8
Глава 8
Дмитрий
Заползаю на кровать и с небывалым кайфом натягиваю на себя одеяло. В комнате включен кондиционер, и температура именно такая, как я люблю. Чтобы можно было укрыться с головой и не вспотеть.
Как же все-таки не хватало комфорта в тюрьме!
И секса не хватало.
А ведь я даже не понимал, как много места он занимал в моей жизни. После расставания с Алёной вообще перестал встречаться с женщинами, даже ради секса. А потом мы с Захаром связались с Блатным, и было уже не до баб.
Конечно, мы не рассчитывали угодить в тюрьму на целый год, соглашаясь на его безумный план.
Всё же взлом ЦБ – это вам не хапнуть простую охранную систему, как и перевести все деньги со счета одной известной личности.
Такое просто так не прощается. Сука оказался слишком принципиальным и не захотел делиться с ворами, ведь деньги мы перевели на заграничный счет, который никто не смог отследить.
Слишком мы были хороши в своей работе.
В наше время не нужно грабить банк с автоматами наперевес, нужно просто нажать пару кнопочек на компьютере – и дело сделано.
Нашим условием по возвращению денег было получение тридцати процентов и неприкосновенность, но господин Х решил, что отправить нас неофициально в тюрьму и взять измором будет веселее.
Только вот отдавать с трудом добытое мы с Захаром были не готовы. Даже с учетом того, что каждый из нас троих получал по десять процентов, это были огромные деньги. Кто же сломается, когда на кону такой куш?
Правда, в последнее время нам всё чаще стало казаться, что всё это зря. Ведь если нас не выпустят, деньги нам уже не понадобятся. А учитывая то, что никто не знал о нашем пребывании на зоне, шанс на то, что срок подойдет к концу, был ничтожно мал, а вернее, его и вовсе не было.
– И что же ты теперь будешь делать, вонючий хер? – ухмыляюсь я своим мыслям, думая о том, что мы подпортили ему всю малину, кем бы он там ни был.
Да, мы с Захаром были не в курсе, у кого украли. Счет был открыт на подставное лицо, а наш мистер Х так и остался нераскрытым. Его личность была известна лишь Блатному.
Да и незачем было нам знать. В конце концов, меньше знаешь, крепче спишь.
Теперь главное, чтобы план Блатного сработал и гад согласился на наши условия. Отдых, конечно, хорош, тем более в компании рыжули, но как же хочется на свободу!
Сменить одну тюрьму на другую, хоть и более комфортную, такое себе удовольствие.
Бесконечно трахаться ведь тоже может надоесть, верно?
Захар
Рыжая неуверенно начинает трогать себя между ног, отчего я тут же чувствую нарастающее возбуждение. Не могу объяснить почему, но меня дико заводит эта ее неуверенность и странная для шлюхи робость.
Видать, девчонка и впрямь только вначале своей карьеры, и выбирали ее исключительно для быстрого перепихона.
Меня же подобная схема совершенно не устраивала. От секса надо получать максимальное удовольствие. И разнообразие в нем – то, что делает его таким охренительным.
– Сядь на край кровати и раздвинь ножки. Да-а-а, вот так! – подбадриваю я ее, когда она слушается. – А теперь засунь в себя пальчики и потрахай себя ими.
Девчонка и тут не разочаровывает, полностью исполняя приказ.
Сколько баб на своем веку трахал, разных, чужих даже, целки рвал, такое тоже бывало, а эта невинность взяла меня крепко за яйца, держит и не отпускает. Фигурально, конечно. Вживую эта недотрога по своей воле мало что делает. Покоряется, выполняет приказы, но видно, что без особого желания. А меня штырит, вставляет оттого, что я могу это желание у нее вызвать.
Самую искорку, но у меня получается.
– Глубже, – хриплю на выдохе, поедая глазами порочную картинку.
Бля, какая же она вся сладенькая, с белой кожей, со светло-рыжими волосами. Чистый кайф – смотреть на нее. На то, как аккуратно изучает себя и запускает пальчики под моим напором внутрь свой щелки.
– Она у тебя мокрая? – спрашиваю и вижу в помутневших глазах испуг.
Останавливается. Меня ведет от этой смущенной реакции.
