Глава 10

Амелия

Он жадно и властно впивается в мои губы. Теперь я на сто процентов уверена, что это он. Тот самый монстр, который купил мою девственность.

– Почему отказалась? Почему не хочешь меня? А? Амелия… – хрипит в мой рот, сжимая моё лицо ладонями и одновременно целуя. Кусает. Психопат! Он кусает меня за нижнюю губу и чуть её оттягивает. Ай!

Меня всё подбрасывает едва ли не до потолка, когда я слышу с какой извращенной грубостью он смакует моё имя, произнося его хрипло своим гортанным баритоном. Будто трахнул не только меня, но и моё имя тоже. Своей хриплой, повелевающей интонацией.

– Потому что я так хочу! Это моё право. Я больше не вещь.

Холод бежит по коже. Боже милый! Зря! Зря я сопротивляюсь! Это бесполезно. Я ничто. У такой как я нет права голоса. Я та, которая рождена рабом. А он тот, кто правит миром.

– А я хочу по-другому!

Он разворачивает меня попой к себе, ставит коленями на край кровати. Шлепок по заднице! Он натягивает меня на себя, сразу врывается до упора. И двигается. Дэниел Блэк! Он хватает меня за волосы, накручивает локоны на кулак до сладкой боли в корнях, оттягивает мои волосы назад, устраивая мне бешеные скачки на ипподроме – нашем ложе.

– Ошибаешься, детка, – моя попка с громкими шлепками бьется о его пах, пока он управляет мной, держа за волосы, как управляет какой-то скаковой кобылицей. Боже! Я больше не могу! Высокомерный мерзавец. Он плевал на моё мнение! Он. Есть. Власть. Он устроил мне сладкие пытки, сладкие скачки киской на его члене. Я не доживу до утра, если он продолжит брать меня и брать. Кончать в меня и кончать. Как ему хватает сил? И спермы? Монстр какой-то. Секс тренажер!

– А-а-а-х!

– Моя! Ты моя игрушка! Хочешь ты этого, или нет! Потому что я… хочу тебя. А на всё остальное похрен!

Он вбивается в меня на максимальной скорости, шлепая пахом о ягодицы, выбивая из моего горла стоны и вздохи. Он дерет меня как реактивный кролик, с такой сумасшедшей скоростью, что я падаю, будто слышу свист в ушах и лечу с высоты небоскреба в бездну. Я получаю шлепок за шлепком по попе. Он бьёт меня ладонью. Хлёстко, жёстко. Чередуя удары с поглаживаниями, растирая красные пятна от шлепков грубыми пальцами.

Господи, это ад! Он толкает меня в ад. Как в пропасть греха и невозврата. Меня выкручивает спиралью, я схожу с ума от остроты неземных ощущений. Хочется ещё и ещё. И больно, и сладко. Я подсаживаюсь на эти ощущения, как проклятая наркоманка. Стыдно. Но я ловлю кайф от дурацких игр тирана.

– Любая девушка глубоко в душе распутная шлюшка, – он раскатисто смеётся, будто видит меня насквозь, читает меня как раскрытую книгу. Видит, что несмотря на грубость, мне хочется ещё и ещё. Мне это нравится. Я сама от себя в шоке. Я себя плохо знаю. Он – знает меня лучше, чем я знаю сама себя. – Она спит. Дремлет. Ждет своего хозяина, пока он разбудит в ней эту ядреную сущность!

Внутри души разверзается мощный диссонанс. Две сущности внутри моей души сражаются не жизнь, а на смерть. Да, или нет? Какой выбрать ответ? Быть с ним, или бежать без оглядки? Что же мне делать…

Миллионер душит меня мощным порывом из глубоких терзающих мои припухшие губы поцелуев. Я закатываю глаза, не замечаю, как плавно улетаю в беспечность, кончая уже второй раз подряд. Второй оргазм самый сильный. Меня всю парализует. Судороги выкручивают тело дугой, я понимаю, что всё! Это конец. Я теряю сознание. Больше нет сил терпеть его сладкие пытки.

Сильные руки ловят меня за секунду до падения. Рывок. Я оторвана от пола, но ничего больше не соображаю. Меня несут. Я чувствую жар крепкой груди, твердость мощного пресса. Я прижимаюсь к нему щекой и засыпаю, улетая в бесчувственную невесомость. Хорошо. Как же приятно!

