Глава 7. Тёплый приём для проверяющего
Ядвига появилась только на следующий вечер. Какое-то время она показывала мне целебные травы, растущие вокруг поляны, но я слушала бабу-Ягу вполуха.
– Сильно вчера испугалась, видать, – покачала головой старушка. – Ничего не соображаешь, а ведь должна. Я уже вижу, подчинишь ты себе травы. Как только с сердцем своим разберёшься, – с усмешкой добавила она.
– Как это?
– Как название своим чувствам найдёшь – так дело и пойдёт. Говорю же, путаная ты. Завтра приду, посмотрим, что тебе запомнилось, – пообещала Ядвига. Её лицо сделалось строгим. – И с суккубой бы вам поменьше общаться. Злое дело у неё на уме. Убийство задумала…
– Она и не скрывает, – поморщилась я.
Надеюсь, Нина передумает и выкинет из головы идею о мести. За всеми волнениями я и забыла о планах подруги. Не знаю даже, что меня больше тревожит: то, что Нинка хочет убить Никиту, или то, что я вдруг начала с интересом смотреть на стража.
Да что – с интересом! Волноваться за Ярна начала, думать о нём, как о близком человеке, желать его даже больше, чем хотела Никиту.
– Ты подмешал мне что-то? – не выдержала я вечером, когда мы с Ярном в обнимку лежали в постели.
– Извини? – он с недоумением взглянул на меня. – Ты о чём?
– Какое-нибудь приворотное зелье, или как это ещё называют? Любовный напиток?
С каждым словом я чувствовала себя всё глупее. Ярн приподнялся на локте и внимательно посмотрел мне в глаза.
– Нет, Яна, – медленно проговорил он. – Я никогда не увлекался подобными вещами. А даже если бы захотел напоить тебя каким-то зельем – не имею на это права. Я – страж Междомирья, а не обитатель мира нелюдей. Сразу добавлю – и никто другой не мог бы этого сделать. Единственная травница, выходящая в Междомирье, – это Ядвига. Она категорически против приворотных зелий и прочих напитков, изменяющих судьбу. Так что, видимо, дело в моём неотразимом обаянии, – он широко улыбнулся.
– Завидная самооценка, – через силу усмехнулась я.
– А ты не завидуй, повышай свою, – парировал Ярн. – Насколько можно понять по твоему вопросу, ты, наконец, меня разглядела, – серьёзнее добавил он. – Ты мне нравишься, я тебе – тоже, так что теперь будем налаживать нормальные отношения.
– Я тебе в большой и чистой любви не признавалась, – буркнула я.
– Ничего, я подожду, – усмехнулся страж. – Вопрос ты задала очень многообещающий.
Я с досадой отвернулась. Ярн не пытался продолжать разговор. Я услышала, как страж поднялся с кровати. Зашуршала одежда. Еле слышные шаги стража сменил хлопок двери: Ярн куда-то ушёл. Куда это он решил исчезнуть ночью?
Я тихо прокралась по полу и приоткрыла дверь, радуясь, что она не скрипит. В небольшую щель я сразу увидела в полутьме фигуру Ярна. Страж подходил к пруду. На чёрной воде почти полная, яркая луна прорисовала зыбкую дорожку, казавшуюся светлой, переливающейся серебром лентой. Посреди этой ленты, как нелепое украшение, торчала голова водяного. Ярн махнул приятелю рукой.
Я почувствовала облегчение – совершенно непонятное. Почему-то мне казалось, что страж пошёл в мир нелюдей. Представляю, как бы его сейчас там встретили. Хотя он мог отправиться не к оборотням, а, например, к русалкам. Или суккубам. Я поморщилась – эта мысль оказалась почти такой же неприятной, как и первая, об оборотнях. Хотя с чего бы мне ревновать? И с чего Ярну бегать к суккубам? Он только что получил то, чего хотел.
Я прислушалась к тихим голосам у пруда. Не мне ли старые приятели косточки перемывают? Говорят, мужчины любят посплетничать о своих победах.
