Глава 40

– Давай выйдем, – спокойно предлагаю я, выпивая одним залпом вкусный компот.

А вот хотел посидеть, посмаковать его как раз! Ну ладно, Светка симпотная, и раз я ей нравлюсь, то можно и побороться за неё. Тем более было бы с кем.

– Пошли, – зло говорит парень.

Хрен знает, на что он надеется? Да, он выше и тяжелее меня, но задрот, а я – спортсмен. Сразу поворачиваем налево в жилой коридор, где и моя комната находится – не хочу светиться перед вахтёром.

– Чё ты с ней трешься? Чтобы не лез к ней больше, понял? – угрожающе спрашивает толстяк.

– Я с ней даже ни разу не разговаривал, ты о чем? – спрашиваю его, и ведь это правда, я с разноглазой до этого и не общался ни разу.

И когда она на меня успела запасть? А ещё ругают бабы мужиков, мол, вам наше тело нужно и секс, а наша душа вам не нужна. Верно, и так бывает. Но тут ситуация обратная. Если она со мной не общалась до этого, то значит, запала только на внешнюю оболочку, что вообще, кстати, странно.

– Как это? Только что она у тебя за столом сидела! – от наглости толстяк даже становится нормальным на пару секунд.

– Блин, ты про Ленку что ли? Я-то думал про Светку! – прозреваю я. – Да сто лет она не нужна мне, только и ты Ленке не пара. Оцени себя здраво. И к Светке чтобы тоже не лез! Понял? И слушай, раз уж такой разговор откровенный, а куда парень делся Светкин? Вроде же был у неё?

– Да не нужна мне Светка твоя, вобла сушёная, я да…, – начала говорить толстяк и согнулся от удара в печень.

– Чтобы не смел девушку мою оскорблять, всосал? Ещё раз услышу, бить буду каждый день. И своим передай! Понял? – тихо, стараясь не привлекать внимания, говорю я.

– Да. А Ленка? – отдышавшись, спрашивает поверженный соперник.

– С Ленкой у меня дружеские отношения, будешь обижать её – получишь в торец, если она захочет с тобой быть – совет да любовь, – отвечаю ему. – Кашу мне зачем испортил?

– Я думал, ты к Ленке, а ты к Светке. Хочешь, свою кашу отдам, я не ел ещё, – стыдливо говорит уже потерявший запал наглости толстяк.

– Сам ешь! Похудеешь ещё! – отказываюсь я, его каша явно без масла. – Что там с парнем-то? Колись.

– Он же местный был, в смысле, городской, сначала со Светкой дружил, а потом её соседку стал окучивать. У них сейчас война в комнате холодная, – подумав, всё-таки ответил паренёк.

Тут показался Бейбут, на ходу дожёвывая какую-то мучную неучтёнку, вполне возможно, приготовленную в единственном экземпляре для него подружкой.

– Ты где ходишь, обжора? – строго спросил я. – А если меня тут уже запинали?

– Кто? Этот жирдяй? – неподдельно удивился сосед.

– Дай чем давишься! – выхватываю булку из рук Бейбута.

Точно, для него сделали! Горячая ещё! Бейбут смотрит недовольно на свой десерт, планировал в одного заточить.

– Что ты тут стоишь? – бьёт он в солнечное сплетение несчастного влюблённого.

– Да не трогай его, ему и так нелегко, он в Ленку втюрился, – останавливаю соседа я, отдав ему укушенную один раз мною булку.

С булкой сосед получает плюс пятьсот к миролюбию и снисходительно говорит парню:

– Ты бы забыл лучше про неё, она таких как ты пожуёт и выплюнет.

Медленно, согласно полученным указаниям готовлюсь к дискотеке. Побрился, нашёл чистые носки, кстати, последние, из парных. Непарных много, чуть ли не дюжина, но двух одинаковых нет!

«Надо покупать все носки одного фасона, сразу пар десять», – приходит в голову мне гениальная мысль.

