Глава 8

Дэниел

Я дёргаю на себя тяжёлые дубовые двери номера «люкс» и вхожу внутрь комнаты. Темно. Лишь горит один бархатный бра на стене. В просторных апартаментах пахнет табаком, шоколадом и предстоящим грязным сексом. Я осматриваю помещение, останавливаюсь на хрупкой маленькой фигурке, что застыла посреди комнаты, как будто она – ну точно, что кукла. Фарфоровая скульптура, произведение искусства талантливого художника. Вот она. Моё сокровище. Моя покупка. Моя игрушка на сегодняшнюю ночь. Осталось только сделать шаг вперед, протянуть к ней руку и сорвать упаковку с покупки.

Я буду пользоваться тобой всю ночь, мой юный ангел. Буду марать и пачкать твое тело, буду порочить и портить твою душу. А взамен получу сладкие, неземные эмоции. За которым я, собственно, и охочусь, чтобы разбавить трудные будни добившегося не абы каких высот миллионера.

Я делаю шаг вперёд, девчонка вздрагивает и вскакивает на ноги. Она тяжело дышит, нервничает. Руки связаны, на глазах повязка. Я делаю глубокий вдох, принюхиваюсь как животное – обожаю этот запах. Запах страха, растерянности. Что ж, зверь нагулял аппетит, зачем медлить? И так еле дожил до вечера, в штанах уже ядерная война во всю кипит. Первым делом, я лишу невинности маленький сладкий ротик. Накручу светлые локоны на кулак и вставлю поглубже. Её белые волосы, её узенький ротик отлично будут смотреться в контрасте с моей смуглой кожей. Ротик на тёмной коже члена… М-м-м… Бесподобные фантазии. Пора их в дело впустить!

Я ещё раз трахаю девочку взглядом, изучая её, тщательно рассматриваю. В реальности она выглядит намного лучше, чем на фотографиях. Я толкаю её на колени, на пол, приказывая стоять у моих ног, как рабыне. Члену невмоготу терпеть. Стоит как кол, до боли в яйцах. Мне срочно нужно избавится от застоя спермы в паху. Иначе уже болит. Я снимаю с себя брюки, трусы. Бросаю парочку пошлых фраз, делая нашу игру ещё более драматичной. Я тащусь от того, что вижу страх в её глазах. Искренний и тягучий. А ещё там плещется нечто, похожее на желание. Страх, смешанный с желанием. Адская смесь!

Я хватаю малышку за затылок, учу её как делать минет. Как учу? Как умею. Терпение на исходе. Я пальцем помогаю ей открыть рот и вставлю свой большой и толстый инструмент между маленьких губок.

Тесно-о-о-о! Охренеть.

Я двигаюсь в узеньком горлышке властно и ритмично. С силой сжимаю белокурые кудри в кулак, прибавляю скорости. Там горячо, мокро, приятно. Крошка пытается работать язычком, так забавно теребит уздечку, пока я сатанею от напора чувств. Сам удивляюсь от того, как так быстро кончаю. Пиздец. Я держался как мог. Она слишком вкусная. Я пою её своей спермой с наслаждением глядя на то, как она судорожно её глотает. Белая жидкость потрясающе блестит на красных, распухших губах. Я задыхаюсь от кайфа, по телу бьёт острая дрожь, меня корёжит в судорогах. Я понимаю, что я жажду ещё. Слишком вкусная малышка.

Я размазываю пальцем остатки спермы по её губам, чуть оттягиваю нижнюю губку, почти улыбаюсь от удовольствия, которое она мне подарила сейчас. Но мне мало. Это уже зависимость, чёрт возьми. Я хочу её киску. Хочу вылизать поспевший персик и сорвать его, вкусить его вкус. Но сначала передышка. Я курю на балконе, настраиваясь на второй раунд. Между тем, ловлю себя на мысли, что я давно так адски ярко не кончал. Может быть, вообще никогда. До момента «сейчас».

Я хочу её лизать. Вылизать всю. Подготовить к своему члену. Чтобы она была мокрой и ей было не так больно. Пожалел. Странно. Я сам себя не узнаю. С ней не хочется жёстко и грубо, как я люблю, хочется быть мягким. Не понимаю почему. Копаюсь в себе, никак не докопаюсь до ответа.

