Глава 13

Сознание возвращается неожиданно. Вместе с тяжестью и неприятным запахом. Открываю глаза медленно, пытаясь сфокусировать взгляд на светлом помещении. Отчётливым чёрным пятном на мне что-то лежит… Кто-то.

Сглотнув, смотрю на огромную голову, покоящуюся на моей груди, и не решаюсь пошевелиться. Воняет какими-то лекарствами или химикатами, не знаю. Запах слишком въедливый и резкий.

Кошка спит. Ей нет никакого дела до того, что её "лежанка" очнулась и ей нужно чем-то дышать.

Я в больнице. Кажется. Решаюсь заговорить:

— Эй… — голос хриплый и сухой. Горло тут же першит. Убью за стакан воды! — Эй…

Уши дрогнули. Пантера лениво открыла один глаз, наклонив голову вправо, и громко фыркнула. Я вздрогнула от этого звука.

Перебирая задними лапами, кошка лениво сползает с меня на пол и садится, сонно приоткрывая и второй глаз.

Ну хотя бы так.

Вздохнув, пытаюсь приподняться, упираюсь локтями в жёсткий матрас. Но не тут-то было. Мои руки привязаны коричневыми ремнями к металлическому каркасу кровати. Катетеры в венах. Капельницы с обеих сторон, по которым стекает прозрачная жидкость.

Охренеть!!!

— Ну ты и прожорливая! — весело доносится из ниоткуда. — Да здесь я, здесь. — ширма справа приходит в движение, и я вижу довольного Зверя, уплетающего за обе щеки что-то мучное. — Думал, поесть успею…

Молчу. Не очень понимаю, о чём он говорит. Не очень понимаю, что я здесь делаю. Просто не очень понимаю.

Смотрю на мужчину во все глаза, подмечая удобную кушетку позади него. Какой-то бумажный пакет, стоящий с краю и ворох одноразовых пищевых контейнеров.

— Это я прожорливая? — хрипло спрашиваю я, решившись завязать диалог. Очень похоже на то, что сам, он не собирается мне ничего объяснять. — А эти контейнеры чьи?

— Эти? — с набитым ртом, спрашивает Роман, кивая на оставленные улики. — Эти мои. Ну я о тебе. Все запасы глюкозы всосала. Эйн в восторге.

Глюкозы? Всосала? Эйн?

— Пить хочешь? — я киваю. — А нету. Подожди. — затолкав остаток пончика в рот, весело пробормотал Роман.

Уверенными движениями, со знанием дела и жуя, он перекрыл колёсики на капельницах и улыбнулся, отвязав мои руки.

— Добро пожаловать в новую реальность, Лилечка. Теперь тебе нельзя голодать, сидеть на диетах и перебиваться салатиками, как вы, девушки, любите. Есть будешь за троих. В лучшем случае. Иначе подобные голодные обмороки с последствиями будут вечными спутниками твоей жизни. — он говорил это, усмехаясь, словно чего-то недоговаривал. — В общем, я сам должен был сообразить, что тебе требуется ударная доза калорий. Но вот не сообразил. Наивно решил, что раз твоя вторая ипостась отделена от тебя, то тебе и подпитка не требуется. Её-то я накормил. Странная ты, в общем, Лиля.

Я? Я странная?!

— Хорошо. Учту. — отвечаю я, решив не тратить ни время, ни силы на споры и ненужные вопросы с препирательствами. — Можно мне воды?

— И ещё кое-что… — он кивнул, направившись к ширме с кушеткой. Подхватил бумажный пакет. Как оказалось, с изображением странных белых роз, при ближнем рассмотрении. Весело потряс им в воздухе. — Это тоже тебе. — поставил его на край кровати, и осторожно принялся избавлять мои руки от катетеров, тщательно обрабатывая оставшиеся ранки рядом лежащими ватными дисками и какой-то прозрачной жидкостью.

Принюхиваюсь. Спирт.

Хмуро слежу за каждым его движением. Пакетик, конечно, выглядит подарочным и всё такое, но… Но какой на хрен подарок?! Да и с чего бы он мне стал дарить подарки?

— Всё. Жить будешь. Можешь подняться. Я принесу тебе воды и одежду, а ты пока разомни мышцы. — подмигнув, Роман спешно удаляется из, я так понимаю, палаты, прихватив с собой использованные ватные диски и какой-то пузырёк.

Первым делом я, поднявшись, тщательно осматриваю подвешенные пакеты с прозрачной жидкостью. Надписи действительно соответствовали словам Зверя — глюкоза. Но ведь можно и другой раствор перебить или перелить, изменив штамповку.