– Твоя киска стала мокрой? Потрогай себя и оближи пальцы…
Глаза рыжули выдают ее растерянность. Ее, что ли, вообще никогда не пробовали иначе, как в миссионерской позе? Ничего о себе будто не знает.
– Давай-давай, девочка, не разочаровывай меня, я уже настроился.
Пальчики вернулись туда, где точно стало мокро, почему-то я в этом не сомневался. Мазнули там. Потом Анечка неуверенно подняла руку ко рту…
Лизнула. Как котенок, попробовала язычком собственную влагу, от которой блестели подушечки пальцев.
Член мгновенно дернулся и стал еще тверже, чем был. Настоящая башня между ног, куда испуганно глядела растерянная девчонка.
– Не боись, – хмыкаю, опуская пальцы на ствол, сжимаю изо всех сил, сдерживая возбуждение. Стискиваю зубы до скрипа от нереального напряжения. Хочется нырнуть в мягкую горячую глубину, но смотреть пока хочется сильнее.
– Еще полижи, как член. Тебе понравилось сосать член? У тебя талант… – говорю и вижу, как смущаю маленькую скромницу.
– Я… Я… – снова бормочет, сжимая ножки вместе, закусывая нижнюю губу, глаза потупила, от нее просто веет невинностью, которую хочется сорвать, как цветок, и присвоить себе.
В то же время не хочу, чтобы она становилась грязной шлюхой. Как хорошо, что нам попалась девочка Анечка.
Вместо того чтобы вставить ей по самые яйца, я вдруг решаю доставить удовольствие ей. Черт знает, зачем мне это нужно. Наверное, сработало пресыщение. Шлюх, да и просто баб, у меня явно будет до хера, а вот такой, как Анечка… Сомневаюсь, что среди ее братии еще встретятся подобные.
Она мало похожа на шлюху… В голове всплывают слова Блатного, но мозги слишком затуманены возбуждением, чтобы я ухватился хоть за какую-то трезвую или вообще адекватную мысль.
Инстинкты рулят, похоть долбит по яйцам, не могу насмотреться на красивую девочку Аню, которая сегодня точно кончит от своей руки. При мне. Зуб даю.
– Давай, девочка, ложись удобнее.
– Так? – укладывается на спину. Красивая как картинка.
– Так, так. А теперь на живот перевернись и приподними попку. Хочу видеть, как ты трахаешь себя пальцами.
Безропотно выполняет команду. Я встаю над ней и придерживаю за талию, членом скользя по упругой ягодице.
– Смелее, я трогать не буду, ты сегодня всё сама, – надсадно смеюсь, дурея от вида влажных губок, покрытых блестящей смазкой.
Ее киска прямо перед моими глазами. Сажусь за ней на колени и дрочу. Дрочу, как никогда в своей жизни, получая от этого такой кайф, какой, наверное, не получал ни разу.
Розетка попки так и манит меня своей недоступностью, но я решаю отложить это исследование новой территории на потом. Успеется.
Сейчас меня куда больше заводит то, как Аня начинает хрипеть, сильнее начиная работать рукой между ног, сама того не замечая.
Мой оргазм тоже близко, так что я просто отпускаю себя, изливаясь в собственную руку.
Девчонка же просто валится на кровать безжизненным желе, всё так же продолжая держать руку между ног.
Такое ощущение, что впервые кончила, лаская себя… Хотя о чем я? Разве такое возможно?
Наверное, просто перевозбудилась.
Аня
Лежу, не понимая, что со мной только что произошло. Как я могла быть такой развратной и наслаждаться этим? Разве это нормально?
Или это синдром жертвы? Такое ведь бывает, да? Мозг просто решил так защититься от всего свалившегося…
– Спи, позже продолжим, – вырывает меня из мыслей уставший, но довольный голос Захара.
Только я хочу сказать, что пойду к себе, как меня зачем-то притягивают к себе и мужчина тут же начинает негромко похрапывать!
Вот тебе и очередной плен! Из его хватки разве выберешься?
Так что лежу и думаю. Размышляю о том, как сказать им о маме и необходимости хотя бы позвонить ее врачу. Должна же я узнать о том, как прошла операция!
Что, если всё было зря и ее уже нет…
Нет! Всё хорошо! Я чувствую это! Не может не быть!
