Глава 22

Женька не сдержала громкого крика, когда он вошел в нее почти на всю длину. Но мужчина успел закрыть ее рот ладонью, ведь они все же были в клинике, пусть дорогущей и частной. Девушка не отказала себе в искушении зажать один из его прекрасных длинных пальцев в кольце губ. В ней было столько желания, столько страсти. Она переполняла ее, изливаясь обильной смазкой.

- Я еще… хочу, - признала Женька, уже лежа под ним после их одновременного оргазма.

Фил легонько коснулся губами ее губ, потом спустился ниже. Подбородок, шея… Наконец он добрался до груди, забрал в горячий влажный плен сосок. Женя легонько постанывала, предвкушая наслаждение, которое испытает, когда его язык достигнет самого чувствительного места. Филипп оставил грудь, всосал кожу животика.

Мужчина устроился меж ее бедер, медленно провел косточкой согнутого указательного пальца по припухшим губкам, очертил круг по клитору. Женька тихонько скулила, поджимая маленькие пальчики ног. На пульсирующий бугорок лег мягкий язык, возбуждение становилось все сильнее… Женька закусила ребро ладони, чтобы не застонать в голос. Плотно сомкнула веки.

Фил то ускорял движения языка, жадно всасывал ее нежную плоть губами. То наоборот замедлялся и лишь легонько слизывал капельки ее соков. Наслаждение прокатилось по ее телу несколько раз, она лишь хрипела в исступлении. Несколько сильных движений и Женька изогнулась, с силой обхватила его плечи ногами.

- Как ты?.. – он оказался у ее уха.

- Я счастлива, - прошептала Женя.

****

Женька действительно ощущала только радостную эйфорию. С трудом, но она поверила, что их проблемы позади, а теперь еще и Фила выписали из больницы, и он почти все время находится рядом. Она бесконечное количество раз за этот день прижималась к нему, целовала его еще синий подбородок, жесткие от ударов губы. Она даже боялась, его начнет раздражать ее ласка. Но мужчина выглядел довольным, словно сытый кот. И от этого зрелища ее счастье становилось сильнее во сто крат.

Они с Филом с удовольствием приняли приглашение Лизы и Тима провести вместе субботний день, а уже вечером воскресенья должны были выехать в свой городок. Пока же в особняке Шевцовых собралась большая и совершенно разномастная компания.

Сами хозяева, гости их дома Женя и Филипп, малышка Стефания со своей неизменной ворчливой няней, худощавый отец Лизы Игорь. Даже Зверь прибыл без сопротивлений. Правда, не один, а с шестилетней дочкой Асей.

Малышка смотрела на всех настороженно и пугливо, а в ответ на все вопросы только опускала зеленые глазки. Егор и сам выглядел рядом со своей златовлаской растерянным, и даже оставил привычный сарказм.

Весь обед Женька с Филиппом как подростки держались за руки под столом. Лукаво подмигивали друг другу, и, казалось, вообще не замечали, что происходит вокруг. Окружающие деликатно оставили их в покое, только то и дело бросали на них умиленные взгляды.

Только хозяйка дома все же подсела к ним в гостиной, когда все уже поели. Ее супруг тоже скоро присоединился к друзьям.

- Не знаю, - хитро произнесла Лиза, - пригласили ли вы нас в гости только ради вежливости, но лично я планирую реально к вам приехать. Мне хочется развеяться, посмотреть свою страну, а не только Европу. Ты со мной?

Она прищурилась, глядя на Тима.

- Птичка, - выдохнул он, - давай новые приключения произойдут хотя бы после родов! Тебе и так будет, что рассказать маленькому Тимурчику – с ним в животе ты побывала на захвате преступной группировки!

- Тимурчику? – переспросила Женя.

Лиза закатила глаза.

- Я разве не говорила, что у нас будет Тимур-младший? Кое-кто от скромности не умрет.

Тим и бровью не повел.

- А тебе какое имя нравится? – вдруг поинтересовался Филипп.