Иду проверять подготовку зала к дискотеке, заодно тащу цветомузыку. Там уже кипит работа – освобождают место, стаскивая в один угол столы, и расставляют около стен стулья. Правильно, может, кто посидеть захочет! Я, например. Отдаю танцору Пашке кассеты из Венгрии, которые у него тут же отнимает Галина, в темноте уже и не совсем страшная.

– Ты или помогай, или не мешайся тут, – говорит она мне.

Я, естественно, сваливаю. К Ленке, она чем-то побрызгать обещала.

– Молодец что пришёл, что там ты с Артёмом сделал? – сказала соседка, затягивая меня к себе в комнату.

– Я? Ничего не сделал! Это он мне угрожал, говорил, чтобы я рядом с тобой не крутился, – говорю правду я.

– Пффф… Достал уже своей любовью! Я его даже не целовала ни разу! Ладно, показывай, что там ты приготовил. Носки, кроссовки, побрился плохо, вот тут ещё волосок остался, подожди. – Ленка выдернула волосок на шее, заставив меня вскрикнуть.

– Надеюсь, хоть плавки проверять не станешь? – шучу я.

– Точно! А я думаю, что я забыла? – Ленка оттягивает джинсы и смотрит на моё нижнее бельё.

– Всё нормально! – начинаю злиться я, а сидящая в комнате Синицкая, якобы читающая книгу, насмешливо фыркает, некстати для себя привлекая внимание соседки.

– Так, Толя, молодец, иди! А ты, Оля, сделала, что я просила? – обернулась она к разом притихшей подруге.

Страшный в своей активности она человек, всех знакомых уже передружила, потом рассорила и опять некоторых подружить успела.

Дискотека началась вяло, школьники ещё стеснялись, особенно парни, в центре круга танцевало лишь четыре девочки. Пить-то нельзя нам, а как сделать первый шаг? Подавая пример, иду в круг и начинаю зажигать, привлекая взоры присутствующих. Ко мне подключается Пашка Ивлев, потом Аркаша и Бейбут. Постепенно в центре зала становится тесно. Светки, кстати, ещё нет. Я вот не понял, я что – зря помылся? Первый медляк, иду к стульям, как вдруг меня дергает за рукав нахальная девица, довольно приятных форм, но с такой яркой красной помадой, что всё внимание невольно падает на её оральную зону.

– Потанцуем, Толя? – предлагает она.

«Чего бы и нет»? – мысленно соглашаюсь я.

– Отстань, он со мной уже танцует, – Ленка с силой вырывает меня из рук соперницы.

– Чего ты? И где твоя Света? – покоряясь неизбежному, спрашиваю шёпотом я.

– Света сейчас будет! А это её соседка по комнате, специально тебя пригласила, позлить подружку. У них там война из-за парня.

– Какого парня? Лена, ты не охренела? У Светы есть парень? – спрашиваю строго я.

– Нет у неё никого, сейчас. Это вот этой курицы парень, – начинает юлить Ленка, поняв, что сказанула лишнее.

– Ну и с чего у них конфликт? Значит, Света на этого парня претендует? – не отступаю я.

– Бывший парень, сейчас с её подругой. Представляешь, она их застала на своей кровати! – вынужденно говорит Лена.

– А я проходной вариант, позлить соседку?

– Тебе что, жалко? Она красивая же, а ты авторитетом в школе пользуешься, – приводит аргументы хитрюга. – О! Вот она пришла!

Пришлось переключиться на соседку, а вариант со знакомством, уже перестал мне нравиться, не люблю, когда меня используют. Ну ладно, не люблю, когда вот так нагло используют. Но общаться со Светой мне понравилось. Очень простая в общении девчонка и знает много, и разговаривать с ней интересно.

– Была я в Будапеште в прошлом году с родителями, только мы в другие купальни ездили, – признаётся мне моя новая подружка.