С этими обнадеживающими мыслями я сама не понимаю, как погружаюсь в спокойный сон.
– Ничего себе картина, – будит меня присвистывание. – Вы вставать собираетесь? Мне, вообще-то, жрать охота.
Разлепляю глаза и понимаю, что так и лежу голая вместе с Захаром. Одеяло валяется на полу, но, к счастью, Дмитрий бросает его в нас.
– Прикройтесь.
– С каких это пор ты у нас такой стеснительный? – не предпринимает попытки прикрыться, в отличие от меня, Захар.
– Стеснительность тут ни при чем. Я просто хочу жрать, а не трахаться, – поедает он меня глазами, что идет вразрез с его словами.
– Уверен? – явно, как и я, заметив его взгляд, усмехается Захар.
– Сначала жрать, потом трахаться, – закатывает Дмитрий глаза, заставляя меня внутренне сжаться.
Им что, вообще не надоедает?
– Пойду приготовлю ужин, – говорю я и встаю прямо вместе с покрывалом.
– Его-то оставь, – дергает за край Захар, жаждая зрелищ. – У тебя в комнате должно быть свое.
Понимая, что он всё равно добьется своего, я со вздохом отпускаю покрывало и, как есть голая, иду к себе, чувствуя на своей попке голодные мужские взгляды.
Быстро натягиваю платье, размышляя о том, что буду носить тут два месяца, но внутренний голос ехидно спрашивает: «Ты действительно надеешься ходить тут в одежде?»
Понимаю, что он прав, но из упрямства не признаю этого.
Быстро собираю волосы в хвост и бегу на кухню. Быть кухаркой куда предпочтительнее, чем шлюхой.
Нахожу охлажденную форель и решаю запечь в духовке вместе с овощами, которыми забит холодильник.
Также на скорую руку стругаю салат, надеясь, что после плотного ужина мужчинам не захочется напрягаться. Ну не может же у них быть вечного стояка?
– Что за дивные ароматы? Это тебе не тюремная баланда, – заходит в кухню Захар в одних боксерах, чем невероятно смущает, садится на высокий стул у кухонного островка, где я кручусь. Лапает меня за зад и тут же выхватывает из салатницы кусок огурца. – Чтоб я так жил!
— М-м-м! — мычит Дмитрий, входя следом. Он тоже в трусах. От обоих разит тестостероном и неприкрытой мужской мощью. — Как пахнет. Я готов сожрать слона.
Слегка передергивает от их грубости. Не скажу, что они ведут себя как низкопробные зэки, просто не стесняются в выражениях. Хотя я, работая в клубе, привыкла к разному поведению мужчин. Просто никогда не подпускала их так близко к себе. Мне казалось, что мне вообще не нужны мужчины, да и не до них было.
– Смотри, какая девочка хорошая, – начинают обо мне говорить так, словно они одни, – может, продлим еще на подольше? Тихая, спокойная, красивая как картинка, готовить умеет, а как сосет…
От сшибающего с ног смущения сжимаю в руке нож.
– А может, она сама с нами останется. А, Веснушка? Не хочешь бросить свое занятие и остаться с двумя щедрыми дядями? Мы тебя не обидим. Да ладно, расслабься, – Дмитрий оглаживает меня по спине, видя, как я напрягаюсь от этого вопроса. – Мы же не давим и не неволим. Всё полюбовно. Поживем – увидим. Давайте жрать.
Заправляю салат и выставляю его на центр стола, туда же несу рыбу, которую достала из духовки, ломтики хлеба кладу на тарелку, аккуратно раскладываю тарелки, вилки и ножи. Всё это под бдительным взором двух мужчин и под их смущающими взглядами, которые, кажется, забираются под кожу и оставляют на мне следы. Эти взгляды обжигают и распаляют.
Хоть я и занимаюсь обыденным делом, никак не связанным с сексом, всё же присутствие двух почти обнаженных мужчин не может оставить меня равнодушной. Они этими бесконечными касаниями присваивают меня себе. То за сосок ущипнут, то за попку, то и вовсе возьмут и потрогают свой внушительный бугор под тканью боксеров. Я ошиблась – стояки у них вечные. В воздухе витает напряжение, как перед грозой, создается статическое электричество, и даже воздух становится гуще – он плавится от мощного сексуального возбуждения, которым разит от этих двух грубых похотливых мужиков.
