Глава 12. Место событий

Катя вырывалась из крепких рук, ногтями впиваясь в запястья незнакомца. Царапалась и извивалась, продолжала колотить ступнями по его ногам, но все равно не могла освободиться. В отчаянии она даже попыталась укусить его, но в момент, когда ее зубы коснулись кожи, взгляд уперся в едва заметный рубец – знакомый маленький шрам между большим и указательным пальцами. Она замерла, осознание накрыло словно волной.

– Ты?! – голос дрогнул и в нем смешались одновременно злость и облегчение.

Он молча ослабил хватку, позволяя ей развернуться. Его лицо было напряженным, а на лбу выступила испарина. Он бежал. Катя поняла это по сбившемуся дыханию и еле заметной дрожи в руках. Но почему он молчал? Почему не дал о себе знать, когда она была готова поверить в худшее? Почему позволил ей так волноваться? Почему сам не нашел ее первой и не успокоил? Катя сжала кулаки, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Она нахмурилась, стараясь сдержать начинающуюся дрожь и попыталась понять что же сейчас чувствовала. Страх за него, за то, что с ним могло случиться самое страшное и это его тело окажется под той белой простынью, гнев за то, что его нигде не было, а ее телефон так и остался в дурацкой красной сумочке, которая как ни в чем не бывало висела на крючке в доме с горшками лаванды в окошке, обида за то, что он не бросился первым делом к ней, а она никак не могла его найти.

– Я же думала… что Макар – это…

Она не успела договорить. Его губы накрыли ее, заставляя замолчать. Катя застыла на долю секунды, но затем тело ответило само. Она почувствовала, как дрожь проходит по пальцам, словно слабый ток, от кончиков до локтей и отзывается внутри теплой волной знакомого, будто стертого временем, но так и не забытого ощущения. Она должна была оттолкнуть его. Но не могла. Все страхи и волнения последнего часа вырвались на волю и превращались теперь в страстные неистовые движения губ, которые были сильнее любых аргументов разума, как дурман, от которого кружится голова… Она поддалась бушевавшим в груди эмоциям, позволила им вырваться наружу и не пыталась увернуться от его губ, скользящих по ее губам, шее и щекам. Только этот поцелуй, этот соленый вкус слез и дыма в воздухе, сейчас существовало только это мгновение. Катя не знала, что это – порыв страсти или отчаянная попытка убедиться, что они оба живы. Их горячее дыхание смешалось и она всего на секунду забыла обо всем, что случилось перед этим накануне, но совсем рядом вдруг раздался хорошо поставленный голос какого-то корреспондента. Дима рванул ее на себя и они буквально отпрыгнули на несколько метров в сторону:

– Ты зачем в кадр лезешь?!

Катя лишь сверкнула в ответ глазами и не стала ничего говорить. Теперь они вместе слушали слова журналистки, не попадая в объектив камеры. Дима по-прежнему сжимал запястье Кати и удерживал в тени так, чтобы они оба не попадали в объектив камеры, но могли видеть все происходящее.

Перед рестораном, где еще недавно звучала музыка и поднимались бокалы, а теперь вечернюю прохладу нарушал запах гари и тихие вздохи людей, стояла журналистка – высокая девушка с идеально уложенными волосами. Ее интонации были четкими и полностью соответствовали трагичности ситуации:

– Сегодня в одном из самых маленьких городов нашей страны, где преступность больше года держится на уровне нулевой, совершено зверское покушение на мэра…

Катя слушала, и ее начинало трясти. “Нулевая преступность”? “Шокированные жители”? “Покушение на мэра”? Она подняла непонимающий взгляд на Диму, но тот приложил палец к ее губам и не дал говорить даже шепотом.

Журналистка продолжала свой репортаж с места события:

– Как я уже сказала, совершено зверское покушение на мэра города Бурдаковска Михаила Семеновича. Михаил Семенович Бурдаков неизвестен большому кругу зрителей, но является настолько любимым и уважаемым человеком в своем городе, что десять лет назад жители города потребовали провести референдум и переименовать город в честь своего мэра. В городе очень высокий уровень жизни и здесь действительно заботятся о каждом человеке. Очевидно, что здесь уделяют огромное внимание благотворительным проектам и духовно-нравственному воспитанию подрастающего поколения. Многими проектами лично занимается жена мэра. Поэтому сегодняшнее событие – действительно из ряда вон, что называется. Сказать, что жители Бурдаковска в шоке – не сказать ничего, они буквально раздавлены взрывом, прогремевшем в их милом городке. Бомбу заложили под стол в ресторане, за которым находились мэр со своей супругой. По роковой случайности за одним с ними столиком оказался начальник полицейской части Макар Савельев, который и стал случайной жертвой. Мы будем знакомить вас ближе с ходом расследования покушения на мэра города Бурдаковска, в результате которого погиб начальник пожарной части. Ситуацию удалось быстро взять под контроль благодаря слаженной работе городских властей. Разрушений в городе нет, пожар был быстро локализован. С вами на связи Алина Комаровская, специальный корреспондент, готовый отправиться в самые горячие точки, чтобы познакомить вас первыми с аспектами каждого дела.