Лиза улыбнулась.

- Для меня лучше имени Тимур нет никакого на свете, - чуть смутившись призналась она, - вот только если у нас появится и второй мальчик, придется как-то выкручиваться.

Друзья рассмеялись.

Тим с Филом вскоре завели разговор о делах, Шевцов предложил приятелю кредит на расширение бизнеса. Филипп мечтал открыть по городу несколько тренажерных залов для взрослых и детей по эконом-ценам.

Лиза должна была уделить внимание и другим гостям, и Женька осталась одна. Девушка решила напоследок побродить по дому, где ее приняли как родную. Она шла по коридору и откуда-то сбоку услышала голоса, она вспомнила, там находится комнатка, где Лиза устроила детскую для своей сестренки.

- Так что Ася пока со мной.

Здесь же Женька обнаружила Егора и отца Лизы Игоря. Мужчины возились с дочерями и разговаривали. Дочка Зверя тихонько перебирала кукол в углу над коробкой, а Стеша изо всех сил старалась привлечь ее внимание. Стояла сзади, дергала взрослую девочку за платье или косу. Но Аська, казалось, не замечала.

- Не хочет общаться ни с кем, - тихонько вздохнул Егор, - не знаю, что делать.

- Ваш расход с супругой ударил по ней, - предположил Игорь, - у меня Лизка после смерти матери тоже замкнулась. А я… Махнул рукой и думал только как дать ей больше денег. Сейчас стараюсь быть рядом со Стешкой, хоть и развелись с Алиной, все мы умные задним числом… Налаживай отношения с бывшей, чтобы у Аси были вы оба.

Зверь поморщился.

- У матери новая семья, нам с Аськой с ними рядом не место, - холодно пояснил он и сам закрылся.

Женька осторожно взглянула на мужчину, прошла в комнату и присела на корточки перед девочкой.

- У меня была почти такая же кукла, - Женя достала из яркого короба потрепанную «барби», - я заплетала ей много косичек, чтобы ее волосы стали кудрявыми.

Она улыбнулась сама себе и поймала внимательный зеленый взгляд.

- А как так заплетать много косичек? – тихо спросила Ася.

- Хочешь, научу? – мягко предложила Женя.

Девочка еле заметно кивнула.

- Иди сюда.

Девчонки уселись у стены, вытянули ноги и с упоением принялись наводить красоту куклам. Темноволосая Стешка носилась рядом, притаскивала им новых «клиенток», дергала за локоны теперь Женьку. Глазки Аси уже блестели интересом, на щеках играл румянец и ямочки.

- Тебе нужна женщина, - резюмировал, глядя на эту картину, Игорь и посмотрел на Зверя, - тогда дочка отогреется.

- Нормальных девушек сейчас мало, - отмахнулся Егор, - это Чудов ухватил себе декабристку, я не такой везучий. А уж чужие дети современным дамам вообще не нужны. У меня есть связь для здоровья, более мне не надо.

- Здоровье – самое главное, - перешел на другую тему Игорь, - у меня кмс по бегу был, а сейчас полчаса погоняю с мячом по залу и уже задохнулся. Но сам виноват, слил организм алкоголем.

- Послушай, - прищурился Зверь, - тебя надо к нашим определить, они группами ходят в лес. Ночевка в домиках, полная перезагрузка. И дыхалку свою прочистишь, и мыслей дурных меньше будет. Давай-ка мне свой телефон.

****

Филипп поражался тем эмоциям, которые охватывали его, когда он видел Женю в окружении детей. У боксера чуть ли не слезы на глазах проступали. Мужчина понял, теперь, когда все беды позади, у него появилась новая мечта и цель – семья с любимой женщиной и дети. И в роли матери своих наследников он, конечно, видел только Женьку.

Впрочем, не все испытания остались в прошлом. Котенку еще предстояла дача показаний. Следователь настоял, чтобы Филипп не обсуждал с ней заранее ситуацию со Славкой. Чтобы она не придумала легенду, устроившую бы всех. Ободов твердо считал, Женька должна сказать правду.