Она мокрая. Течёт и без моей слюны. Я шалю языком с её тугим комочком, возбуждаю её, хотел возбудить, нагнуть на кроватью и трахнуть, пока она вся такая пьяная и горячая тает как растопленный шоколад от движений моего языка внутри её медового цветка. Правда, она – медовая девочка.

Не смог остановится. Я не смог вовремя отстранится и заставил её кончить мне на лицо. Когда я её взял, я провалился в рай. Утонул в её восхитительном теле, слился с ней в единое целое. Так запредельно ярко мне ещё не было никогда и ни с кем.

⁂

– Трогай Томми, в банк едем. Кто-то на ночь глядя пытался взломать систему безопасности и слить со счетов все мои бабки. Надеюсь, тревога ложная. И ещё больше надеюсь, что охранники застраховали свои яйца. Ибо я очень зол. Оторвали меня от важного мероприятия. Теперь мне охота оторвать им то, что отличает их от баб.

Я сажусь в машину, гневно хлопаю дверью. «Bentley» резво стартует с места на полном ходу проскакивает через плавно распахивающиеся ворота загородного поместья. С виду бордель выглядит как чей-то особняк, но это не так. Ни единой вывески, тотальный фейсконтроль, информации об этом заведении нигде нет. Секретное местечко, проклятый рай, золотая жила для таких зависимых от секса подонков, вроде меня, которое затягивает в себя с головой с самой первой минуты знакомства с ним.

Погрузившись в молчание и собственные шальные мысли, я пялюсь в окно. Темнота, снаружи тачки хлещет ливень, крупными каплями отбивая степ по стёклам. Я гляжу в мрак и вдруг вижу милое личико зеленоглазого ангела. Как будто она смотрит на меня, в моё отражение в стекле. Я охреневаю! Дергаюсь назад – мистическая херовень какая-то. Или я в край рехнулся, поехав головой? Грустный такой взгляд, будто плачет. Давит на жалость своим миловидным личиком.

Хороша малышка, зацепила ведь чем-то. Нежная, бархатистая кожа, цвета топлёного молока, большие серо-зелёные глаза, как у куклы, мягкие, на вкус как вишня, губы. Аккуратные натуральные сисечки, которые идеально помещаются в моих ладонях, будто природа создала их только для меня, исключительно под мой размер ладоней и для моего языка. Плоский подтянутый живот, длинные гладкие ножки, медовая на вкус, и охерительно тугая киска. Она, как трофей, досталась только моему члену. Я порвал целку. Гордость плещет за грань, что эта редкая малышка досталась первой мне. Никто там не был до меня. Никогда. В эту ночь я словил кайф, самоутвердился в том, что я лидер не только в своей деятельности, но и здесь я тоже лидер. Этот невинный, забитый взгляд. Искренний такой, реальный. Не похоже, что она играет. Мне и вправду достался редкий цветок. Жирный бородавочник Чарли не обманул.

Честно, я не понимаю мотивы своих действий. Я вытаскиваю из кармана брюк «IPhone», набираю номер Сары. Считаю гудки.

– Да, мистер Блэк, что-то забыли? – спрашивает пигалица, отзываясь на звонок.

– Хочу, чтобы вы осмотрели девушку…. Ну вы понимаете, да, что я имею ввиду? Пришлите ей самого лучшего врача. Если надо, я доплачу.

Блять, я что делаю? Переживаю что ли? Вообще не моё это дело, как там она себя чувствует. Я заплатил херову тучу зелени и должен вообще не париться. Не мои проблемы. Что я творю?! Как будто умоляю, чтобы они там о ней позаботились, врача хорошего прислали. Переживаю, что мог порвать своим титаническим размером её крошечную розочку.

– О-о-о, – задумчиво тянет сутенёрша, – не переживайте! Мы об этом как следует позаботимся. Хорошего вам вечера, мистер Блэк.