Слишком сильные эмоции и два оргазма подряд, а еще сумасшедшая новость о том, что мой покупатель – мой босс, отправляет меня в нокаут.

⁂

Я распахиваю глаза, в ноздри бьёт запах мужского тела. Оно горячее, огромное. Я прижимаюсь к нему своим хрупким тельцем. Лежу на могучей груди щекой. Голая. Абсолютно голая. И он тоже. Дэниел Блэк. Один из самых богатых и знаменитых миллионеров страны – успешный денежный магнат. Банкир. Наши тела всё еще влажные, они сплетены друг с другом. Кожа к коже. Мы как Адам и Ева. Обнажённые, похотливые грешники.

– Проснулась? – я слышу смешок, вздрагиваю, когда мягкие пальцы касаются ключицы. Ведут вниз, по спине, вырисовывают невидимые узоры на нежной бледно-розовой коже. Я такая маленькая, по сравнению с ним. Одно движение, и он запросто раздавит меня в лепешку, как какую-то ничтожную моль прихлопнет.

Мужчина гладит меня, ласкает подушечками пальцев. Как приятно! Что сбивается дыхание, а пальчики на ногах поджимаются. Странно. Тиран дарит мне ласку? Но я жду подвоха. Вдруг, он вытащит плеть из-под подушки и как следует меня выпорет?

Проснись, Амели! Приди в себя. Что ты творишь? Беги, беги, беги! Это неправильно. Ты спишь с монстром. Ты для него всего лишь вещь. Не человек. А красивая кукла для постельных утех. Позор! Надо спасать свою душу. Не дать дьяволу завладеть ею.

Я, отталкиваю прочь его руку, вскакиваю с постели, почти падаю на пол, когда цепляюсь ногой за край ковра. Нервничаю. В панике выискиваю взглядом свою одежду. Платье горничной. Смятое, оно лежит на полу, почти забитое под стулом. У меня всё валится из рук. Я подбираю вещи с пола, пытаюсь одеться, но роняю на их обратно на ковер. Попытка номер два. Наклоняюсь, поднимаю. Выворачиваю платье передником наружу, но пальцы дрожат, а руки не слушаются. Внезапно, на меня обрушиваются сильные руки. Обнимают как цепи, сгребают в охапку.

– Куда собралась? – устрашающе шипит мне на ухо Дэниел Блэк. Чёрт! Что он делает? Он меня… облизывает. Влажный язык скользит по слуховому проходу. Шалит с ушком, захватывает в плен мочку, всасывает её в себя. По телу рассыпаются иголки, а мышцы наливаются ватой.

– Р-работать, – вздыхаю, плавясь в его руках как воск в огне.

– Хочу, чтобы ты работала только на моём члене. Своей сладкой киской!

Миллионер хватает меня за промежность. Резко, неожиданно. Сжимает мою дырочку крепким жимом своей большой и крепкой руки. – Мокренькая… Только попробуй сказать, что тебе не нравится. Не люблю ложь. А судя по тому, как ты течёшь, ты в ахуе от того, что происходит между нами. – Шепчет мне на ухо мужчина, вещи опять валятся из моих рук. Я закатываю глаза, моя грудь с уже торчащими сосками начинает быстро-быстро вздыматься. Воздуха не хватает катастрофически. Он раздвигает мои ноги чуть шире, резко вталкивает в меня палец, я вскрикиваю, но он тут же хватает меня за горло и сдавливает трахею.

– Ах!

Принимается быстро-быстро работать пальцами.

– Блять! Да-а-а!

Насаживает меня на них глубоко и грубо, заставляя течь ещё больше. Его рука вся мокрая. На ней блестят мои соки. Я сжимаю его пальцы сильно, вот-вот начну сокращаться. А он в ответ сильнее давит моё горло. В глазах взрываются мелкие черные пятна, кончики пальцев немеют, как будто я сейчас потеряю сознание.

Блэк рычит, матерится. Он чувствует мое напряжение на стенках лона. Мужчина отнюдь не ласково тащит меня в сторону окна, туда, где стоит большой стол из чёрного дерева. Он бросает меня животом на своё рабочее место, давит рукой на мою голову, прижимает щекой к холодной поверхности стола – не позволяет мне вырваться. Разводит коленом ноги и… осатанело врывается в сладкие глубины рая.