Красный огонек на камере погас и настроение журналистки сразу же изменилось:

– Покажи, что там у нас получилось?

Оператор, улыбнувшись, повернул к ней маленький монитор и девушка приникла к экрану.

– Мне кажется, помада недостаточно очерчена. Ты почему мне не сказал? Я бы перекрасила. Давай перепишем.

– Ты и без помады очень даже ничего… – подмигнул ей парень с камерой и его свободная рука игриво провела по телу девушки.

– Ай, не надо меня щекотать! Подожди, я должна быть со скорбным лицом!

– Со скорбным должна быть вдова. Если она у него есть. А тебе можно с умным и честным.

– Давай переснимем, Илья? Может, добавить что-то про погибшего?

– Алина, да забей. Сказала текст – и забыла. Ты же профессионал.

– Ты прав. Я так устала и тоже хочу домой.

В этот момент совсем рядом раздался грохот: с обгоревших балок рухнула крыша ресторана. Запах гари обжег легкие, в воздухе повисло облако пыли, а люди вокруг были не просто напуганы – они были в тихом ужасе, но криков нигде не было слышно. От этой повисшей после обрушения крыши тишины Катя почувствовала как напряглись все ее мышцы в теле, кожей она ощутила сковывающий леденящий ужас. Дима зло выдохнул сквозь стиснутые зубы, резко оттолкнув ногой камень.

Голос журналистки разрезал тишину:

– Все-таки придется еще поработать, Илья. Я забыла одну фразу. Только чуть поменяй ракурс.

– Не дурак, сам знаю, что надо поменять теперь.

Катя заметила как на камере снова загорелся огонек, означавший запись видео, и не поверила своим ушам. Вместо того, чтобы дополнить сюжет историей о рухнувшей крыше, девушка с тем же выражением лица, что и прежде, произнесла свой забытый текст:

– Покушение на мэра – это нападение на сам город, на его основы, на его ценности… Традиции Бурдаковска основаны на подлинной заботе о каждом жителе, на социальной поддержке, на справедливом праве жить в мире. Поэтому покушение на Михаила Семеновича отозвалось болью в каждом сердце и теперь жители выражают безусловную поддержку и благодарность своему мэру, которого могли лишиться. Необходимость решительных мер, на которые способен глава города, стала теперь очевидна каждому.

Катя сжала зубы. Она не знала, что злило ее больше – хладнокровное равнодушие журналистки или то, как легко можно управлять правдой. В телевизоре покажут совсем другую картину. Надо же! “По роковой случайности за одним столиком с мэром оказался начальник пожарной части Макар Савельев, который и стал жертвой взрыва…” Ее руки непроизвольно сжались в кулаки. В голове мелькали хаотично разрозненные мысли и фразы: “Начальник части”. “Макар”. Она вдруг вспомнила сообщение на экране чужого смартфона и то, что почувствовала при виде надписи “Макара убили”.

Катя посмотрела на Диму и уже приоткрыла рот, чтобы поделиться с ним своими мыслями. Он поймал ее взгляд и едва заметно качнул головой – молчи.

– Вот теперь все! – снова взяв себя в руки рассмеялась журналистка. – Уверен, что не надо переписывать первую часть?

– Пошли отсюда, Алина. Поработали уже и хватит.

Дима показал Кате глазами, что им тоже пора.

– Подожди! – она вырвала руку. – Я хочу спросить кое-что.

Катя решительно подошла к журналистке.

– Девушка, а вы с какого канала?

– А что?

– Хотели посмотреть сюжет с мужем. Мы как раз были в ресторане, когда… все случилось.

Девушка обвела ее худенькую фигурку взглядом:

– С местного. Но это для федеральных новостей. Завтра целый день будут крутить.

– Скажите… а правда, что здесь не было ни одного преступления за год? Мы недавно сюда переехали…

Журналистка усмехнулась:

– Ну если вы это прочитали, значит, так и есть.

Катя почувствовала, как в ней закипает раздражение.

– То есть, убийство начальника пожарной части не считается?

Алина пожала плечами.

– Ну теперь-то считается. Мне некогда, извините. У меня еще много работы здесь, – она улыбнулась Кате и быстрым шагом ушла в сторону парковки вместе с оператором.

Катя снова повернулась к Диме, который все это время внимательно наблюдал за разговором.

– Ты слышал?!