И жертва их похоти – я. Я и больше никто.
Мне кажется, это только вопрос времени, когда они поделят меня на двоих. Я совсем неопытна в сексе, но прямо кожей ощущаю, что когда-то они не станут ждать очереди и решат иметь меня одновременно. От страха сжимается горло, но вместе с тем в голове возникают порочные картинки сплетенных голых тел, и что-то внутри меня начинает отзываться. Рождается мимолетное предвкушение, которое тут же гасится страхами: они же просто порвут меня своими огромными членами!
– О чем думает такая красивая девочка? – встает со своего места Захар, прикончив порцию рыбы. Облизывается, как довольный кот, нажравшийся сметаны. Идет ко мне медленной походкой. Останавливается напротив и поддевает пальцами подбородок. – Ты поела? Белкового коктейля не хочешь на десерт? – ржет.
– Двойного! – поддерживает шутку Дмитрий, тоже закончивший есть. – После такого шикарного ужина самое то – потрахаться. Кто первый? – задает вопрос, и я понимаю, что никто не хочет уступать очередь, как и я предполагала. Они оба возбуждены до предела и слишком много ждали.
Переглядываются. Им не нужны слова, чтобы договариваться. Вряд ли будет что-то в духе: «Давай трахнем ее вдвоем. Ведь это удобнее».
Они просто заставляют меня встать, говоря: «Пошли».
Иду как на эшафот, как приговоренная к казни. Совершенно не зная, что меня ждет, рисуя в голове страшные картинки. Горло душат спазмы, кожа покрывается липким потом, мужчины это замечают.
– Ты чего напрягаешься, Веснушка? – берет меня за шею Захар могучей рукой и говорит хриплым от возбуждения голосом. – Мы всё аккуратно сделаем, тебе понравится. Сама просить будешь.
Его рот жадно прижимается к моей шее, и он, слегка прикусив кожу, втягивает ее в себя.
Дмитрий же в это время прижимается ко мне сзади, тычась в попку своим стояком. Он словно пытается прорваться через одежду! В какой-то момент мне даже страшно, что у него это получится!
– Для начала отсоси Димычу, мы и так здорово его прокатили сегодня… – с этими словами он разворачивает меня в сторону своего товарища и, нажав на плечи заставляет опуститься на колени.
Мы разве не собирались в спальню?!
Неужели эти неандертальцы совсем не в состоянии сдерживаться?!
– Ну же, смелее, Веснушка, мы же не хотим заставлять его ждать? – порочно шепчет, наклоняясь к моему уху, Захар. – Или ты больше любишь, когда тобой руководят и натягивают твой рот насильно?
Этого я точно не люблю! У меня до сих пор рябит перед глазами, когда я вспоминаю тот ужас, что они мне впервые устроили! Да и сегодня было не лучше! Вон горло до сих пор саднит!
Тут же качаю головой в знак отрицания и сама тянусь к боксерам Дмитрия. Всё равно ведь будет так, как хотят они. Раз сказали отсосать, придется отсосать. Другого тут не дано. Такова уж моя доля.
– Че-е-ерт! – с досадой восклицает Дмитрий, когда раздается звонок телефона.
А я думала, нам нельзя им пользоваться, нет?
– Иди к себе, – говорит мне Захар, к счастью, поставив на ноги.
Неужели мне удастся избежать очередного сексуального марафона?!
Мне повторять дважды не нужно, пулей вылетаю из комнаты и иду к себе, как велено.
Даже желания подслушать, о чем они там говорят и с кем, не возникает. Эх, будь у меня мой телефон, я бы точно позвонила маме, несмотря на их запрет.
Слишком мне беспокойно, чтобы просто сидеть и ждать. И деньги, которые они обещают за два месяца, точно того не стоят!
Может, у меня получится стянуть у них телефон и позвонить? Номер Джаведа я помню наизусть, так как однажды крупно лоханулась, когда сломался мой телефон и я не смогла сообщить шефу важную информацию.
Только вот как стащить телефон у мужчин, которые ни на минуту не оставляют меня одну?