– До встречи, – я киваю, отключаюсь. Вытягиваюсь на спинке сидения, прикрываю веки, пытаюсь ни о чём не думать. Хер там! О ней думаю всю дорогу. Не могу понять, что происходит? Не отпускает, ни чуть, будто в подкорке мозга плотно засела, как заноза, не выдрать ничем, не выдавить.

Пообещал ведь себе, Дэн! Не привязываться ни к кому. Больше никогда. Но разве разум слушается сердце? Хренасдва! Чувства сильнее логики. И от этого воротит не на шутку.

⁂

Я не спал две ночи подряд. Думал о ней. Думал о том, что дело не закончено, а я привык доводить всё до ума – важное правило бизнеса. Я хотел получить её попку. М-м-м, какая же она у неё сочная и аппетитная, стоило только прижаться головкой к маленькой тугой звёздочке… Фак!

Её попка снилась мне полночи. Кажется я трахнул подушку во сне, приняв её за малышку Ами. Порвал наволочку, проснулся весь в перьях. У меня едет крыша. Нужно решать вопрос. Срочно! Одной встречи мало. Должна мне надоесть, осточертеть девка! Когда плод запретен, он сладок. Я не собственник, правда. Приевшиеся вещи мне быстро надоедают. Я охотник за эксклюзивом, маньяк острых ощущений. Ничего плохого не случится, если я поиграю с понравившейся игрушкой чуть дольше, чем обычно, как играл обычно с другими цацками. У меня должно выработаться отвращение к девчонке, чтобы я насытился и начал спать спокойно. А у меня стоит. Только на неё. До рези в яйцах, до искр в глазах. Я выебал подушку с мыслями о ней, порвал её до перьев по всей комнате и кончил, как подросток, в наволочку, воображая, что я получил сладкую попку Амелии. Поэтому, да! Я хочу сделать исключение и продолжить игру. Главное, чтобы она не поиграла потом со мной.

Не делай глупости, Дэн. Опять встрянешь в одну и ту же грязную лужу.

Ничего такого! Просто секс и разврат. Она игрушка. Моя покупка. Не более. Я не намерен в неё влюбляться. Любви для меня не существует. Что это за хрень такая? Любовь… Выдуманная дичь, для сопливых мелодрам. Любовь – синоним боли. А чувства – иллюзия.

Я вскакиваю с кровати, шлёпаю голыми пятками по разбросанному на белом ковре пуху, будто шагаю по мягкому снегу. Набираю номер Сары Рэдклифф, жду ответа, нервно покусывая губы.

– Доброе утро, мистер Блэк! Рады вас слышать снова.

– Не успели, наверно, соскучиться? – ухмыляюсь.

– О, мы ждем вас каждый день, сэр, – подлизывается эта драная коза, заигрывая слащавым голоском.

– Я рад. Тогда примите заказ. В ближайшее время! Будьте добры, выполните мою просьбу.

– Всё, что пожелаете, господин.

– Хочу видеть Амелию Свон снова в моей постели. Немедленно! – фырчу, задыхаясь, даже глаз дёргаться от нетерпения.

Ни разу за два годов я не заказывал объезженных мною шлюх. Я вообще наверно их самый капризный клиент. Мне трудно угодить. Приходится жопу рвать, но плачу я щедро. Деньги для меня не проблема.

– Д-да, я попробую, сейчас с ней свяжусь. И сразу же перезвоню вам.

– Жду, – отключаюсь.

Но «сразу же» понятие растяжимое. Неужели про меня забыли? Я был вынужден уехать в свой большой и шумный «офис», наладить дела, а вечером не выдержал и сам набрал номер Сары.

– Мистер Блэк? Добрый вечер.

Вдох-выдох. Только спокойствие!

– И вам не хворать, дорогая. Ну, и почему не перезвонила? Ты уладила вопрос? Ваша конторка, Сара, чахнет прямо на глазах. С таким отношением не грех сплетни пустить… Хотите растерять клиентов?

– Ох, п-простите, – девушка нервно заикается, связь будто обрывается, но это вряд ли. – Простите, я не могла дозвониться до Амелии. Вот только сейчас буквально вышло. Увы, но я пыталась её уговорить. Девушка больше не числится в числе наших лотов. Мы не можем повлиять на ситуацию.

