Глава 1. Провидение смерти подобно

Каблучки отстукивали задорную дробь по мостовой. Мышцы приятно гудели после тренировки. Настроение поднималось в небеса, хотелось петь и прыгать! Тридцать лет! Как приятно получать букеты цветов и множество подарков от коллег. Душа поёт, когда любимая работа сочетает в себе радость творчества и прекрасный коллектив! А Серёжка, тренер по дзюдо, просто душка — вручил огромный розовый букет в нежно-зеленой сеточке с серебристыми каплями росы, будто опять весна! Эмма выбрала именно этот букет, чтобы отнести домой и любоваться им, а самое главное — показать мужу, как нужно ухаживать за женщиной.

Она встряхнула ярко-рыжим хвостом, туго затянутым на затылке, и посмотрела на Саввинскую набережную Москвы-реки. Вода искрилась от лучей вечернего солнца, июль жёг асфальт, и народ высыпал из офисов ближе к воде, ловя освежающие брызги и лёгкий ветерок.

Понедельник. До субботы, когда планируется праздник в ресторане, ещё целая неделя. Эмма определённо настроена всё это время принимать поздравления и лучи отличного настроения. Она остановилась у ограждения и залюбовалась гуляющими парочками. Такие милые! У многих всё только начинается: они жмутся друг к другу и держатся за ручки, словно боясь потерять. Другие — степенные зрелые мужья, совершающие вечерний променад с супругой и серьёзно рассуждающие о чем-то важном. Жёны же отвлечённо слушают их, думая о чём-то своём.

В нескольких метрах Эмма замечает знакомую спину в белой футболке, родные светлые волосы, аппетитные подтянутые бёдра в узких джинсах. Её муж восхищал своей фигурой. Ей захотелось подбежать к нему и, закрыв глаза ладонями, прошептать: «Угадай кто?». Она устремилась сквозь толпу гуляющих, и тут на её любимую накачанную ягодицу опустилась тонкая женская рука. Страстно смяла её, потом пару раз погладила, перебежала пальцами на спину, на секунду задержавшись на плече, скользнула в волосы, зарылась в них и успокоилась там, будто найдя самое уютное местечко.

Эмма резко остановилась. Шок — это мягко сказано. Зажмурилась так сильно, что густо накрашенные ресницы слиплись. Попыталась открыть глаза — удостовериться, что это мираж. Но мир, словно не желая показывать ей удручающую действительность, упрямо склеивал веки.

Как бы ни хотелось увидеть на том месте постороннюю целующуюся пару и сказать себе: «Фух, обозналась!», но один из них реально был её горячо уже «нелюбимый» муж Борис!

Когда же он, полуобернувшись к воде, показал свой гордый и безумно красивый профиль, все сомнения окончательно рассеялись. Оставалась надежда, что та самая девушка, которая скрывалась за его широкой спиной, просто проходящая мимо сотрудница по работе, и они бурно обсуждают очередной проект, но в этот момент тяжелая и такая родная рука опустилась на талию этой дряни, и последние здравые мысли рухнули в глубокую пучину Москвы-реки.

Эмма в два прыжка оказалась рядом. Схватила разлучницу за ноги и, рывком перекинув через ограждения, столкнула в воду. На мгновение услышав испуганный крик, ощутив всю безрассудность своего поступка, жена обернулась на ошалевшего мужа. Тот, хлопнув глазами, залез на забор и прыгнул вслед за подругой, которая изо всех сил била руками по воде и призывала на помощь.

Весь город, казалось, остановился и с жаждой поглощал каждую секунду трека под названием «скандал в семье Ржевских». Эмма закрыла глаза и втянула ноздрями воздух. «Всё кончено!» Она посмотрела на розовое облако цветов, которое в порыве бешенства кинула на мостовую. С жалостью подняла его, будто это последнее, что осталось от её хорошего настроения и спокойной прошлой жизни, и поспешила с места преступления. Домой. Собирать чемоданы.

Прибежав в квартиру, Эмма скинула надоевшие туфли, всё-таки высокие шпильки — это не её, — и кинулась в детскую.

— Мария Николаевна, мы уезжаем. Соберите, пожалуйста, всё, что надо Лиле. Игрушки там, одежду на первое время. Сейчас дам чемодан.

Эмма убежала рыться в шкафу в поисках объемной спортивной сумки. За спиной послышалось:

— А куда вы едете? У меня будут выходные?

Она обернулась:

— О, боже, да нет же! Наоборот — еще больше работы. Может, даже придётся каждый день выходить. Я не знаю пока, — и снова окунулась в недра шкафа.