– Брось, какая комиссия? – разнёсся в ночной тишине негромкий голос Ярна. – Я здесь в своей власти.
– Точно говорю, кто-то решил тебя сменить, – горячился водяной. – Вот не видать мне этого пруда!
– Переселить тебя, что ли? – хмыкнул Ярн.
– Тебе всё шутки шутить, – сердито буркнул водяной. – Осторожнее будь, слышишь?
– Даже если кого и пришлют – нарушений у меня нет, – мирно произнёс страж. – В обычный мир никого из опасных не выпускаю, средне– и мало опасные все под контролем.
Я прикрыла дверь и вернулась в кровать. Надо же, у них ещё какие-то комиссии есть! Наверняка Ярн ничего серьёзного, по их меркам, не натворил. Вчера страж не выпустил опасных оборотней в наш мир – так его наградить за это надо. Я поёжилась, вспомнив оскаленные клыкастые пасти и красные глаза волков.
А затем пришло сожаление. Надо же было так глупо спросить Ярна о приворотном зелье. Подумает обо мне теперь невесть что!
Я вертелась в кровати, пока он не вернулся.
– Спишь? – шепнул от двери страж.
Я промолчала. Он тихо подошёл к кровати. Раздевался страж почти беззвучно. Ярн нырнул в постель и обнял меня поверх пледа. От прикосновения его руки стало спокойнее и уютнее.
– Много интересного подслушала? – тихо спросил страж.
– Что? – я обернулась.
Ярн снова опирался на локоть, внимательный взгляд был прикован к моему лицу.
– Я тебя видел, – спокойно произнёс страж. – На моей земле не получится следить за мной незаметно.
Я вздохнула поглубже. Что за вечер сегодня? Сначала пристала к Ярну с дурацким вопросом о приворотном зелье, тут же после этого попалась на подслушивании. И что он обо мне подумает?
– Я почти ничего не слышала, – буркнула я.
– Кое в чём водяной был прав. До всех наших уже дошли подробности о неудавшемся побеге оборотней. Обычно такие вещи оставляют без внимания, но я получил вот это.
Ярн откинулся на спину. В темноте послышалась возня, зашуршала бумага.
– Нужен свет, – негромко произнёс страж. Под неровным потолком зажглась лампочка. – Благодарю.
– Кто его включил? – насторожилась я.
– Духи, которые подчиняют себе гром и молнии. Помнишь, я тебе о них говорил? Я иногда прошу их об этом, чтобы не идти к выключателю.
– Эти духи что, прямо здесь живут? – напряглась я, живо вспомнив разнообразные постельные упражнения с Ярном.
Страж нетерпеливо отмахнулся.
– Разумеется, нет. Просто они меня слышат, когда я к ним обращаюсь. Я могу связаться с любым обитателем из мира нелюдей. Сейчас речь не о том. Читай!
Ярн сунул мне в руки скрученную в тонкую трубочку бумагу. Трубочку косо перехватывала узкая зелёная лента, завязанная бантиком. Я вопросительно взглянула на стража.
– Читай, – повторил он.
Я кинула ленточку на постель и развернула свиток. Обычная бумага формата А4 была исписана крупными пузатыми буквами со старомодными украшениями-завитушками.
"Стражу круглой поляны Междомирья Ярну в собственные руки".
Я хмыкнула. Можно подумать, у него есть ещё и несобственные руки.
"Сообщество по связям людей и нелюдей сообщает Вам о своей обеспокоенности инцидентом попытки побега стаи опасных оборотней, в результате коей Вами был убит вожак и покалечен один из членов стаи. Для выяснения всех обстоятельств вышеуказанного инцидента в полдень месяца червеня дня пятого сего года на Вашу землю Междомирья прибудет выбранный сообществом представитель. Просим Вас оказать ему тёплый приём и всяческое содействие.
С искренним уважением, секретарь сообщества по связям людей и нелюдей Аграфена Финистовна Соколовская".
Я ещё раз перечитала заковыристые фразы. Интересно, эта Аграфена Финистовна разговаривает так же, как пишет?
