Глава 24

Колечко оказалось очень…милым. Ажурная вязь на золотом ободе с небольшим бриллиантиком, охваченным золотыми каплями. Нежно и красиво.

Удивительно, но оно ещё и моего размера. Идеально сидело на безымянном пальце. Даже не стала его снимать.

Не знаю, возможно, у Зверя были какие-то пафосные планы на его демонстрацию, для той же маман, я решила снизить риски. Пусть сам выкручивается, а я головой, так и быть, покиваю.

Мы вновь едем по ухабистой дороге, но впервые на моих губах играет довольная улыбка всю поездку. Я прямо ощущаю, как моё приподнятое настроение раздражает Зверева. Но мне настолько всё равно. Я смогла вырваться от постоянного общества его матери! Да я счастлива, и не стыжусь этого.

— Если хочешь куда-то заехать, говори сразу. У нас приглашения на сегодняшний вечер.

Очень интересная информация.

— Какие приглашения? — равнодушно спрашиваю я.

— Приём у одного моего знакомого.

— И как давно ты об этом знаешь? — ехидно интересуюсь, приготовившись к нападению.

— Два дня. — он знает, что меня это выведет из себя и улыбается.

Никакого инстинкта самосохранения.

— Давай договоримся на будущее, Зверь, что ты будешь меня предупреждать сразу же о подобных вещах. Окей? — стараюсь держать себя в руках. Подавлять вспыхнувшее раздражение. — Не через день. Не через два дня. Сразу.

— Я забыл. — ухмыляясь, отвечает он.

— Забыл? Забыл… — киваю, выдыхая чистейшую злость. — Ну значит, на приём идёшь один. — улыбаюсь как можно шире. — Я не собираюсь в таком виде появляться на людях. Мне нужна одежда, прикинь. Кое-что из косметики и нижнее бельё, в конце концов. И вообще, у меня могут быть свои дела?

— Всё будет, Лялька, угомонись.

— И сумка! — трясу пакетом с логотипом ресторана, в котором находятся две пачки денег и многострадальный паспорт. — И банк! И жизнь!

— Ладно! Ладно, истеричка! — восклицает он, сжав крепче руль. — Ты подумай, что тебе реально необходимо. Озвучь чётко и аргументировано. Я решу, когда мы с этим разберёмся.

— Хочу не выглядеть чучелом. Хочу минимизировать общение с твоей мамой. Хочу трусы! Хочу банковский счёт! Хочу заехать в хоспис. Хочу домой, в съёмную квартиру. Хочу телефон. Хочу… — энтузиазм угасает с каждым словом. Я осознаю, что мне столько всего, оказывается, нужно сделать. Осознаю, что у меня ничего нет, кроме паспорта и миллиона евро в целлофановом пакетике. Звучит, конечно, странно. Миллион евро и ничего нет, в одном предложении, даже мысленно звучит смешно. Но какой от этого толк, если я не могу их потратить? У меня нет…свободы.

— Я тебя услышал.

Услышал он!

Нет, он точно не человек. Не похож. Супы, иные-оборотни… Не, он киборг. Грёбаный бесчувственный киборг!

— Ты стараешься в моём виске дыру просверлить взглядом?

— Ага.

— Пока не получается.

Да ну его. Вообще буду молчать. Посмотрим, как быстро он сам со мной заговорит. Будто мне это одной нужно.

…похоже, мне одной.

До огромного здания Голд-плаза — лучшей гостиницы города, мы доехали молча. Он это специально. Бойкот мне объявил. В молчанку играет. Ну и ладно.

— Морда, мы приехали. — повернувшись, я потрепала огромную голову сонной пантеры, пока Рома въезжал на подземную парковку. — Что ты дрыхнешь постоянно?

— Её активность приходится на ночное время суток.

— Я не с тобой разговаривала. — бурчу я, внутренне злорадствуя. — И вообще, почему мы в гостиницу приехали? Ты же сказал, домой.

— Это и есть мой дом. — обронил он, открыв дверь. Вышел, обойдя машину спереди, и открыл дверь с моей стороны. — Это проблема?

Внимательно смотрю на него, не понимая, шутит он или нет.

— Ты живёшь в гостинице или владеешь гостиницей? — спрашиваю, принимая предложенную руку.

— Живу.

— Номер в гостинице не может быть домом. Дом — это…дом. — выбираюсь на полутёмную парковку. Жду, пока Зверь, откинув пассажирское сиденье, выпустит Морду. Мне кажется, она становится больше с каждым днём.

— Очень даже может, если в одном номере жить годами, Лялька. Ты же съёмную квартиру домом считаешь?