— Что-то случилось, Эмилия Леонидовна?

— Да. Я развожусь, — тут некая случайная догадка осенила кипящий мозг хозяйки, и она обернулась на няню. — А ты, случайно, не?… Да нет, это бред! — мотнула головой и, вытащив, наконец, сумку, бросилась в детскую.

Раскрывать все карты перед няней маленькой дочки не хотелось. Вдруг она успела положить глаз на красивого и богатого работодателя? Пусть обломается.

Всё катилось к чертям. Квартира. Так. Квартира на двоих. Если отсудить половину, выйдет приличный куш на однушку недалеко от Садового кольца. Ладно. Об этом подумает завтра.

Маленькая пятилетняя Лилия, дочка Эммы и Бориса, сидела на своем розовом детском стульчике за розовым столиком и большими глазами смотрела, как мама выкидывает её вещи из шкафчика и запихивает комками в сумку.

— Эмма Леонидовна, помнётся же.

— А вы мне не указывайте! Сейчас такое произошло, что уже все равно.

Тут она поняла, что вот-вот разревётся, и села на пол, переводя дух. Какой бы сильной и смелой ни была, женское нутро брало своё — хотелось разрыдаться на плече у подруги и напиться в хлам.

— Извините, Мария, просто у меня трудности. Соберите, пожалуйста, аккуратно вещи Лили. Мы переезжаем. Я пока поговорю с подругой, — она вышла в другую комнату и плотно закрыла за собой дверь. Набрала номер лучшей подруги Надежды, да уж, как оправдывает она порой своё имя.

— Надюш, привет! — всхлипнула Эмма, не сдержавшись.

— Привет, Эммочка, что случилось? По голосу слышу — нехорошее, — отозвалось на той стороне.

— Этот гад мне изменил!

— Да ты что? Не может быть! Ты что-то путаешь!

— Нет, ничего не путаю. Эта дрянь целовала его прямо в губы… наверное. Я не видела. Да пофиг. Я скинула её в реку, — Эмма засмеялась сквозь слезы. — Видела бы ты, как она летела вниз. Надеюсь, остудилась.

— Эмма! Давай, я приеду?

— Нет. Лучше мы с Лилей к тебе. На пожить. Примешь?

— Да, конечно, о чём разговор! Правда, сможешь ли ты с моими кошками? Говорила ведь, что не любишь животных.

— Да сейчас уже без разницы, — вздохнула Эмма, — тогда скоро мы подъедем.

Она нажала кнопку отбоя и вышла в соцсеть. На страничке всё было по-прежнему: десятки поздравлений от друзей и поклонников, стена пестрела переливающимися гифками цветов и стихов. Но ничего уже не радовало. Главный подарок преподнёс самый близкий человек: новую жизнь разведёнки.

Тут послышался поворот ключа в замке. Эмма поднялась с кресла и вышла в коридор.

Борис стоял на пороге, мокрый с ног до головы, при этом в его взгляде проскальзывала вина.

— Что ты делаешь?

— Собираю вещи. Разве не видно?

— Вещи собирает Мария, а ты что делаешь?

— Да пошёл ты!

Борис молча прошёл в детскую, взял у няни практически собранную сумку и отставил в сторону. Аккуратно прикоснулся к локтю Марии:

— Вы не могли бы час-другой погулять с Лилей на улице? Сводите её в кафе. Я позвоню, когда можно будет вернуться.

— Конечно, — она кивнула.

Быстро собрав девочку, няня ушла из квартиры. Надутая до невозможности Эмма сидела в спальне, глубоко окунувшись в кресло, и ждала объяснений. Конечно, надо было уйти сразу. Но раз уж он так не вовремя вернулся с пляжа, то хотелось бы выслушать режиссерскую версию фильма.

Борис встал в проёме двери.

— Ну что ты там себе накрутила? Очередной книжный роман или киноэпопею?

— Я хотела бы услышать это от тебя! — с сарказмом сощурив глаза, Эмма подняла взгляд на мужа.

— Да просто ты всё не так поняла, — он улыбнулся своей обезоруживающей лисьей улыбкой.

— Ну конечно, конечно! А как?

— Да так, — он опустился на корточки и преданно посмотрел в глаза супруги, — эта девушка — наша новая сотрудница. Мы со Славкой поспорили, что она прыгнет ко мне в постель максимум через три дня. Но я не собирался этим пользоваться, просто надо же доказать коллеге, что я супермачо? — он заискивающе улыбнулся. — Это была просто случайность.

Боря пожал плечами и поцеловал коленку жены.

Она взбрыкнула ногой.

