Глава 15. В преддверии

Эмма сидела за столом и точила карандаши. Аккуратно и упорно, стараясь получить идеально острый, как игла, кончик. Такими карандашами будет очень удобно прицельно бить в шею бывшего, инкогнито поджидая его в кафе. Очень неплохо придумано — вооружиться по полной: упаковка заточенных детских карандашей; двусторонний балисонг для демонстрации фокусов, а заодно угрозы и самозащиты; брелок с сильным лазерным фонариком — осветить путь в темноте или ослепить врага. Ржевская Эмилия Леонидовна выходит на тропу войны!

Он думает, что она ничего не поняла? Нееет! Он глубоко ошибается! Она поняла даже больше, чем все вокруг думают. Эти сучки полагают, что она отправила мужа в отставку? Будет теперь плакать? Или искать «доброго и верного»? Нет! Она прекрасно осведомлена: стоит только выпустить ремешок из рук, кобель сразу побежит к другой хозяйке. И будет бегать так вечно, туда — где лучше кормят и добрее обращение.

Нет! Его хозяйка — единственная и беспрекословная — Ржевская Эмилия Леонидовна. Как ненавидела она в детстве это старинное имя. Папа так ждал свою принцессу, что дал ей имя златовласой барышни в васильковом платье. А она выросла бестией, которая размазывает мужиков по стенке, а заодно и соперниц. Она обязательно вернет своего муженька. Не зря же на него всю молодость потратила. И что сейчас? Найти старого богатенького буратино? Или, может быть, разведенного, который и в первой семье не пригодился, а потом алименты и эти встречи с бывшей… Эмма усмехнулась. Или стоит попробовать молодого и крепкого красавчика, чем доказать Боре, что она еще «ого-го»? Всё будет! Всё попробует! Раз уж такие дела — чего теперь сидеть в старых девах?!

Но в одном Эмма была уверена на сто процентов: ей чужого не надо, но своё она возьмет, чьё бы оно ни было!

Эти глупые «вешалки», которых он меняет вместе с презервативами (хоть бы, хоть бы!), думают, что заимели крутого богатого мужика. Как бы не так! Такая корова нужна самому: богат, да — своя крупная строительная компания; красив, можно сказать даже модельной внешности, при этом особо не занимался спортом — так, изредка ради интереса приходил к Эмме в спортзал. А ведь она у него на работе только один раз была, да и то до офиса не добралась! Упущение. Исправим. Потом… Не пьет совсем, ну, на праздники не считается. Не курит, матом не ругается, ну это всё мелочи, хотя приятно, скрывать нечего! Она не морщится при нём, он всегда идеален, им можно гордиться в любой компании: вежлив, аккуратен, обходителен — настоящий джентльмен! К тому же, безусловно, лучший отец для Лилии. Никто не будет любить дочь больше, чем Борька.

Эмма мысленно заполняла табличку характеристик мужа: «плюсы» и «минусы». Есть, есть существенные минусы: невнимателен к её интересам (хотя ведь был у неё на работе много раз и знаком с кучей коллег), не помогает ей по дому (хотя сам себе гладил белье, да и ужинал частенько на работе, не напрягая жену готовкой). Что ещё? Ах да! Гуляет! Вот! Этот единственный грандиозный минус перекрывал все его многочисленные плюсы. Но! Эмма прекрасно понимала, что любая наивная дура будет успешно закрывать глаза на измены супруга и с пеной у рта доказывать: «Мой муж мне никогда не изменял». А Эмма не такая. Она отвоюет своего мужика! Отберёт у всех. Доведёт до изнеможения. Залюбит до смерти. Пусть даже на это понадобится потрать всю свою жизнь!

Но для начала отомстит! Так, чтобы запомнил урок и боялся даже глаз налево свернуть, так, чтобы при одном упоминании о других женщинах — тошнило.

План был до банальности лёгок и действенен. Но необходима помощь зала, то есть подруги. Она созвонилась с Надей и попросила приехать.

— Дорогая, выручай! Ты и только ты можешь мне сейчас помочь. Вы ведь с Дэном уже прям совсем серьезно встречаетесь?

— Ну да, — обрадовано ответила Надя, — собираемся заявление подавать, но пока не решили на какое число.

— Он может пожить с твоими котами временно? Очень-очень надо! Всё, что угодно проси — никто не должен знать о моих планах, кроме тебя и Дэна.

— Ну, теоретически может. Но у меня ведь осенние выставки, ты же знаешь.

— Я тебе помогу. Днём можешь быть свободна и любая помощь от меня. Я увольняюсь и пока совершенно свободна.