Скрип. Шорох. Охи, ахи. Маты. Миллионер таранит меня прямо на своём рабочем столе, заваленном бумагами и папками. Они валятся со стола, разлетаясь по полу как осенние листья. Стол скрипит, шатается, вот-вот и сломается к чёртовой матери. Сколько я проспала? Наверно несколько часов так точно. Он уже успел проголодаться. Ох и зверский у босса аппетит!

Мужские пальцы оставляют красные следы на нежной коже – отметины. Метки зверя. А стол всё шатается и шатается. Соски трутся о полированную поверхность стола. Меня это заводит намного больше, чем просто долбёжка пальцами внутри лона. Грандиозный взрыв на подходе. Мы орём в голос, не стесняясь соседей за стенкой и открытой форточки над головой.

Навалившись на меня всем своим внушительным весом, толкнувшись до упора, Дэниел кончает в меня. Глубоко и остро, доставая струёй до самой матки. По ногам течёт его липкое семя. Оно вытекает из меня, а он продолжает ритмично вколачиваться, грязно хлюпая членом внутри моей киски. Обессиленная, я обмякаю на столе, но чувствую, как он, накрыв меня своим могучим телом всё еще дергается внутри меня.

Придя в себя, отдышавшись, мужчина выходит из меня. Жадно сминает половинки моей попки ладонями наклоняется, и… облизывает моё анальное колечко. Облизав, целует. Нежно. Почти с любовью. Нет! Я заливаюсь краской стыда. Задыхаясь, льну щекой к холодной поверхности стола, пытаюсь охладить разгоряченную кожу. Ну очень жарко! Нет сил. Я чувствую себя парализованной старушкой. Если он ещё хоть раз меня возьмёт… я точно умру!

Как же сильно он меня истязал и замучил. Всю. От волос до ногтей. Женщины под ним точно не выживают. Или их увозят в реанимацию.

– Вишенка на торте! Скоро доберусь и до неё тоже.

Он хлёстко шлепает меня по ягодицам, разворачивается, походкой сытого хищника направляясь в сторону ванной комнаты.

– Не доберёшься, – шепчу я очень-очень тихо, чтобы не услышал, чтобы не разозлить его. – Я не буду твоей игрушкой, Дэниел Блэк. Больше никогда!

Я буквально соскребаю себя со стола, чувствую себя пьяной, словно выпила полбутылки мартини. Пошатываясь, бреду следом за ним, в ванную. По ногам течет его семя. Охота смыть с себя всю эту грязь, кожу с себя срезать наждачкой, в тех местах, где меня касались его блудливые руки. Я чувствую себя падшей. Испорченной дыркой для траха. До чего же я докатилась? Секс – это высшая степень проявления любви. А я торгую своим телом как товаром на рынке. Правка! Сейчас не торгую. Сейчас он мне даже не заплатил и отжарил бесплатно. Практически до смерти.

Я нехотя вхожу в ванную. У меня пересыхает во рту, когда я вижу Дэна, стоящего под душем. Он зрелый мужчина. Ему за тридцать. Крепкий, сильный, накаченный. Выглядит молодо, как для своего возраста. Наблюдать за ним в душе – сплошное удовольствие. Он стоит ко мне спиной, взбивает пальцами в пену шампунь на черных, как смоль, волосах, усердно втирает белую пену в тёмные шелковистые лохмы. Его красивые бицепсы напрягаются, когда он делает какое-либо движение. Струи воды стекают по статному загорелому телу. Зрелище вгоняет меня в ступор. Завораживает. Любоваться бы им часами. Сексуальный, развратный черт. Плохой и гадкий! Вор женских сердец.

Я краснею, биение сердца в груди становится более быстрым, частым. Так и хочется скользнуть к нему в кабинку, обнять его со спины, прижаться к нему телом, кожа к коже, плоть к плоти, бёдрами к упругой пышной попке, потереться сосками о могучую спину самого идеального в мире совершенства.

Я встряхиваю головой, прогоняя греховные мысли прочь из сознания. Надо бежать, пока не поздно, если хочется жить. Не хочу, чтобы проклятый душегуб разбил мне сердце. Ведь я начинаю в него влюбляться. А он тиран. С виду бог, а внутри – сатана.