– Месяца червеня дня пятого, – вслух прочла я. – Это что?
– Пятое июля, – перевёл Ярн. – Старое название.
– Но пятое июля уже прошло.
Я точно помню, что пятого июля мы с Никитой покупали мне свадебное платье, а ему костюм. При воспоминании об инкубе, платье и знакомстве с Ярном я мысленно от всей души пожелала Никите вернуться в мир нелюдей и больше никогда его не покидать. И желательно как можно скорее, чтобы инкуб и Нинка не успели встретиться.
– В таких бумагах дата ставится по старому стилю, – объяснил Ярн. – Так что послезавтра в полдень мы ждём гостя.
– Ты ждёшь гостя, – уточнила я. – Кстати, у тебя не будет проблем из-за того, что удерживаешь меня силой?
Ярн слегка закатил глаза.
– По-моему, тебе тут вполне неплохо. Проблем из-за этого точно не будет, да и из-за оборотней возникнуть не должно.
– А от меня что потребуется? – поинтересовалась я. – Мне надо рассказать твоему гостю, как было дело?
– Если спросит – расскажешь, но вообще старайся поменьше попадаться ему на глаза. Любопытно, кто взбаламутил сообщество – оборотни или Нинелия. Ты как думаешь?
Сердце ёкнуло в предчувствии возможного избавления. Может, Нина уже нашла способ вытащить меня отсюда, и это – часть её плана? В общем-то страж прав, мне здесь неплохо, но не настолько, чтобы остаться на этой поляне навсегда. Или настолько? Права Ядвига, я – путаная. Совсем запуталась.
– Зачем это Нине? – я старалась, чтобы голос звучал равнодушно. – Она собиралась мстить Никите, а не тебе.
– Оборотням тоже незачем, – задумчиво ответил Ярн. – Они в этой ситуации не правы и, кроме лишних проблем, ничего получить не смогут. Тем не менее спустя всего сутки мне доставили вот это.
Он брезгливо взял у меня бумагу. Сильные пальцы скомкали листок, страж с размаху запустил его в бревенчатую стену.
– Как доставили? – заинтересовалась я.
На поляне после ухода Нины точно не было никого из посторонних.
– Сокол принёс, – будничным тоном объяснил страж. – Сейчас и прилетел, пока мы с водяным разговаривали. Обычно посылают голубей, но такой свиток для голубя был бы неудобен. Давай-ка спать, завтра мне надо будет посоветоваться с Ядвигой, как организовать представителю сообщества Междомирий достаточно тёплый приём. Она в таких делах – гений. Может, у гостя и узнаю, кто поспособствовал этой проверке. Свет больше не нужен, – после короткой паузы добавил страж.
Лампочка тут же погасла. Ярн снова улёгся рядом, устраиваясь поудобнее.
– Зачем ты давал мне это читать? – спросила я.
– Ты же теперь здесь живёшь, – он зевнул. – Значит, должна быть в курсе того, что тут происходит.
– А какой тёплый приём нужен гостю? – не отставала я.
– Как в сказке – накормить, напоить и спать уложить. Скоро сама всё увидишь.
Через день Ярн с раннего утра мариновал шашлыки из красной рыбы и какого-то мяса. Ядвига приковыляла с объёмистой бутылкой мутной желтоватой жидкости и, оставив подозрительную бутыль стражу, тут же увела меня в мир нелюдей. Мне предлагалось посмотреть на какую-то чудо-травку, которая помогла спасти глаз раненому позавчера оборотню.
Честно говоря, границу я пересекала с опаской: слишком живы были в памяти встреча с вампиром и стаей клыкастых волков. Однако сейчас у границы никого не было, разве что русалки. Да и те вели себя тихо. Они сидели по пояс в воде, подставив солнцу обнажённые груди, и о чём-то перешёптывались.