Прислушиваясь к своим ощущениям, я не ощущаю ничего, кроме жажды. Она не давала сосредоточиться ни на мыслях, ни на теле и восприятии. Зверски хотелось пить.

Пантера сидела, как статуя. Лишь бирюзовые глаза вторили моим передвижениям по палате. Пожалуй, она не такая и страшная, как я считала. Особенно когда не шевелится.

Вздохнув, поправляю больничную распашонку, хмуро глядя на босые ступни. Может сейчас самое время свинтить отсюда?

Любопытство берёт верх. Небольшой пакет так и притягивает к себе взгляд, соблазняя ознакомиться с его содержимым. Ругаю себя очень нехорошими словами, но таки заглядываю внутрь, слегка отодвинув края. Внутри лежит какая-то коробка. Непонятно, что в ней? Виден штрихкод и до безобразия мелкий шрифт. Судя по всему, коробка лежит ребром.

Скрежетнув зубами, запускаю в пакет ручки, извлекая коробку, и поворачиваю её другой стороной. Замираю, округляя глаза и не дыша. Чувствую, как кровь приливает к лицу.

Дверь тихо хлопает. Весёлый мужской голос обращается ко мне как ни в чём не бывало:

— Лилька, а у тебя нога тридцать восьмого или тридцать девятого размера? Не пойму, твою обувь взял или нет…

Отмираю. Резко поворачиваюсь и бросаю коробку в Рому, метя в голову:

— Ты вообще, что ли?! Это что такое?! Ви-ви-вибратор?! — наконец-то мне удаётся произнести это слово внятно.

Ловко уйдя с траектории полёта коробки, Рома улыбается во все тридцать два. Ну или сколько их там у него. Коробка не выдерживает встречи с дверью и разлетается в разные стороны со своим содержимым.

— Лялька, угомонись! — смеясь, выкрикивает Зверь. — Это нормально. Ты должна не только хорошо питаться, но и регулярно сбрасывать напряжение. Семейство пантер, знаешь ли, любят это дело. Это естественно. Это нормально. Это необходимо. — немного успокоившись и перестав хихикать, он серьёзно заявляет:- А что тебе остаётся? Мужа нет, любовника тоже. В этом нет ничего постыдного.

— Ну ты вообще… — всё, на что меня хватило.

— Ну не хочешь как хочешь. Будешь справляться по старинке. Пальчиками. — пожав плечами, Рома трясёт парой серых кроссовок, вопрошающе уставившись на меня:- Так это твои или нет?

— Нет! — рявкаю я. — У меня вообще обуви не было!

— Ладно. Сейчас вернусь. Переодевайся пока. — свалив ворох одежды на больничную кровать, мужчина вновь скрывается за дверью.

Внезапно я осознаю, что и одежда не моя! Но повертев в руках футболку и джинсы, я обнаружила бирки из магазина одной и той же сети, немного успокоившись.

— Добрый вечер, можно? — голова пожилого мужчины показывается в приоткрытых дверях неожиданно. Ни стука, ни характерного щелчка я не слышала.

— Можно. — заметив белый халат и край синего бейджа, я киваю.

Мужчина входит с прозрачной папкой в руках и улыбается вполне дружелюбно. Внезапно он останавливается, глядя немигающим взглядом на маленького розового дружка — подарок самого Романа Зверя, чтоб его черти драли, — и понятливо кивает. Доверие к нему у меня тут же пропадает.

— Вижу, Роман начал вас вводить в курс дела. Ну что ж, по моей части, я всё проверил, проанализировал, и могу смело утверждать, что вы абсолютно здоровы. Незначительные откровения в нервной системе присутствуют, но это вполне нормально. — бросив странный взгляд в сторону "подарочка", он опять улыбается.

Я смотрю на его бейдж и понимаю, что там ничего нет! Название медицинского центра и печатные жирные буквы, сложенные в слово Эйн. Ни должности, ни фамилии, ничего!

— А вы, простите, кто? — настораживает ещё тот факт, что дядя-доктор абсолютно равнодушен к присутствию огромной кошки в больничной палате.

— Я Эйн. Для вас, просто Эйн. — улыбается он, протягивая мне морщинистую руку. Пожимаю её автоматически. — А где, собственно, сам Роман?

— Пошел за обувью… Но…мне бы воды… — уже второго мужика прошу о такой простой вещи.

— А в чём проблема? — доктор поправляет седые волосы рукой, и отодвигает ширму дальше, демонстрируя мне кулер. — Я подам, если вам тяжело.

Густо краснею. Вот же идиотина этот Роман! Какое животное может отказать больному в воде?! Скотина!

— Простите. — шепчу я. — Я сама. Спасибо.