Я взрываюсь ядерной бомбой за миллисекунду. Не удивлюсь, если мой крик слышен на орбитальных станциях в космосе.

– Да вы охренели совсем?! Вам что непонятно? Желание клиента – закон! Вот и исполняйте мою прихоть!

– Я-я… Я пыталась… Звонила ей, и… хотела предложить ещё…

На проводе раздаётся шорох.

– Дай сюда! – я слышу знакомый голос сутенёра Чарли.

Уроды. Вывели. Сотру в порох их грёбаный курятник.

Как смеют отказывать МНЕ?

– Слушайте, Дэниел, хотите, мы исправим ситуацию? Нет проблем.

– М-да, и как же исправите? – тяну я. – Вы и не особо хотите, похоже. Не стараетесь удержать клиента.

– Простите Сару, она блондинка, – он хохочет и ловко выкручивается из ситуации, переводя стрелки на шлюху. – Надо – будет! Не вопрос.

– Девчонка же отказалась, – напоминаю толстуну.

– Силой возьмём. У меня есть в отряде отличные ребята они быстро организуют дело. Сцапают, без вопросов, и в машину…

– Нет! Вы что, в край очумели?! – я со всей силы пинаю ногой стул.

Блять! Силой? Меня всего дёргает как будто молния бьёт по телу. Брать её силой мне хотелось меньше всего, хоть и звучит заманчиво. Как игра. С элементами похищения. Я люблю такое. Но нет, не с ней. И опять не пойму почему? Почему она такая особенная. Обычная ведь шлюха, а тормозит внутри что-то меня, не даёт разгуляться на славу грязному желанию.

«Не обычная!» – заступается за девчонку внутренний голос. Тогда я и понимаю, что хочу выяснить об Амелии Свон всё. Собрать досье. Узнать, чем занимается, где живёт, чем дышит. Нахер надо? Да вот сам себя не пойму. Не могу остановиться. Нарушаю личные правила. Но манит меня к ней, как пчелу на мёд. Ладно, душа жаждет продолжения, а член так тем более.

Вот смотрю каталог новых игрушек и не встаёт ни на одну из них. Хоть соски и высшего сорта, холёные, размалеванные и разодетые, будто звёзды аллеи «Beverly-Hills» как я и люблю, но хрен там, а не хер стоячий. Упал и не поднять больше. Но как беру в руки фото Амелии, так штык такой стальной просыпается, что рвет трусы, будто ножом острым по ткани режет.

– Значит так, Чарли, слушай внимательно! У тебя есть шесть часов, до вечера, чтобы прислать мне все данные про лот «1537» – Амелию Свон. Досье собери. Покопайся хорошенько, как ты умеешь. Принуждать никого не надо, я сам с ней разберусь, если она отказывается. Это моё дело. Понял?

– Да, господин, – подавленным тоном трещит он.

– Ну и славно. Жду звонка и всю личную информацию о девочке. Чао.

Бросаю трубку, устало тру переносицу пальцами. Голова дико разболелась. Надо бы выпить чего покрепче и вздремнуть. А утром поехать на работу. Дел накопилось невиданно.

Дни тянутся как года. Но, если честно, проходит всего два дня. Наконец мне присылают на почту мой запрос по девчонке. Сейчас я не знаю о ней ничего, кроме фамилии. В клубе была о ней информация в резюме, но я его не смотрел. Приказал, чтобы собрали про Свон всё. От и до.

Я сажусь за руль своего спортивного «Mustang», сегодня решаю не брать водителя. Выжимаю из этой резвой крошки всю её мощь и мчусь по тем координатам, которые были указаны в письме от Чарли. Хороший подход, хоть в этот раз жиртрест порадовал меня своей находчивостью. Он собрал о девчонке всё. Вплоть до того, что расписал режим её дня по часам. Вот сейчас, предположительно, она должна выйти из своего дома, ровно в восемь ноль-ноль, чтобы направиться в сторону автобусной остановки.