— Да пошёл ты. Всё кончено.

— Всё только начинается, родная, — он схватил её за ногу и выдернул с кресла на пол.

Эмма стала выворачиваться, в душе уже успокоившись. Уж она-то знала, какой Славка кобель — даже к ней, жене друга, клеился. Он-то и соблазнил благоверного на скользкую дорожку.

Борька стянул с нее блузку, Эмма завизжала:

— Отстань, даже и не думай! — сама же сделала все, чтобы потереться большой грудью о мокрую рубашку мужа.

— Лишняя облицовка, — муж дёрнул за цветочек в серединке, нежная ткань лопнула, и лиф полетел на пол, открыв прекрасные упругие шарики. Он впился в них губами, вдохнул сладкий аромат. Эмма уже растаяла под ним, слегка озябнув от холодной мокрой одежды, которую Боря не успел снять. Тело покрылось гусиной кожей.

— Ты же моя бедненькая, замёрзла, солнышко моё рыжее, — он стянул с неё успевшие уже намокнуть джинсы, быстро скинув с себя мокрую одежду, остался обнаженным. Его мощный накачанный торс поражал своей идеальной рельефностью. Упругая сила манила к себе, сладкая истома разлилась по животу Эммы, мягко сползла в ноги и уютно устроилась в кончиках пальцев, нежно покалывая их.

— Не получится! Я никогда тебя не прощу! Слышишь? Ни-ког-да! — она продолжала выпендриваться, хотя взгляд откровенно горел желанием.

— Конечно, простишь! — он накрыл ее своим телом, сквозь замершую кожу тут же полились согревающие лучи. — Солнышко, ты такая нежная.

— Я? Ничуть, — пролепетала она на ухо.

Он зубами слегка прикусил её губы, уткнувшись языком в жемчужную стену, ворвался внутрь, исследуя горячую глубину нежного рта, вдыхая запах молока и рая.

— От тебя пахнет волшебством.

— Да что ты? А как от неё пахло?

— Эммочка, забудь. Не было ничего.

Дыхание Эммы сбилось, перед глазами полетели яркие звёзды. Яростная атака на её самолюбие и ревность была произведена с тактикой бывалого генерала, оружие которого уже готово было выстрелить, когда она остановила его поднятием указательного пальца вверх. Их условный знак: «стоп, надо кое-что поменять».

— Дорогой, как бы ты хотел её?

— Кого?

— Ну эту вашу, как её зовут, новую сотрудницу?

— Анастасия.

— А, так типа Анастейша, помнишь, как в фильме?

— Откуда я знаю, солнце? Давай не будем о ней.

Всё ещё внутренне злясь, Эмма хотела отомстить мужу и заставить его нервничать. Но он оказался непреклонен. Сил для сопротивления не осталось. Ладно. Мужики — что с них взять? Она ведь тоже не идеальна и иногда флиртует с коллегами или новыми клиентами, но это всё ради работы. Только ради дела!

Боря отправился в душ. Эмма перебралась на кровать и завернулась в одеяло.

Жаль, что айфон мужа на пароле, и невозможно прочитать переписку. А соцсетями он не пользовался, считал, что отнимают уйму времени.

Она взяла свой телефон и вошла в «ВКонтакте». Настроение постепенно улучшалось. Снова радовали весёлые поздравления. Многие писали в личку. Она движением пальца прокрутила ленту входящих сообщений. Одно из них поступило от новой девушки — Анастасии Приволжской. Неприятное упоминание об имени заставило открыть это письмо в первую очередь.

«Я из-за тебя чуть не погибла. Теперь буду вести себя также! Он обязательно бросит тебя, потому что ты его задолбала. Я и так терпела полгода, молчала, жалела тебя. Но ты меня сегодня чуть не убила! Теперь я сделаю все, чтобы он стал моим. Прощайся с мужем».

Внезапно стало жарко. Заболели руки. Очень страшно и больно в груди. Что дальше? Как действовать? Как жить? Терять его совершенно не хочется. А в ушах стучит только одна фраза: «Терпела полгода, молчала, жалела тебя».

Через несколько минут пришло чувство глубокого пофигизма: «Да и пусть. Пусть живет, как хочет. Мне теперь всё равно. Я теперь никому ничего не должна. Растоптать всё, что есть, променять будущее, нашу общую светлую семью, о которой так мечтали, о которой было столько разговоров?! Зачем? И как он мог это сделать? Всё рухнуло».

И страх. Ещё жуткий страх внутри. Страх жизни без него. Мурашки по телу, руки не поднимаются и полная апатия ко всему. Как жить без него? Как?