– Слышал.

– Они утаивают информацию и замалчивают правду.

– Знаю.

– И тебя это не злит?!

– Может и злит. Но у нас сейчас другая задача.

Катя замерла.

– Какая?

Он наклонился к ее уху, голос стал тихим, почти неслышным.

– Тебе нужно уйти домой и не выходить, пока я не вернусь.

Катя распрямилась.

– Никуда я не пойду. У меня к тебе вопросов больше, чем ответов.

– Катя, это не шутки.

– Так и я не шучу. Они увели Марию Петровну.

– Кто это?

– Бабушка Сони.

Дима напрягся.

– Ты уверена? Я видела, как ее уводили полицейские.

– Откуда ты ее знаешь?

– Она сегодня вечером заходила ко мне.

– Когда? Мы же все время были вечером вместе.

– После того, как ты отвел меня домой и ушел помогать Василию.

– Странное время для посещения незнакомой соседки она выбрала.

Ей пришла смска.

– Какая смска?

Катя закрыла глаза.

– Там было написано: „Макара убили“. Я же подумала… – губы Кати задрожали и в уголках больших глаз блеснули слезинки.

– Ну все, все, не надо, – он вытер появившиеся на ее лице слезы и обнял. – Все будет хорошо. – и почти в самое ухо тихонько спросил:

– Как ты узнала про смс?

Катя взглянула ему в глаза и шепнула в ответ:

– Мария Петровна забыла телефон у нас на террасе.

Дима выругался сквозь зубы и резко развернулся.

– Что теперь? – спросила Катя, чувствуя, как ее ладони вспотели.

Он огляделся. Люди еще стояли у разрушенного ресторана, но вокруг постепенно становилось тише. Место взрыва было огорожено и рабочие разбирали рухнувшую крышу под пристальным оком полицейских.

– Теперь у нас с тобой проблема, которую нужно срочно решить.

Катя сглотнула:

– Ты про что?

Дима снова наклонился ближе, но теперь его голос был другим – жестким, сосредоточенным.

– Ты понимаешь, что только что сказала?

– Что именно?

– „Макара убили“.

Катя почувствовала, как сердце в груди сжалось в ледяной ком.

– Ну да, я же…

– Этого не мог знать никто.

Она моргнула, пытаясь осознать смысл его слов, а он резко выдохнул:

– В момент взрыва никто еще не знал, кто погиб. Смс пришла раньше, чем это стало известно окружающим.

Катя почувствовала, как волосы на затылке медленно зашевелились и кожа покрылась мурашками:

– То есть… кто-то знал заранее?

– Тот, кто послал сообщение, знал, кто должен был умереть или был рядом, когда он умер.

Катя медленно осела на валяющийся кусок балки у забора.

– Это спланированное убийство Макара? Не мэра?

Дима нахмурился и провел рукой по волосам:

– Это прокол.

Он обернулся в сторону ресторана:

– И это значит, что Мария Петровна знала что-то важное.

Катя закрыла лицо ладонями.

– Она хотела, чтобы я увезла Соню…

Дима напрягся.

– Когда она это сказала?

– До взрыва. Сперва мы просто разговаривали, а потом она начала говорить такие странные вещи, предупреждала, что нам лучше уехать.

– И ты решила мне сказать это только сейчас?!

Катя вскинула голову.

– Я не думала, что это важно!

– Теперь это может быть смертельно важно.

Она посмотрела на Диму. Его глаза сосредоточенно смотрели в одну точку, лоб нахмурен, очевидно в эту минуту в его голове шла напряженная работа мозга, в уголках губ пряталась тревога. Дима знал, что дело превыше всего и знал для чего он был здесь. Он понимал насколько высоки ставки в игре, правил которой не знала Катя, но он не мог оставить ее сейчас здесь и не мог отпустить одной к Соне. А в том, что она пойдет прямо отсюда к девочке у него сомнений не было. Удивительным было и то, что его самого не пропустили к месту взрыва, несмотря на удостоверение сотрудника МЧС и скзаали, что тушить там уже нечего, с возгоранием удалось быстро справиться.

Катя медленно встала.

– Что нам делать?

– Во-первых, ты сейчас же пойдешь домой.

– Нет.

– Катя, не спорь со мной!

– Я не оставлю Соню.

Дима сжал челюсти. Он хотел что-то сказать, но передумал. Вместо этого он шагнул ближе, взял ее за руку и посмотрел прямо в глаза.

– Тогда мы пойдем вместе.

Катя кивнула.

Они одновременно повернулись в сторону полицейского участка, чуть выглядывающего из-за здания ресторана.

Там, за стенами, находилась женщина, которая знала слишком много.

И теперь либо она заговорит – либо навсегда исчезнет в этом городе, где преступность официально не существует.