние, мягко говоря, не очень. Голова кружилась так, что пришлось ухватиться за стул. Не хватало только потерять сознание, как эта бестолковая девица.

Ролан выудил с полки чистую футболку и разорвал ее на несколько длинных полос. Бинт есть. Осталось обработать рану и перевязать. Черт, как же кружится голова. Похоже, без посторонней помощи ему не обойтись.  Он сделал шаг в сторону и рухнул на колени. Вот это уже совсем хреново. Кое-как добрался до люка в дощатом полу и отодвинул засов.

– Эй, ты там жива?

Из темного подвала раздался жалобный всхлип.

– Давай, дуй сюда. Ты мне нужна, – он прислушался.

Похоже, его пленница не была настроена на оказание помощи своему похитителю.

– Если немедленно не поднимешься ко мне, я тебя сожру! – рявкнул он в темноту и обессилено облокотился о стену. Внизу что-то зашевелилось.

– Отлично, – буркнул он.

В проеме показалась рыжая головка, а затем и милое личико с пухлыми губками. Точнее, милым оно было два дня назад. Сейчас же девица походила скорее на пивную фею с похмелья: от слез глаза опухли и покраснели, под ними образовались темные круги, сама бледная как моль и губы дрожат.  Ролан скривился.

– Давай, выбирайся и обработай мне рану.

Рыжая испуганно захлопала глазами.

– Живо! – рявкнул и тут же застонал.

Боль огнем полыхнула в ране и разлилась нестерпимым жаром по телу. Девчонка покосилась на вытянутую ногу и быстро выбралась из люка. Ролан подождал, пока отступит боль, а затем снова скомандовал:

– Вот так. А теперь возьми со стола подсвечник, бутылку, тряпки и…

– Я знаю, что нужно делать. Два года медсестрой в больнице отработала.

Девица с опаской покосилась в его сторону. Надо же, какой он везучий.

– Ты молодец, – сухо похвалил ее, когда рана была обработана и перевязана.

– Спасибо.

– Есть хочешь?

Рыжая отрицательно качнула головой. Черт бы ее взял, а смотрит-то как! Будто он ей ее же собственную печень предлагает отведать.

– Слушай, мне не нравятся твои эти взгляды. Внесу ясность: если я решу тебя убить, то предупрежу заранее. В знак благодарности, так сказать. А если не будешь делать глупости, – он с раздражением отметил ужас, застывший в зеленых глазах, – то вероятней всего вообще не стану убивать. Но в ближайшее время ты будешь жить здесь. Тебя как зовут-то?

Девица хлопнула пару раз густыми ресницами.

– Юля.

– Отлично, Юля, – новая вспышка боли пронзила бедро и волной разлилась по телу. Ролан скрипнул зубами.

Девчонка как-то странно посмотрела на него. Сочувственно, что ли. Он мысленно хмыкнул. А что, это вполне себе мысль. Если ее приручить, то девица вполне может принести ему пользу. И не только в интимном плане. Он заинтересованно прищурился.

– Скажи, что у тебя было с Максимилианом?

– С кем? – не поняла Юля.

– С Максом.

– Ты про того гаденыша, что ли? Да ничего не было! – тут же вскипела, и, словно выплескивая всю горечь накопленных обид, взволнованно заговорила. – Сам подкатил ко мне в этом чертовом клубе, такой весь из себя красавчик. Стол нам с подругами организовал. Все комплименты мне отвешивал. И так естественно у него это получалось, что я и правда поверила в его идеальность. Ну, думаю, судьба моя. И тут появилась эта сучка.

– Это та, которая в твоем телефоне значится как очередная потаскушка гаденыша? – усмехнулся Ролан.