– Смотри, на вид совсем невзрачная трава, – Ядвига ткнула длинным согнутым пальцем в тонкую травинку. – Её у нас Живей-травой называют. Очень многое может, мёртвого не оживит, конечно, но умирающего к жизни вернёт. Травнице всего только и надо – собрать её в этом месяце да насушить, да молитвы над ней почитать, пусть послушает. Живей-трава ещё пользительнее от этого становится. Запомни, растёт травка только здесь, у вас такой не найти. И вот намоленную травку раскурить около болящего…
– Как раскурить? – перебила я.
Перед глазами возникла картина: Ядвига сушит траву около икон, бормоча то ли заговоры, то ли молитвы. Трава при этом складывается в форме уха и внимательно слушает. А потом старушка скручивает из бумаги самокрутку. Остаётся только набить косяк и затягиваться им, выпуская дым в сторону больного.
Я улыбнулась. Придумается же такой бред.
– Ну уж точно не как папироску! Поджечь, знамо дело, – фыркнула бабка. – Только так, чтобы травка еле тлела, чтобы запах медленно въедался в тело того, кого лечишь. Пахнет она резковато, но это уж ничего, для дела можно и потерпеть. Давай-ка сегодня будешь помогать мне Живей-траву заготавливать, надо запасы пополнить.
Дело было не таким простым, как показалось на первый взгляд. Сверху Живей-траву покрывали мельчайшие, невидимые глазу острые колючки. Приходилось двумя пальцами прихватывать стебель снизу, у самой земли, и с силой тянуть на себя – корни чудо-травки оказались длиннее, чем сама трава.
– А просто срезать её нельзя? – спросила я, с трудом справившись со вторым стеблем.
– Ни в коем случае, – строго ответила Ядвига. – Корешки обязательно целиком нужны. Их заваривать да отвар пить можно. Меня только он и спасает, как кости начинает ломить.
Живей-траву мы рвали долго, медленно. Потом её надо было собирать в пучки по десять стеблей в каждом. Пучки связывались верёвочками. За несколько раз мы отнесли свою добычу в домик Ядвиги – такую же бревенчатую избушку, как у Ярна. Оказалось, домик Бабы-Яги прятался за густо растущими корявыми деревьями метрах в ста от прохода в Междомирье.
– На курьих ножках? – спросила я, увидев избу.
– А как же, – улыбнулась Ядвига. – Если бы Ярну вчера стало трудно с волками, моя избушка тоже побежала бы ему помогать. Она уж и откапываться начинала, почуяла неладное. Тот дом, где вы сейчас живёте, в своё время я стражам и подарила. В один день обе избы ножками и искорками разума наделяла.
– Ой! – вырвалось у меня, стоило переступить порог домика бабы-Яги.
Если у Ярна избушка выглядела и была обставлена более-менее прилично, то здесь… Здесь был полный бардак. Из щелей в дощатом полу выглядывали, шевеля усиками, серые мордочки мышей. Маленький, грубо сколоченный столик был завален каким-то хламом, поверх него устроился пушистый серый кот. Он лениво щурился в сторону мышек. На полу валялись скомканные тряпки, с печки свисала простынь – кажется, чистая. Сказки не врали: Баба-Яга спала на печи. Под потолком были натянуты веревки, и на них болтались пучки трав. От запахов засушенной травы у меня запершило в горле.
– В следующий раз покажу и расскажу, что тут уже собрано, – пообещала Ядвига. – А сейчас мы с тобой Живей-травушку развесим, пусть сушится.
Когда я вернулась на поляну Междомирья, у меня с непривычки ломило руки, ноги, поясницу. Стоило прикрыть глаза, и передо мной начинали кружиться бесчисленные пучки трав. Больше всего хотелось упасть на перину и дать себе отдых.
Однако в доме, помимо Ярна, обнаружился невзрачный субъект неопределённого возраста с совершенно не запоминающимся лицом. Я мысленно ругнулась: совсем забыла о госте стража. Время-то наверняка далеко за полдень.
Воздух в комнате пропитался запахами шашлыков и спиртного. Ярн и гость громко разговаривали, хлопали друг друга по плечам, движения у обоих были слегка заторможенные, нечёткие.
