Глава 21. Ножи в спину.

Глава 21. Ножи в спину.

Эти два слова также как и для меня, для Дениса, скорее всего, потрясение.

Мы занимались любовью всего несколько раз, и результат не заставил себя ждать.

Но стоит ли винить его в этом только мужчину?

Я сама - дура. Разве можно доверять в таком вопросе кому-то кроме себя? Доверилась прерванному половому акту, безопасным дням и словами: «у меня всё под контролем».

Задержав дыхание, стою, жду, смотрю на него не моргая, очень хочу увидеть реакцию.

Обрадуется или обозлится, вот в чём вопрос.

Обрадуется? Алина, ты совсем идиотка что-ли?

Вы же толком не знакомы! Вас свела страсть, дикая, необузданная, которая снесла тебе мозг и отключила чувство самосохранения.

Честно, на самом деле боюсь ответа, потому, что Денис иногда бывает очень жёстким.

Он молчит. Я молчу. Он смотрит на меня, я смотрю на него.

Практически ни одной эмоции на его лице.

Денис хмурится, взгляд его колдовских глаз опускается мне на живот, и замирает там.

Замечаю, как глаза становятся холодными и злыми.

Неожиданно он скрещивает ладони в замок, крепко их сжимает и опускает голову. Ничего не говорит.

И я продолжаю молчать. Сердце сейчас из груди выпрыгивает.

От того как он сильно сжал их, они становятся бледными, словно из них мгновенно ушла кровь.

– Ты поговорила со своим женихом? – начинает с такого странного вопроса наш разговор, поднимая лицо и смотря свысока.

Наконец-то заговорил… Но я понимаю, он явно не рад такой новости и я перестаю дышать.

– Нет, он отказался приходить, когда я была больна, – сердце сжимается, предполагая, какой разговор последует после. –Это просто стечение обстоятельств. Я ведь всё для себя решила, Денис.

– Ясно. Тогда что ты хочешь от меня? – он не слушает того, что я говорю.

Видимо, для него первое слово «нет» стало основополагающим для следующего разговора.

– Ты ведь говорил, что всё под контролем, а получается, что не очень, – говорить пытаюсь уверенно, главное, чтобы голос не дрожал и не выдал меня.

Денис улыбается, только как-то ехидно, что ли…

А глаза? Глаза пусты. Раньше в них столько всего было: интерес, желание, страсть...

Много разных чувств, но такого выражения никогда. Мороз…

– Вот именно, у меня всё под контролем. А у тебя, видимо, нет, – не понимаю его слов. – Думаю, ты пришла не по адресу. Иди к своему парню с этим вопросом.

– Но я с ним не…– закончить фразу не даёт.

– Заткнись! Ребёнок не мой, уверен! Хочешь чужого отпрыска на меня повесить? Значит, врала, что была только со мной…, – вижу, как разочарован. Он даже не скрывает этого.

– Денис, я была только с тобой! – предпринимаю последнюю попытку. – Я не врала тебе.

– Ты противна мне, уйди.

Слова как пощёчина. Пытаюсь быстро осмыслить сказанное, но пока как в тумане голова.

Одно только понимаю: он не верит мне и от этого ещё больнее, чем было даже пару минут назад.

Понимаю, вести диалог дальше нет смысла.

Хочу уйти, но он продолжает говорить гадости, кидая слова в спину, словно ножи.

– Теперь понимаю, почему ты не хотела с ним расставаться. Неспроста? Я предлагал тебе отношения, но ты, видимо, металась между нами. Теперь всё встало на свои места. Его любила, а у меня деньги. Выбрала того, кто с кошельком потолще? А теперь снова посмотри мне в глаза и скажи, но только честно, чей он? Мой? – как коршун смотрит на меня, словно заклевать хочет.

– Да, не твой, – всё-таки не сдерживаюсь, поворачиваясь к нему. Во мне кипит злость из-за этих тяжёлых обвинений. Обида высоко поднимая голову отключая другие эмоции, не позволяя думать о последствиях сказанного сейчас. – У Дани с работой туго, а я случайно залетела, деньги нужны, – очень хочу выглядеть убедительной.

Понимаю, что несу чушь, но я не хочу унижаться, доказывая ему, что это его ребёнок.

