Глава 27

Появление Зверя я умудрилась пропустить. Звук открываемой дверцы автомобиля заставил вздрогнуть.

— Принимай… — непонятный ком оказался на его сидении, активно проталкиваемый ко мне. — Лялька, ну не зависай! Шубу принимай!

— Шубу?! — автоматически тяну на себя мягкий и шерстяной ком белого цвета, злобно раздувая ноздри.

— Что опять с мордашкой? — Рома закатывает глаза, свалив мне на колени сие великолепие.

— Натуральный мех — это дичь!

— Как с тобой сложно… — вздохнув, Зверев тронулся с места. — По этическим соображениям, да?

— По всем. — я пожимаю плечами, трогательно наглаживая шубу.

Зверь, заметив мои манипуляции, громко ржёт. Именно ржёт, как пришпоренная лишадь. Только затяжнее.

— Уверяю, твои принципы не пострадают. А вот задница очень даже может. В театре снимешь.

— В театре?!

— Ну да. Для благотворительного приёма арендовали здание драмтеатра.

— Арендовали театр… — мой мозг сломался. Самую малость. — Жесть какая-то. — слов нет. Одни эмоции. И те матом.

— Одевайся. Мы приехали.

— Твою налево… — выдыхаю, глядя на подсвеченную красную дорожку и скопившихся журналистов, слепящими вспышками камер людей, выходящих из машин. Наша по счёту четвёртая. — Я передумала! — запальчиво вырывается. — Там тьма народу! Суда, что, Анджелина Джоли с Питтом приехала? Почему здесь столько людей?!

— Отставить истерику! — рявкает Рома.

…это имеет эффект. Скорее шутя, чем устрашающе, как Зверь, так говорил мой папа, когда у меня что-то не получалось с первого раза.

Киваю, спешно швырнув в сторону заднего сидения какие-то тремпеля и зажимы.

— О Господи! Прости, милая! — опомнилась я, вспомнив о Морде.

— Лиля не тормози.

А-а-а-а-а-а-а!!!!

Не хочу выходить из машины. Не хочу выходить из машины!

Парковщик уже приблизился к водительской двери, а наш предшественник плавно тронулся с места, оставив какого-то жутко бородатого мужчину на красной дорожке глупо махать рукой и улыбаться журналистам.

— Там, у медицинского центра были журналисты?

— Ты хочешь сейчас это обсудить?

— Просто ответь! — настаиваю, запахнув на груди мерзкую шубу.

— Были. — выдыхает он, распахивая дверь со своей стороны.

— Спасибо за честность. — шепчу себе под нос, переглянувшись с пантерой в зеркало заднего вида.

Зверь не слышит моих слов. Он обходит машину спереди, спеша открыть мою дверцу.

Мир замирает. Порыв холодного ветра врывается в салон, словно последний гвоздь в крышку моего гроба. Уже всё. Назад нельзя. Только вперёд. К самоуверенному мужчине, протягивающиму ко мне свою ручищу.

Колеблюсь несколько секунд, встречая ободряющий взгляд тёплых глаз.

— Смелее. — едва слышно произносит он. — Мне ещё эту жирную задницу выгружать…

Улыбка появляется сама собой. Решительно кладу свою ладонь в его руку. Словно в замедленной съёмке, выставляю одну ножку из машины, затем вторую, прежде чем выбраться из машины и выпрямиться во весь рост. Мужские руки тут же бережно подталкивают меня вперёд, не давая опомниться. Одна из них ложится мне на талию. Почему-то моё подсознание играет со мной злые игры. Я чувствую жар его ладони через платье. ЧЕРЕЗ ШУБУ!

Не выпуская меня из полуобьятий, он открывает заднюю дверь, выжидающе замерев. Стоим под прицелами камер и всеобщим вниманием, ожидая самого волнительного момента — сможет ли Морда выбраться самостоятельно.

Слышу рой шепотков, прошедший по скоплению людей справа и слева от пафосной красной дорожки. Стараюсь туда не смотреть совсем. Пусть меня сочтут высокомерной, чем я начну бледнеть, краснеть и теряться от пристального внимания.

Мгновение. Чёрная тень скользнула вперёд нас, мощным прыжком покинув автомобиль. На задворках сознания мелькнула мысль, что, отталкиваясь, она непременно испортила обивку сидений, исполосовав когтями.