Единственное, что мог Фил – привезти свою девочку в местный участок, где уже прописался московский специалист. Ободов хотел контролировать все сам.

Фил ждал Женю в коридоре, наматывая круги вдоль стульев. Она вышла не менее чем через час. Личико не было заплаканным, но в глазах плескался страх. Мужчина крепко взял ее за руку и поспешил вывести из здания.

- Филипп, ты не подумай, что я жалею, - Женька смогла говорить лишь дома.

Она сидела на любимом диване в гостиной, обнимала руками коленки.

- Просто, - продолжила она, - маму Алю я теперь потеряла окончательно. Но ты для меня дороже всех, и все те, кто причастен к преступлению над тобой, должны быть наказаны.

Она сказала последнюю фразу так по-взрослому твердо, что Фил не нашелся с ответом. Но потом ему в голову пришла идея.

- Жень, давай я съезжу к Алле Григорьевне и попробую с ней поговорить? – предложил он. – Уж меценату своей школы она не откажет в беседе.

- Фил, это не поможет, - отмахнулась Женя, - Славку она любит больше всего на свете.

- Ну по крайней мере мы будет точно знать ее настрой, - привел аргумент Филипп.

На самом деле Фил не был столь озадачен примирением Жени и семьи бывшего возлюбленного. Нет, он сопереживал девушке, но было тут кое-что еще. Ему не давала покоя связь Женьки и Лены, а у бывшей учительницы можно разузнать на этот счет. Он не видел ничего мистического, в том, что Лена привиделась ему посреди боя и просила за Женю. Просто его мозг в стрессе собрал воедино ранее полученные данные об этих девушках. Филу захотелось чисто для себя узнать правду. Ведь они обе не случайные люди в его жизни.

Фил предварительно позвонил владелице студии танцев. Алла ответила без особого восторга, но подчеркнуто вежливо и от встречи не отказалась. Филипп тут же помчался, пока она дала добро.

- Здравствуйте, Филипп, - устало проговорила женщина, впуская боксера в квартиру, - боюсь, долгого разговора у нас не выйдет, но, может, все же чаю?

Фил разулся и прошел в уютную малогабаритку.

- Не стоит, Алла Григорьевна, - отказался он от светского жеста, - я пришел не за этим.

Хозяйка кивнула и прошла в гостиную, опустилась в низкое кресло, указала Филу на другое, стоящее под углом.

- Я знаю, Женя дала показания против Славки в угоду вам, - холодно сообщила преподавательница, - что здесь обсуждать? Хотите денег?

Фил покачал головой.

- Женя любит меня и просто сказала правду, - произнес Филипп, - я понимаю, Вячеслав ваш сын. Но он действительно нарушил закон. Он помог подставить меня, попутно предал Женьку. Неужели вам ни капли ее не жаль? Вы вроде питали к ней теплые чувства.

Алла взялась за виски.

- Да, Славка ошибся! Но она! Я всегда чувствовала, не нужно было пускать ее в свой дом! Я знала, нужно держаться от нее подальше! Эти проклятые гены!..

Филипп сделал стойку.

- Гены? О чем вы, Алла Григорьевна? Вы знаете родителей Жени?

Женщина выдохнула и вдруг вскочила на ноги.

- Отца почти нет, - прошипела она, - но мать! Ту, кто ее выродил, я отлично знаю!

Женщина раскраснелась, со злостью гоняла воздух.

- И кто же ее мама? – негромко уточнил Филипп. Он изо всех сил старался держать себя в руках и не ответить на оскорбления в сторону любимой. Сейчас ему нужно разговорить Аллу.

- Ее родила моя дочь, - глядя ему в глаза, внезапно спокойно сказала преподавательница.

- Лена – ваша дочь? – от изумления Фил отклонился в кресле.