Какой в этом смысл? Тогда уж пусть и ему будет больно, так же как и мне сейчас.

Вижу: бесится, злится, сжимает кулаки.

– Вон пошла, – повышает тон в своей агрессии.

Ухожу, вышагивая максимально виляя попой, словно я манекенщица самого престижного подиума страны.

Я не могу сейчас позволить себе дальше унижаться. А я именно так себя чувствую сейчас. Уж если быть гордой, то быть гордой до конца.

Главное – не разреветься при нём! Для меня это сейчас непозволительная роскошь.

Не зря мой разум так противился этим отношениям. Не зря я не доверяла этому человеку. Он даже слушать меня не стал.

Зря я вообще с ним связалась. Надо было не возвращаться тогда, когда заявление написала. А я пошла навстречу чувствам.

Как мне говорила Ирка? Сравнить? Сравнила!

В омут с головой прыгнуть? Прыгнула!

Да, с Денисом был ураган, но реальность такова, что этот ураган сбил меня с ног и понёс, не давая возможности обратно вернуться на землю и встать прочно на ноги обратно.

А теперь всё закончилось, ураган утих, пора лететь вниз.

Брякнулась плашмя, сгруппироваться не успела, всё тело болит.

Ноги дрожат, но хорошо, хоть из кабинета его выскочила.

Он мне не поверил… Растоптал.

Реву. Мне повезло, я снова одна в приёмной.

Надо как-то скоренько взять себя в руки.

Он думает, что я выбирала между ним и Даней, а я просто не смогла сделать подлость тогда, когда он ждал от меня решения. Но я хотела как лучше… Всё что я просила, это немного времени.

Слышу, как открывается дверь его кабинета, он подходит ко мне вплотную со спины. Чувствую напряжённость его дыхания.

Не поворачиваюсь, хочу шагнуть вперёд, но он останавливает меня словами, от которых теряюсь.

– Я ненавижу баб, которые врут, – тихо говорит мне на ухо, даже, не смотря на то, что в кабинете никого нет. Он рядом, но, кажется, что он сейчас словно ледышка, и мне от этой близости становится холодно. – Именно поэтому и тянула? Думала, что выбрать: любовь или деньги? А как прижало, всё-таки выбрала деньги? – Чувствую, как улыбается. – Ребёнок не мой, и можешь в обратном меня не убеждать. Вероятность залететь от меня практически равна нулю. Знаю точно, потому и говорил, что у меня всё под контролем. Расчёт получишь на днях. – Отходит в сторону и говорит уже громче. – Скажи своему упырю, что пора устраиваться на работу. У вас скоро ребёнок родится. Прямая обязанность мужчины заботиться о своих детях.

В смысле практически равна нулю? Что за чушь!

Противно. Придумал это специально, чтобы выкрутиться, чтобы малыша не признавать?

Хочет убедить меня в этом, дурачок, думая, что я спала и с ним и с Даней.

Слизняк. Слабак. Трус.

Не поворачиваю головы, снова киваю, мол, да, да.

Потому что, если повернусь и в глаза ему посмотрю, не смогу удержаться, дам ему по морде. А он всё-таки ещё мой босс на данный момент.

Ухожу.

Конечно, теперь я сожалею, что у меня так и не хватило ума остановиться хотя бы после первого нашего с ним секса.

Да, теперь я буду называть вещи, которые случились со мной своими именами.

Периодически я придумывала себе, что мы занимались любовью.

Ну какой любовью?

Любовью занимаются те, кто искренне любят друг друга, а мы занимались просто животным и страстным сексом.

Я повелась на эту сумасшествие, которое испытала с ним.

Лучше механически как с Даней, зато без особых чувств и потрясений, чем так, с диким сумасшествием, а потом сопли на кулак наматывать от унижения и упрёка, что я врушка и лицемерка.

Оправдать себя могу, честно! Такое желание я испытала впервые в жизни.

Но там ведь было не только физическое влечение, там было и восхищение, и стремление быть с ним не только в постели, а где угодно: дома, готовя ему завтрак, обед или ужин, на работе, выполняя его поручения. Что угодно, лишь бы с ним…

Пора возвращаться в реальность, где теперь я беременная и скорее всего без работы.

Чутьё не подвело. Моя жизнь действительно очень сильно изменилась и за этими изменениями я не успеваю.