Всеобщий ах и ох повеселили. Я даже смогла улыбнуться, встретив насмешливый взгляд Ромы.

— Всё хорошо. — шепчет он, склонившись к моему уху. Должно быть, для окружающих это выглядело чертовски мило. Двояко. — Смотри на неё. Ей вообще нет ни до кого дела, кроме себя. Ну и немножечко тебя…

Он был прав. Морда наслаждалась всеобщим вниманием. Щурилась и прохаживались по красной дорожке, от одной ограничительной линии к другой. Я бы даже сказала, позировала, если бы это всё-таки не было животное.

Кто-то кричал, выкрикивая вопрос за вопросом. Несколько раз я даже услышала свою фамилию, но, прислушавшись к словам Ромы, игнорировала всё и всех, глядя на выкрутасы чёрной холеной кошки.

Наконец-то мы оказались у спасительной двери. Два швейцара распахнули её перед нами, а громкий голос, разлетевшийся эхом от стен, сообщил о нашем приезде.

Пошутить о балах и глашатаях не терпелось. Держусь из последних сил, чтоб не ляпнуть нечто "сверхумное"

На стенах висели мотивационные плакаты. Лозунги которых призывали не оставаться в стороне онкобольных.

Так нельзя говорить, это мерзко, но хорошо, что это не какая-то благотворительная акция в поддержку защиты животных. Так я меньше рискую, что шубу и меня, в частности, закидают чем-то ещё на входе.

Рома, как истинный джентльмен, помогает мне избавиться от ненавистной меховой одежды. Опрятный гардеробщик приятно улыбается, возвращая взамен шубы золотистый небольшой номерок. Я вздыхаю с облегчением. Во-первых, она тяжёлая. Во-вторых, очень неприятно от осознания того, сколько зверушек полегли ради этого безобразия.

— Рома? — не знаю, как у меня это получилось, но я по одному голосу поняла, что приближается нечто неприятное. Ужасные визгливые нотки.

Да и мужская ладонь, крепче обхватившая мою талию, намекала на очередной сюрприз.

— Камила. — Зверь замер как болван с вежливой полуулыбкой на лице. — Не знал, что ты вернулась.

— Ну ещё бы, такие новости…

Вальяжно спускаясь по ступенькам, девушка не сводит цепкого взгляда с…

Сначала я подумала, что она смотрит на пантеру. Но сейчас, когда она преодолела последнюю ступеньку, я в этом уже сомневаюсь. Взгляд зелёных глаз устремлён вовсе не на Морду. Даже не на меня. Ну почти. Она смотрит на руку Зверя, сжимающую мою талию.

Она мне не нравится! Меня в ней напрягает всё!

Это не женское! Да, она вполне красива. Но и я не уродина. Ничего выдающегося. Курносый нос, пухлые розовые губки, строгое синее платье с юбкой карандаш. Вполне себе стройные ноги. Ладненькая фигурка. Но, в целом, вот честное слово, ничего выдающегося.

Так что если Зверев решит пошутить о женской конкуренции, я его укушу!

— Ррррр…

" Моя ж ты девочка! "- мысленно злорадствую я, заслышав рык пантеры.

— Странно, обычно она не проявляет эмоций к посторонним людям. — хмуро комментирует Зверь, вскинув вперёд руку. — Лучше не подходи ближе.

Она замирает в нескольких метрах от нас, переступая с ноги на ногу, отчего её набойки каблуков на гладком кафеле издают весьма неприятный звук.

И тут я перевожу взгляд вниз… Твою ж налево!!!

Настала моя очередь обнимать и сжимать, казалось, несжимаемую кожу на туловище Ромы. Тень этой Камиллы не её! Псина какая-то дыбит шерсть в нашем направлении, загребая передними лапами.

Тень! Тень дыбит шерсть! Тень перебирает лапами! Тень!!!

Что-то мне нехорошо.

— Ты не представишь мне свою спутницу? — как ни в чём не бывало, интересуется она у Ромы.

— Невесту, Ками. Лиля моя невеста. — отчётливо и угрожающе цедит Зверь, глядя на девушку ледяным взглядом. — Тебе лучше уйти.

Словно в подтверждении его слов, Морда шагает вперёд, грациозно припадая к полу. Тень девушки мечется на месте, поджав хвост. Нарезает круги вокруг ног хозяйки, пока я заторможено наблюдаю за происходящим, не в силах произнести ни слова.