- Какая еще Лена?! – выплюнула Алла. – А, вы о своей родственнице, я узнала, Ленка была замужем за вашим отцом. Нет, она здесь совершенно не причем. Женина мать – моя дочь София.

Фил с силой моргнул и тоже поднялся на ноги.

- Но… как это?

Алла горько усмехнулась.

- Неужели, Филипп, вы не знаете, откуда берутся дети? Женя – моя внучка, хотя я ее таковой ни секунды не считала. Моя дочь доставила мне много бед, Филипп. Она была наркоманкой, вся в пройдоху отца…

- Вы не могли бы рассказать подробнее, - прокашлялся Филипп, - для меня это важно. Ведь с моей мачехой они так похожи…

Но Аллу Григорьевну уже и без того несло.

- Да, с Ленкой они походили некоторыми чертами, особенно глаза… Ваша мачеха, Филипп, была сестрой моей дочки – по отцу. Он, никого не стесняясь, тогда жил на две семьи! Но мне посчастливилось встретить человека… Впрочем, слушайте по порядку.

Алла Григорьевна выскочила замуж совсем юной девушкой. И хотя по тем временам вступить в супружество в девятнадцать лет было нормой, мозгов от этого у нее не прибавилось. Девушка сходила с ума по водителю из хлебного магазина – Виталику. Парень был высоким, взрослым – аж двадцать пять лет, и обладал удивительными глазами, светло-карими с фиолетовыми искорками в глубине. Аллочка верила в модное тогда утверждение, что глаза – зеркало души, и решила, Виталий точно человек внутренне прекрасный и необычный.

Она очень быстро забеременела и без проблем родила дочь. Алла была сравнительно счастлива. От покойной мамы ей досталась большая комната в центре, в благоустроенной квартире. Софка, как назвала она малютку, ничем серьезным не болела. Молока у молодой матери хватало с лихвой. Муж, конечно, попивал (как у всех!), но львиную долю получки приносил ей. Хотя зарабатывал все же маловато.

Жизнь была сложной, но плелась крепкой стабильной канвой. Пока привычный рисунок не спутала раз и навсегда неслучайная встреча.

Софийке уже исполнился годик. Алла работала в детском саду, тут же в яслях находилась ее малышка. Лишь в выходной у них было время погулять свободно в парке, покормить уточек, которых безумно любила рассматривать дочь. Муж не имел привычки проводить с ними досуг.

В одну из таких вылазок к Алле подошла худенькая молодая женщина с коляской. Та подумала, незнакомка попросит крошек, чтобы кинуть птицам и развлечь своего ребенка. Хотя малыш на вид был совсем капельным. Но щуплая брюнетка вдруг завела такую речь, от которой волосы Алки встали дыбом.

- Ты ведь Виталия жена? - спросила она и сама ответила. - Я знаю. Попросить тебя хотела. У тебя много грудного молока, может, поделишься с сестренкой своей дочери? А то у меня совсем нет, а ребенок животиком страдает.

Алла думала, собеседница сумасшедшая, убежала из парка. Но потом все-таки пошла к главной сплетнице района Клавдии Семеновне и узнала такую правду…

Муж жил на две семьи, зарплату делил на две кучки, потому и выходило мало. Во втором гражданском браке у него тоже появилась дочка, младше Софии примерно на год.

Аллочка долго металась – бороться, прощать, гнать поганой метлой изменника?.. Виталий каялся, божился, что лишь раз гульнул, а потом не мог поступить безответственно с малышкой. Алла, конечно, не верила. Наверное, она бы так и рвала душу, но муж сделал выбор сам. Он предпочел бутылку обеим женам, начал таскать вещи, являться в непотребном виде.

Воспитательница проявила характер, отнесла заявление в суд, поменяла замки. Бывший муж еще походил к ней немного, а потом сгинул. Она же долго не могла устроить жизнь, красотой не блистала, еще ребенок. Лишь когда Софе шел уже двенадцатый год, встретила человека.