Обдумываю его слова. В принципе, он, наверное, он прав. Но квартира — это квартира. А гостиничный номер совсем другое. Готовка, стирка и прочее, например. Как это делать в отеле?

— Идём. У нас мало времени. — мужчина приобнимает меня за талию, захлопнув дверцу автомобиля. Я замираю, подавляя желание отстраниться, сбросить его ручищу. — Какие-то проблемы?

Ты. Ты — моя проблема.

Качаю головой, прижав пакет с паспортом и деньгами к груди. Зверь хмыкает, проследив за моими манипуляциями.

— Ничего нет смешного. Веди уже. — неловко перебираю пальцами шерсть пантеры, потягивающейся у моих ног. Пытаюсь игнорировать исходящий жар от мужской ладони.

Наконец-то мы идём между рядами машин к стальному коробу лифта. Это не приносит долгожданного облегчения. От не совсем синхронных шагов его пальцы двигаются на моей талии, словно издеваясь. Наблюдаю исподтишка за лицом Ромы, пытаясь понять, не специально ли он меня наглаживает.

— Не дрожи, Лялька. — шепчет он. А я и не дрожала. Кажется.

Ключ-карта словно по волшебству появляется в его руке. Сенсорная панель справа от створок лифта издаёт тихий блямк. На сенсорном экране появляется непонятное меню. Пытаюсь рассмотреть и запомнить, что именно выбирает Зверь, но не успеваю. Так же быстро, как меню появилось, оно и исчезло, а лифт приветливо распахнул створки.

— Прошу. — Рома пропускает меня в сверкающую золотом кабину вперёд себя.

Зверь нажал на самую верхнюю кнопку — это я успела заметить, и лифт беззвучно закрылся. Я едва не шарахнулась в сторону, испугавшись нашего отражения. Створки с этой стороны оказались зеркальными, и не то чтобы мне увиденное понравилось.

Рядом с Ромой, я выглядела перепуганным котёнком. Маленьким котёнком. Как Зверёныш, оставленный на попечительство Эйна на неопределённое количество времени, выглядит на фоне Морды.

— Слон и Моська, блин. — неосознанно вырывается у меня.

— Что?

— Ничего. Мысли вслух.

Подъём мне показался бесконечным. Увы, никакого циферблата не было, чтобы понять, на какой этаж мы едем. И есть ли вообще здесь эти этажи? В Голд-плазе мне бывать раньше не приходилось.

— Твой гардероб доставили вчера. Через полчаса придёт визажист. За эти полчаса тебе нужно успеть принять ванну и определиться с платьем и аксессуарами. Моё одобрение обязательно. — официальный тон сменяется шёпотом:- Ничего вульгарного, Лялька, но и мешковатого. Тебе есть что показать.

— Ты охренел? — сквозь зубы выдыхаю я.

— Я серьёзно. Моя невеста не может одеваться как шлюха. Не может она и ходить в парандже. Соответствуй.

Подавив дикое желание залепить ему пощёчину, я некоторое время смотрю в его бесстыжие глазёнки, прежде чем спросить:

— А может, я в спортивном костюме пойду? М? Вполне себе соответствующе.

— В другой раз, Лялька. Не в этот. — весело подмигнув мне, он вновь притягивает меня к себе за талию и шепчет в висок:- И перестань вздрагивать каждый раз, когда я тебя касаюсь. Привыкай уже.

— Ты вторгаешься в моё личное пространство. Это не так просто сделать. — отвечаю честно, не особо надеясь на понимание.

— Ты моя невеста. — напоминает он. — Мы поработаем над твоей реакцией.

Понятия не имею, что это значит. Лифт замирает. Створки отъезжают в сторону, открывая вид на…гостиную.

У огромного окна стоит белоснежный рояль. Два кожаных дивана, столик, пушистый кремовый ковёр с длинным ворсом, целая барная стойка с полками, заставленными алкоголем…

— Кого ждём? Входи.

— А коридор? Где?

— Можешь не разуваться. — усмехается он, подтолкнув меня к выходу. — Твоя комната слева. Решил отдать тебе комнату, что ближе к ванной.

Неловко переминаясь с ноги на ногу, я смотрю по сторонам. Справа за прозрачной перегородкой кухня! Настоящая кухня со сверкающими поверхностями и современной техникой.

Кажется, я очень ошиблась в своих представлениях о гостиничных номерах. Одна та площадь, что видна отсюда, поражает простором и размерами. Это что-то нереальное.

— Время, Лиля. Время. Позже осмотришься, у тебя будет масса времени для этого.