– Ну, насмотрелась?

Меня раскрыли. Мужчина заметил, как я нескромного его разглядываю. Он не давал мне разрешения войти к нему в ванную. Дэниел поворачивается ко мне лицом. Ухмыляется. Вода сексуально омывает его идеальное тело, очерченное грудой соблазнительных мышц, смывая пену. Мокрым он выглядит в тысячу раз сексуальней, чем просто когда трахает меня.

– Залезай, здесь ещё полно места, – он прищуривается, пялясь на мою грудь. Соски под его хищным взглядом набухают, превращаясь в камень. А я смотрю на его член, который быстро возбуждается и увеличивается в размере. Твёрдый, мокрый. Стоит как копьё, готовое в бой. Он не человек, он гребаный монстр! Животное. Не знающее сытости. Вечно голодный, дикий зверь. Когда он уже насытится? Сытость – это не про этого мужчину. Он только что кончил в меня, вытрахал до потери сознания, но ему мало. Опять стоит в полной боевой готовности, будто между нами не было абсолютно ничего десятью минутами ранее.

Плевать! Я срываю полотенце с вешалки, направляюсь к биде. Тщательно подмываюсь там, под острым прицелом его опасных глаз, Дэн недовольно хмыкает. Сердится, что я продинамила его приказ залезть к нему в кабинку. Да щас прям! Размечтался. Он же прижмёт меня там лицом к стеклу и трахнет мою мокренькую попку под напором воды. Будет насаживать на себя прямо в душе. На такой дикой скорости, что стекла запотеют.

Он наблюдает за тем, как я смываю с себя его семя, вместе с тем, чеканит вопрос:

– Ты принимаешь противозачаточные? – голос звучит грозно. – Сара должна была провести инструктаж о мерах безопасности.

Черт. Нет! Я купила… но! Не думала, что он возьмёт меня. Прямо здесь в отеле. Я вообще не думала, что он – хозяин отеля.

– Да, – складно вру я, отворачиваясь. Вытираюсь, заворачиваюсь в белое махровое полотенце и выхожу из ванной.

– Мне не нужны сюрпризы, учти. Я не хочу детей. Если ты вдруг решишь этим воспользоваться, чтобы завладеть моими деньгами, я не пощажу. Вырежу из тебя то, что не должно было случиться ни в коем случае, – хриплая угроза бьет меня в спину, едва не сбивает с ног.

Этого достаточно, чтобы разбить розовую пелену перед глазами, чтобы уничтожить плотское влечение. Меня отпускает. Грубые слова тирана бьют по голове будто молотком. Теперь мне не хочется быть рядом с ним, вот он какой человек на самом деле. Вот и проявилось его истинное лицо.

Я выскакиваю обратно в комнату, быстро одеваюсь, не оглядываясь, направляюсь к двери, как вдруг Блэк выходит из ванной с полотенцем на талии:

– Я хочу, чтобы мы опять подписали контракт. Ты будешь моей. В моём полном распоряжении. Где и когда я захочу. Назови цену, Амелия!

Ступор. Потрясение. Так и хочется заорать: «Пошёл ты!»

– Нет. Я больше не хочу… Даже не уговаривай, – мямлю, не оборачиваясь. – А если будешь брать силой, то это будет считаться насилием.

– Бля! Ты совсем обнаглела? Как ты смеешь мне отказывать?! Да кто ты вообще такая?

Он приближается, летит на меня как озверевший лев на несчастную мышку, при этом от ярости умудряется со всей силы пнуть стоявший рядом стул. Я быстро дёргаю дверь на себя, выскакиваю из номера и мчусь к лестнице. Не к лифту, а к лестнице! Голый, в одном лишь полотенце, вряд ли он побежит за мной следом, есть шанс нарваться на проходящих мимо посетителей.

Спустившись на нижние этажи здания, я забегаю в комнату для персонала, хлопаю дверью. Припадаю затылком к стене, хватаюсь за сердце. Оно таранит мою грудь, взрывается внутри – настолько сильно колотится. На глазах наворачиваются слёзы. Как же сильно я его боюсь! Чудовище. Нет в нем ничего святого! Только горячее и безумно шикарное тело.