– И кто у тебя родители? – между прочим, заинтересовался я.

– Обычные, мама – окулист, а папа – инженер, он изобретатель. В Уфе живут, а так мама с Алтая, из Рубцовска она, – пожала плечами, ничего не прояснив Света.

– Может пойдём ко мне? Шумно тут? – шепнул девушке я.

Она была не против, целоваться мы начали ещё в коридоре, потом уже после двух подряд подходов к снаряду, я попытался узнать, чем я это ей понравился, и нет ли у неё каких других целей?

– Главное для меня сейчас – уверенность в себе обрести, очень сильно меня это любовь подкосила. Я вот только сейчас себя почувствовала сильной и независимой. А ты мне нравишься. Да, не красавец, но такое мужественное у тебя лицо, ты сильный и порядочный, как я знаю. Не бойся, я за тобой бегать не буду.

– Тебе бы разъехаться со своей соседкой надо, – советую я, приняв её доводы.

– Пыталась уже, вот с Синицкой хотела договориться, но та – ни в какую, есть ещё пара вариантов, – сказала Света. – Ой, скоро дискотека закончится!

– Спи давай, мой сосед сегодня в другом месте ночует.

Утром мы разошлись, довольные друг другом, а я был пойман в умывальнике Ленкой.

– Вы чего так тихо себя вели? – строго спросила она. – Не понравилась тебе Аюкасова?

– Аюкасова? Она не русская, что ли? Всё нормально у нас с ней, может ещё как-нибудь встретимся, ну уже без твоей помощи, извини.

– Это папа у неё Аюкасов, бритву изобрёл с тремя лезвиями, забыла, как называется. А у мамы есть старшая сестра, замужем за членом ЦК, – информирует Ленка. – Но они мало общаются.

– И как фамилия, случайно не знаешь? – настораживаюсь я.

– Ой, да не помню, это ты заучка, всех знаешь. Горбатый или Горбач, забыла, – Ленка собирается уйти к себе из умывальника.

– Не Горбачёв случаем? – голосом Левитана кричу ей вслед.

– Точно! Он! – Ленкина красивая, но тупая головка появляется на мгновение в двери умывальника.

«Тут и сел старик», – пришла мне в голову мысль.

Я, к сожалению, про семью Горбачева почти ничего не знаю, отец фронтовик был или есть, знаю, ещё жена была, строгая, которая наверняка им командовала. Теперь, как я выяснил, ещё и племяшка есть. Ничё так деваха.

Всё воскресение провел как ушибленный, размышляя о разных планах, как ударить по голове меченного, пока он ещё не генсек. А это уже скоро, месяц-два, примерно, осталось. Потом решаю для себя – не дергаться.

Следующая неделя выдалась очень напряжённой, всё-таки я отстал немного по учёбе, пришлось нагонять, сдавая домашку. Плюс спорт, я трижды был на тренировке и постепенно стал входить в форму. А тут ещё, как назло, зачем-то я потребовался бабуле с отцом, вызвали меня на переговоры на восемь вечера. Немного переживая, иду на переговорный пункт. Жду вызова и, наконец, меня вызывают в кабинку.

– Сынок, привет! Как ты там? – слышу голос отца, вроде как даже и трезвого, что странно как бы - пятница, вечер.

– Что с бабулей? – сразу спрашиваю я.

– С бабулей? Всё хорошо, скоро по путевке поедет в Крым, в санаторий, подышать морским воздухом, – удивляется отец.

– Ну, молодец она, у меня всё хорошо, – с облегчением говорю я, недоумевая, чего я ему вдруг понадобился?

– Я что звоню, я тебе сейчас не по сто, а по пятьдесят рублей буду присылать, я надумал брмлвгшп, – не разборчиво сказал отец.

– Что? Не понял? Что надумал? Денег и полтинника хватит, не переживай.

– Сочетаться! – громко и чётко сказал батя. – Приедешь? Через две недели?

Прикол! Батя женится!