Военный сразу установил свои правила в доме, урезал расходы на девочку-подростка, ввел для нее режим. Дочь приняла отчима в штыки, но Алла даже не обращала внимания на ее капризы. Наконец они подняли голову из нищеты, а она недовольна! Женщина начала изо всех сил беременеть.

Не сразу, но ей удалось зачать сына. И вроде жизнь окончательно встала на крепкие рельсы, но пришла новая беда – Софка пристрастилась к наркотикам. Мать поняла это лишь, когда ее вызвала директриса школы. Не верила, но дочь уже резво катилась под гору, и скоро зависимость стала очевидной. Софа походила на зомби, из квартиры пропадали вещи.

В какой-то момент Алла снова врезала новый замок. Софии как раз исполнилось восемнадцать, и больше мать ей ничего не была должна. По слухам, наркоманка сняла какую-то комнатушку у бабки в ближайшем поселке. Перестала появляться.

Алла Григорьевна постаралась забыть о дочери. Слава богу, муж не бросил ее в беде, они растили сына. Но любое затишье в жизни женщины привычно обращалось во внезапную беду. Так и тут – однажды к ней на работу приехала бабка.

Полноватая сгорбленная женщина держала за ручку худую девчонку. Глядя в глаза малышке, Алла все поняла. Софка нагуляла приплод! Старуха пояснила, София последние годы жила на Севере, там же погибла на производстве. Девочка находилась у бывшей квартирной хозяйки, мать присылала на нее щедрые алименты. Отцом являлся сосед бабки, семейный мужик.

- Которого Женьке представили как дядю? – догадался Фил.

- Да, - вздохнула Алла, - он ей немного помогал сначала, даже брал к себе. А потом жена сделала так, что они переехали на другой конец страны. Да и запойный он был, ну разве нормальный человек сунется к наркоманке?

- Почему вы не забрали Женю? – прямо спросил Филипп.

Алла вздохнула.

- Куда, Фил? Ну куда бы я ее забрала? К мужу, который два года премии спускал на Софкины долги? Мне и так пришлось взять деньги, которые откладывали на будущее Славке, чтобы дать взятки в опеке.

Филипп только качал головой.

- Но Женька ведь вам родная, - растерянно произнес он.

- Софка своим поведением вытравила из меня всю любовь к себе, - сказала она, - и Женю я восприняла как очередную беду. Думала, раз у Софы не получилось разрушить мою жизнь, дело докончит ее дочка.

- Зачем же потом ее брали в дом? Отчего пришли работать в интернат? – спросил мужчина.

Алла повела плечами.

- Да как-то пока суд да дело, познакомилась с женщинами там, узнала, что зарплата неплохая, вот и пришла. А Женьку привечала… Знаете, страх во мне жил – Софка с того света всё видит! Вдруг меня небеса накажут, что не взяла себе внучку? Пострадают мои близкие. Оттого и приводила девчонку, только своим не говорила, кто она. Славку лишь подкупала – будешь добр к сироте, карманные деньги увеличу.

Филипп потер виски. Вот и заботливый Слава!

- Женька говорила, ее увозила на выходные бабушка? – вспомнил Филипп.

Алла нахмурилась.12727c

- Это та самая бабенка, что присматривала за ней по просьбе Софы. Говорила, привязалась к девчонке. Но она уже тогда болела сильно, потому и приволокла ее ко мне, адрес нашла в вещах дочери. Отдавать в приют, видите ли, стало жалко.

- А Лена? – глубоко выдохнув, спросил Фил.

Алла сощурилась.

- Ленка появилась как черт из табакерки! Ух и бешеная девка была. Они, оказывается, с Софкой общались, она знала, у той дочь есть. Сама тоже была гуляка по юности, вся в их папашку! Выстудилась на пьянке, что деток не могла иметь. А когда узнала, что Софийка погибла, задалась целью найти ее дочку!

Фил усмехнулся, целеустремленности и энергии Лене было не занимать.

