Глава 10

Утром я пришла ровно-ровно к началу рабочего дня. Ни секундочкой раньше. Не дать ему ни малейшего шанса продолжить это вот привыкание к рукам! И к прочим частям тела, если ему вдруг вздумается.

– Мистер Джефферсон, доброе утро! Мне нужно с вами поговорить, – я была бодра и полна решимости.

Хотя, конечно, у меня тряслись поджилки.

– Слушаю.

Он действительно приготовился слушать, вид у него был самый серьёзный. Мне подумалось, что он вообще всегда принимал меня всерьез. Не отмахивался небрежно…

Но сейчас это не имеет ровным счетом никакого значения! Так что я отбросила глупые мысли и сказала:

– Я хочу расторгнуть наш контракт.

– В самом деле? Вообще-то, в условиях контракта никак не оговорено, что он может быть расторгнут.

На его губах играла улыбка. Что там я думала? Воспринимает меня всерьез? Только не сейчас. Кажется, его это всё немало забавляет, а вот меня уже нет. Так что, не поддавшись на его провокацию и не заразившись его хорошим настроением, я продолжила:

– Возможно, в тот момент мне и казалось это удачной идеей, но сейчас я подумала: всё-таки лишение девственности – это важный момент в жизни каждой девушки. И мне бы хотелось, чтобы это был кто-то… – я попыталась подобрать слово, – кто-то по-настоящему близкий. А не просто некто, с кем у меня контракт.

Я сделала вдох и выдох, чтобы успокоиться.

Странно, вчера вечером я несколько раз прокручивала в голове этот разговор, и всякий раз выходило, что я скажу это ровно и прохладно.

А вот сейчас мне стало до того обидно, что слёзы готовы брызнуть из глаз. Хотя, казалось бы, на что мне обижаться? Абсолютно не на что.

У нас ведь с мистером Джефферсона нет никакого договора, в котором прописано, что он обязуется не возить в своей машине роскошных блондинок в красных платьях…

Мистер Джефферсон посерьёзнел, но лишь на мгновение.

– Конечно, Моника, – сказал он. – Ты ведь не думаешь, что я сделал бы что-то против твоей воли?

А вот тут я задумалась. Потому что на самом деле не знала, что могу думать по этому поводу. То, что было вчера, – это против моей воли? Если признаться совсем уж честно, то нет. Он же не связывал меня, не удерживал. Сказал: не дергайся.

Ну да, а я послушалась. Потому что сама хотела узнать, что дальше.

– Наверное, – едва слышно прошелестела я, утратив всю воинственность разом.

– Вот видишь.

Мистер Джефферсон покопался в столе и извлёк оттуда многострадальный листок с нашим договором. Я с удивлением заметила, что этот листок не просто так валялся в ящике, а был аккуратно уложен в файлик, словно мой босс действительно считал это важным документом.

– Забирай, – сказал он. – Можешь делать с ним всё что угодно.

– Например, порвать? – всё ещё не веря, что всё так легко вышло, спросила я.

– Или сжечь, – подсказал идею мой босс.

– Хорошо, – сказала я, ухватила листок и поспешно выскочила из кабинета, пока он не передумал.

Сложила этот чертов договор вчетверо и сунула в сумку. На самое дно. Потом решу, как его лучше уничтожить. Главное – он уже недействителен!

Ну что ж, я снова взяла ситуацию в свои руки, и теперь только мне решать, когда и с кем будет мой первый раз.

Я была уверена, что уж точно это произойдёт нескоро. Для таких серьезных вещей человека нужно узнать по-настоящему хорошо.

Сколько для этого нужно времени? В случае с Расселом мне, как выяснилось, не хватило и года.

* * *

До конца недели мы с боссом даже не заговаривали об этом контракте.

Наша двойная жизнь в офисе резко закончилась, словно кто-то повернул выключатель. По какому-то молчаливому соглашению мы ни разу даже не упоминали тот факт, что нас связывало кое-что большее, чем кофе, договоры и список дел.

Работа и только работа!

Отлично, ведь именно этого я и хотела.

Но кое-что не совсем укладывалось в стандартные отношения большого босса и его временного секретаря.

Теперь, когда нужно было решать какие-то важные вопросы, он всегда требовал моего совета. Более того – поступал так, как я говорила.

Не всегда. Пару раз он мягко поправлял меня: «Это решение неудачное. Подумай еще». И так до тех пор, пока я не придумывала что-то получше.

Впрочем, скоро я привыкла к этой странности и мне даже понравилось принимать решения самой. Тем более что делать это было несложно.

* * *

В пятницу после обеда мой босс снова вызвал меня к себе.

– Скажите, Моника, вас ведь нет никаких планов на этот уикенд?

Этот вопрос заставил меня смутиться и покраснеть.

Это было нечестно.

Ведь я сама рассказала ему о своём несостоявшемся уикенде с моим несостоявшемся мужчиной. Ну разве не жестоко вот так задевать и без того разбитое сердце?

Я пожала плечами и, стараясь не показывать, как больно этот вопрос меня ранил, небрежно бросила:

– Планирую генеральную уборку.

– А у меня есть план получше. – сказал мистер Джефферсон. – друзья приглашают меня на загородную виллу. Будет что-то вроде пляжной вечеринки: веселье, коктейли, в обязательном порядке бассейн и хорошее настроение. Что скажете?

Я опять пожала плечами.

– А что я могу на это сказать? Только «Желаю вам хорошо повеселиться»!

– Почему же мне? Я хочу пригласить вас, – сказал мой босс.

– Нет, спасибо, не нужно, – проговорила я, отведя взгляд в сторону.

Потому что больше всего на свете мне сейчас хотелось ему сказать: «А что, эта ваша девица не годится для пляжа?». Но, конечно, я этого не сказала. Иначе всё бы выглядело как сцена ревности, которая в данных обстоятельствах совершенно неуместна.

Но босс не собирался сдаваться.

– А если я вас очень попрошу? – спросил он.

– Тогда я просто не выполню вашу просьбу!

Да что же это? Неужели непонятно, ни на какую вечеринку я ехать не хочу!

– А если я скажу вам, что это командировка? – Кажется, босс включил режим танка и теперь ни за что не отступится.

Но и я не собиралась сдавать позиции.

– Но это же не командировка, а пляжная вечеринка! – возразила я.

– Пляжная вечеринка, на которой будут наши потенциальные заказчики. Может быть, прямо там и договоры подпишем. Так что вы мне нужны.

Я возмутилась: вот же человек! Врёт и не краснеет. Впрочем, кажется, договоры заключать он готов где угодно и какие угодно – в этом я уже убедилась.

– Ну так что скажете? – спросил он, глядя на меня совершенно невинным взглядом.

Что я скажу?

Я скажу, что в жизни не была на пляжных вечеринках.

И все эти тусовки с коктейлями у бассейна тоже видела исключительно в фильмах. А ещё, что если я останусь в эти выходные дома одна, есть вероятность, что я просто умру от тоски и тягостных воспоминаний о том, как именно было разбито моё сердце.

Но, разумеется, ничего из этого я не произнесла вслух.

А сказала совсем другое:

– Это ведь выходные? Так что, надеюсь, что оплата будет по двойному тарифу.

– Даже не сомневайтесь, мисс Брайт, – сказал босс. – И обязательно возьмите с собой купальник и пару коктейльных платьев. Впрочем, можете обойтись одним только купальником.