– Угу, – мрачно подтвердила рыжая. – Поначалу я не обратила внимания, а потом смотрю, пялится на нее. Я его раз отвлекла, другой. И тут эта дрянь куда-то сваливает. Гаденыш выждал пару минут – и за ней. Что мне было делать? Не скандалить же. Подождала минут пять и тоже пошла. Стоит, беседы светские ведет с этой курицей. Я конечно виду не подала, что меня зацепило. Забрала его и в приват-комнату потащила. Ну, думаю, если уж брать быка за рога, то прямо сейчас. Иначе уведут. Так этот гад даже штаны не пожелал снимать! Говорит, мол не настроен сейчас. Это он-то? Да я в жизни не поверю, чтоб у такого парня были проблемы с потенцией!  Что я, дурочка ему? Но не заставишь ведь. Вернулись за столик. Этой курицы уже не было, но, когда мимо ее стола проходили, Макс телефон заметил. Ну и ухватил, будто собственный. Пока мы за столиком сидели, девчонки мои развлекали его разговорами, я телефончик стащила и с него на свой номер позвонила, чтоб зафиксировать…

Ролан хмыкнул: а ведь и правда не дура. От этой так просто не уйдешь.

– А Макс посидел еще с полчаса, скорее для приличия и откланялся. Ну, за стол заплатил, тут надо отдать ему должное. И телефон этой потаскухи с собой прихватил. Разумеется, я поняла, что ее искать будет. Девчонкам наплела что-то и за ним выскочила. Ага, как же, догонишь его. Только успела заметить, как со стоянки харлей рванул. Шикарный зверь… – она мечтательно закатила глаза.

– Кто – зверь? – Ролан напрягся.

– Харли Дэвидсон, байк его. А потом появился ты. Дальше сам знаешь.

Покраснев, она замолчала. Интересно, если сейчас ей продемонстрировать свою истинную сущность, как она отреагирует? Будет визжать или снова хлопнется в обморок? И ведь, что такого уж сделал? Ну похитил ее – тоже мне событие. Ну притащил в заброшенную сторожку у черта на куличках, ну связал, оприходовал разок-другой. Приложил пару раз по заднице ладонью. Ладно, не пару, но ей ведь и самой нравилось. А потом, когда нож достал, веревку разрезать, она раз – и в обморок. Ролан вздохнул. Нет, человеческие бабы – это сплошная головная боль. И избавляться от них нужно сразу же, как только получил все и по максимуму.

Он глянул исподлобья на Юлю. Та сидела, понуро опустив голову, но впадать в очередную истерику вроде не собиралась. И на том спасибо. Избавляться от нее окончательно расхотелось. Вот только, что с ней делать потом, когда дело будет сделано, он не представлял. Не таскать же с собой повсюду. Это было бы глупо.

Очередная вспышка боли – Ролан стиснул зубы. С этим охотником нужно что-то решать. Раз пуля серебряная, значит, и он не обычный любитель пострелять зверушек. Нет, этот – охотник с большой буквы. И данное обстоятельство изрядно портило планы.

Рыжая легонько коснулась его руки.

– Ты не станешь снова запирать меня в подвале? – она скорчила жалобную гримасу. – Пожалуйста. Там, конечно, много еды, мягкий топчан и ворох одеял, но все же темно и сыро. А еще я ужасно боюсь крыс.

«Ох, детка, не того ты боишься», – Ролан вздохнул и пристально всмотрелся в изумрудные глаза красотки.

– Ладно, но если вздумаешь бежать…

– Ты меня найдешь. Понимаю, – она опустила голову.

– Волоки свои одеяла наверх и будем спать. Поздно уже.

Юля тут же метнулась в подвал и уже через минуту робко ютилась у стенки на единственной узкой кровати. И вот оно ему надо? Он улегся на свободную часть, натянул одеяло повыше и погрузился в собственные мысли.

Ева – кажется, так звал девчонку охотник. Все-таки стоит присмотреться к ней получше. Выкрасть ее он всегда успеет, если она, конечно, та самая… «Что ж, Максимилиан. У тебя есть несколько дней форы», – он невесело усмехнулся. Так было даже интереснее. Установить бы за этой парочкой слежку. Но как? Рана вряд ли заживет раньше, чем через неделю, да и Макс не должен знать, что он здесь. А еще этот чертов охотник… Ролан со стоном развернулся к девчонке.

– Спишь?

Та молча смотрела на него. В лунном свете сверкнули два изумруда. Может она ведьма? Развить эту мысль он не успел. Рыжая проворно скользнула под одеяло, и в следующий миг ее пухлые губы окончательно лишили его возможности думать. Он со стоном откинулся на подушку и блаженно зажмурился, приняв окончательное решение: эту ведьму он оставит себе.