- Я не отслеживала судьбу нагулянной дочери когда-то законного мужа, - продолжила Алла, - но когда увидела ее на пороге интерната, сразу стрельнула мысль, это сестра Софы. Уж слишком в них сильна порода! Необычные глаза, короткий носик, выточенные скулы. Подонок бывший муж был красавцем, тут не отнимешь. И в девках как бы кровь не мешалась, все равно его черты брали свое. Лена тогда прямо заявила, что удочерит Женьку, а я не возражала.

Фил выдохнул. Чего ему стоило сохранять молчание, не знал даже бог.

- Мы начали помаленьку готовить документы, - Алла же не замолкала, - за все платила уже Ленка. Она продуманная была – не зря же за вашего папашу ухватилась. Вынула счастливый билет! Женька такая же, хорошо пристроилась в жизни. Моя дочь была в этом плане простушкой.

- И что же дальше? – Фил не выдержал и перебил женщину.

Та пожала плечами.

- Лена погибла, - сообщила она известный факт, - и тогда я поняла – этот крест придется нести мне самой. Моя доброта меня и сгубила! Ведь всегда чувствовала, от девчонки исходит зло. Она как волчонок была – вроде добрая, ласковая, а себе на уме! Сначала хотела Славку заполучить…

- Вас не смущало, что девочка влюблена в родного дядю? – глухо спросил Филипп.

- Я когда узнала, - признавалась Алла, - испугалась страшно. Ведь заметь я взаимность со стороны Славки, пришлось бы признаваться во всем! Но я решила для начала промыть мозги мальчишке. Хотя толком и не понадобилось это. Мой сын достоин лучшего и, слава богу, прекрасно об этом знает. Он только поднял меня на смех. Ему льстило обожание Женьки и не более того. Встречаться он хотел только с ровней!

- Лена не говорила Жене, что она ее тетя?

Фил повернул разговор к фактам, у него уже голова кружилась от лавины яда, витавшего в воздухе.

- Нет, - покачала головой Алла, - она вообще не хотела ничего сообщать ей раньше времени. Не желала, чтоб та расстраивалась и сидела на иголках в ожидании. Представлялась просто спонсором.

«Лена берегла чувства Женьки», - подумал Фил и проникся к мачехе благодарностью.

- Я и правда часто просила бога, - Алла заговорила странно, - чтобы он послал Жене хорошего мужчину. Тогда я была бы спокойна. Так оно и вышло, я радовалась! Но девчонка все равно успела сделать гадость моей семье…

- Всё, хватит! - Фил шумно выдохнул и потер переносицу. - Будь вы мужчиной, я второй раз бы нарушил кодекс этики боксера и набил бы вам лицо. Вас не за что уважать. Вы не воспитали дочь, потому что строили новую семью. Но и в сына вы тоже ничего дельного не вложили. Ваши дети выросли больными членами общества. А теперь вы назначаете виновной во всем свою внучку, хотя все эти годы вы хладнокровно наблюдали, как девочка растет в тяжелых условиях. Женька даже сейчас светлый наивный ребенок, она никуда не пристраивалась выгодно. Она просто любит меня и всю себя отдает этой любви. И знаете, если ваши молитвы хоть чуть-чуть помогли нам встретиться, то большое спасибо. Я позабочусь о ней, можете больше не бояться кары небес. Прощайте.

Фил не помнил, как натянул кроссовки, отодвинул старую щеколду и выскочил из пропитанной ненавистью квартиры. Внутри взрослого сильного мужчины все дрожало. От жалости к маленькой Женьке, от несправедливости всего этого мира.

Он сел за руль, но не мог завести машину из-за сильной рези в глазах. Филипп не сразу понял, что это обычные слезы. Спортсмен даже не помнил, когда в последний раз плакал. Сейчас он тоже быстро взял себя в руки, быстрым движением стер влагу с лица. Прочистил горло.

- Алло, «Кристальный мир», - боксер набрал номер той самой ювелирки, где заказал колечко котенку еще до ссоры. – Да, это Чудов. Без проблем, я заплачу за просрочку!