Я ничего делать не собираюсь. Просто посмотрю на неё, издали. Понаблюдаю, увижу, что она обычная простолюдинка, безвкусная серая моль в реальной жизни, не мой тип, в общем, расслаблюсь, усмирю своего внутреннего монстра и поеду дальше, по своим делам, а о ней забуду. Отличный план. Я ещё даже досье не читал. Утром распечатал, открыл первую страницу, увидел время её выхода из дома, быстро сел в машину и поехал по адресу в тот замызганный район, в который соваться хотелось меньше всего.

Как я и думал, девчонка – оборванка. Не удивлюсь, если рождена она в неблагополучной семье. Чаще всего именно такие блядушки торгуют своим телом, ради того, чтобы без особого труда из грязи выехать в князи. Не верю! Что такая скромная бабочка продала себя из-за страсти к шальным деньгам. Буду надеяться, что я ошибаюсь. Ведь внешность обманчива. В этом я уже успел убедиться, к несчастью, и очень сильно пожалел. На всю оставшуюся жизнь.

Я сжал руль руками настолько сильно, что тот чуть было не хрустнул от напора. Потому что вспомнил стерву Джессику. Она мне тоже казалась неземным ангелом. Я её на руках носил, пылинки сдувал, обращался как с королевой. Но больно обжегся. Когда однажды увидел то, что не забуду нахер никогда. То, как её на мои глазах, в моей дорогой машине, которую я ей подарил, натягивал на своей член её личный водитель – Рокки.

Я отпиздил его до состояния желе. Ублюдка, совратившего чужую женщину, отвезли прямиком в реанимацию. А она за ним побежала, сука! Ещё и лицо мне расцарапала в ответ за любовничка. Меня практически арестовали за нанесение тяжёлых телесных увечий. Был суд. Разборки. Много нервов и денег я выбросил в трубу. Благо я откупился. Но финансов потерял тогда прилично. Кампания почти оказалась на грани банкротства. Больно вспоминать. А забыть сложно. Благодаря своему таланту вести бизнес, я быстро вынырнул из дерьма.

Я припарковался напротив серого невзрачного здания жилой многоэтажки с облупленными стенами, тротуары возле которого были завалены мусором. Подобрал с кресла распечатки и застыл в ожидании увидеть её. А пока ждал, читал досье.

Хм… Горничная значит? Работает в отеле «Golden Star». Хороший отель, престижный. И она… сирота. Острый ком встал поперёк горла, бумаги выпали из моих рук. Я невольно поднимаю глаза, глядя в лобовое стекло, и вижу Амелию. Она выбегает из главного входа дома, бежит в сторону остановки. Пышные светло-русые волосы, собранные в высокий хвост, блестят на солнце. Одета просто. Очень просто и безвкусно. Серая, поношенная годами пайта, потёртые джинсы, кроссовки.

Странно… Я думал она уже спустила все мои бабки, щедро подаренные ей почти запросто так, на шмотки и косметику, как типичная девчонка. Но что-то пошло не так. Почему она не едет на такси? Почему плетется к грязному замызганному автобусу? И почему вообще работает? Тем более на такой унизительной работе – прислугой? Куда, блять, делись все мои бабки? Или ей не заплатили?

Если старый ублюдок что-то натемнил, я его придушу. Голыми руками. Сделаю ему «испанский галстук», вспоров его жирную сальную шею.

Я провожаю хрупкую девичью фигурку взглядом, сердце в груди сжимается до ноющей боли, бешено таранит рёбра. Нет, не смогу проехать мимо и забыть. Не блядь она вовсе, а обычная девчонка с трудностями в жизни. Я завожу мотор, давлю на газ, следуя за автобусом. Надеваю солнцезащитные очки, догоняю автобус, гляжу на её худенькую спинку на заднем сидении у самого окна. Сердце ещё болезненней рвётся в груди, руки трясутся на руле, как у наркомана, а я преследую Амелю как какой-то больной маньяк. До самого отеля. Деру её взглядом, наблюдаю до тех пор, пока она не скрывается в дверях черного входа огромного золотого здания. Я сжимаю кулаки, бросаюсь во все тяжкие, сдуру вершу спонтанную, идиотскую вещь. Из-за неё. Из-за обычной голодранки.

Ну и что я сделал? Что я, блять, сделал? Чтобы получить её опять в свою постель? Я просто… купил тот отель. В котором она работает горничной.