Я застыла на пороге. Интуиция и логика хором подсказывали, что рядом с пьяными Кащеем и его проверяющим мне делать нечего и чем скорее я исчезну из домика, тем мне же будет лучше. Однако моё хорошее воспитание сопротивлялось изо всех сил. Как же можно просто взять и выйти? Это же невежливо по отношению к гостю Ярна.
– А это, как я правильно понимаю, Яна? – гость попытался игриво подмигнуть мне, затем снова повернулся к Ярну. – Ник хорошо постарался. Когда стану стражем, обращусь к нему с тем же поручением.
Я стиснула зубы. В этот миг мне хотелось оказаться рядом с Ниной и пойти вместе с ней убивать лицемера Никиту.
– Если Ник до этого ничего не начудит в мире людей, – усмехнулся Ярн.
Страж взглянул на меня. Да он же трезвый! Гость пьян, как дембель по дороге домой, а Ярн притворяется. Взгляд-то у него внимательный, острый.
– Ну, принял ты меня хорошо, – заплетающимся языком сообщил гость. – Накормил, напоил, что там дальше положено?
– Баня дальше положена, парная, – в голосе Ярна прозвучала лёгкая ирония. – Но это уже в мире нелюдей. Заодно потом и с оборотнями поговоришь.
– Нужны мне твои оборотни, – отмахнулся гость. – Ты вот девушке меня представь. Я лучше с ней пообщаюсь.
Страж тут же оказался рядом со мной. Сильная рука обвила мою талию, Ярн подвёл меня к столу.
– Яна, это Нуи, он представляет сообщество по связям людей и нелюдей. Нуи прислали разобраться со вчерашней историей…
– А Нуи уже разобрался, – перебил гость с пьяной ухмылкой. – Как я правильно понял, действия Ярна оп… Оп-рав-даны, – со второй попытки выговорил он. – Так и напишу в отчёте. А у нас по программе остались банька и спать уложить. Скрасишь командировочку, а? – он протянул руку в мою сторону.
Я инстинктивно отшатнулась. Ярн придержал меня за талию и посадил на своё место напротив проверяющего.
– Нуи, если тебе нужны постельные утехи, их легко организовать, – сдержанно и совершенно трезво произнёс страж. – Сейчас я провожу тебя в тот мир, прямо к баньке. А дальше любая суккуба с удовольствием скрасит твой досуг.
– Жадный, что ли? – не унимался гость. – Зачем мне суккуба? Мне интересно, кого ты для себя нашёл.
– Нуи, пойдём в мир нелюдей, – Ярн заговорил так, будто уговаривал капризного ребёнка. – Посмотришь на волков, попаришься в баньке, Ядвига веники приготовила – нигде больше таких не увидишь. Давай только ещё по одной.
Страж плеснул из ополовиненной бутыли в стоящие на столе стаканы. Пахла жидкость вполне приятно – спиртное с какими-то травами и фруктами.
– За дам! Стоя! – взвыл проверяющий.
Он вскочил, пошатнулся и чуть не смёл бутыль рукой со стола. Я покосилась на Ярна, он успокаивающе подмигнул мне. Страж сделал небольшой глоток, наблюдая за гостем. Нуи осушил стакан до дна и поставил его на стол. Только силы применил больше, чем для этого было нужно: стакан громко и жалобно звякнул о столешницу. Нуи тупо посмотрел на него. Ярн сунул мне в руку свой стакан и шагнул к гостю. Это было очень вовремя: Нуи снова пошатнулся и начал медленно оседать на пол. Страж закинул его руку на свои плечи и легко поволок гостя к двери.
– Куда? – невнятно бубнил тот. – Девушка…
– Будет тебе и банька, и девушка, – Ярн вытащил его на крыльцо. – А будешь сопротивляться – в пруду искупаю, для отрезвления.
– Вот будет у меня земля… Будет у меня земля… – голос Нуи отдалился, а затем и вовсе исчез: Ярн затащил гостя в мир нелюдей.