— Эмка, что ты задумала? Расскажи толком! Увольняться, когда только развелась — сумасшествие!

— Я найду другую работу! Это не проблема вообще. Уже ждут. У меня есть небольшие накопления. Месяца два продержусь, а больше не потребуется.

— А от меня ты что хочешь?

— Посиди с Лилей вечерами.

— А как же няня?

— Я её отпускаю.

— То есть?

— Ну, уволить я её не могу. Борька же нанимал. А так, скажу просто, мол, в услугах больше не нуждаемся, и отправлю с Богом.

— Так Борька же будет против.

— Пошлю его. Пофиг. Не его дело.

— Так не пойдет. Ты ведь знаешь, как он к этому строг.

— Понимаешь, надо, чтобы няня не слила Боре, что меня часто не бывает дома.

— А ты где будешь? Сама что ли за ним следить?

— Нет. Другое. Покрепче, — Эмма ехидно засмеялась. Складывалось ощущение, что эта слегка чёкнутая лохматая рыжая ведьма варит какое-то дикое приворотное зелье.

— Эм! Ты можешь внятно мне отвечать?

— Да я вся горю! Не могу прям! Ладно, слушай.

Она поведала Наде свою теорию возвращения Бориса, при этом даже чертила карты на листочке бумаги, строила какие-то нелепые графики и вела довольно обоснованные рассуждения.

— Ну? Что думаешь?

— Так. Стоп. Во-первых, если ты уберешь няню, будет только хуже. Борька начнет нервничать и выносить тебе мозг. Лучше старайся просто не пользоваться её услугами. «На сегодня вы свободны, Мария Николаева, я сама заберу Лилю и вечер проведу с ней». Пусть думает, что ты дома с ребенком.

— Слушай, ты права! Что бы я без тебя делала! — возбужденная Эмка полезла обниматься.

— Во-вторых. Как ты устроишься на работу в фитнес-центр Москва-Сити? Там же все свои кругом.

— Ну а я что, — она встала и покрутилась, слегка покачивая бедрами, махнула рыжей гривой, — не своя?

— И?

— Помнишь Маринку? Я тебе про неё рассказывала. Такая вся из себя, аж противно.

— Ну?

— Я ей уже позвонила. Она сейчас там в башне «Око» работает. Говорит, от красавчиков отбоя нет. Я ей очень даже подхожу. Так что обещала взять. Она там управляющая.

— Круто!

— А я что говорю?! Всё как по маслу пойдет. Вот увидишь. Главное, возьми хоть на пару месяцев Лилю на себя.

— Хорошо, Эм. Чем смогу, как говорится, — Надя развела руками.

В начале октября Эмма вышла на работу в новый элитный фитнес-клуб в «Москва-Сити». Её целью был объект, уже не раз обсуждаемый с бывшей коллегой — Мариной, которая, благодаря своему напору и обаянию, стала управляющей в данном клубе, параллельно выйдя замуж за представительного бизнесмена, живущего здесь же в комплексе, но несколькими этажами выше.

Марина сидела в своем кабинете и слушала несчастную историю любви.

— Да, таких козлов, как твой муженек, пруд пруди. Но мы его проучим. Главное, не ругайся с ним. Пусть всё происходит у него на глазах. Вотрись в доверие. Сделай вид, что разлюбила. А лучше — что полюбила! Да! Но другого. Более богатого и успешного. Представляешь, как это ударит по его самолюбию? Его красоточку увел какой-то хмырь. Все они своих противников хмырями считают, будь тот даже на голову выше и на миллиард долларов богаче.

— Да, он приходил в выходные, забирал дочку, гуляли. Я специально не разговариваю, типа мне всё равно, как он живёт.

— А как он живет? Ты знаешь?

— Ну, по дружбе, у меня новый друг — детектив, навожу справки. Он жучка поставил на машину. Так что я в курсе, что творится в Борькином авто, и где он бывает.

— Супер! Подкинешь контакт?

— Без проблем.

— А что детективчик-то, ничего такой?

— Да, симпатичный, но безнадежно женат… на своей работе. Я даже пыталась прикадриться к нему, но он сразу предложил дружеский секс. Мол, я люблю говорить прямо: с моей работой не может быть семьи, а вот для интима с тобой, рыжее солнце, всегда доступен. Только мне оно не надо — остались добрыми друзьями. Я ему на прошлой работе абонемент сделала по большой скидке. Так что мы в расчете.

— Хм, а почему тебе секс не нужен?

— Не хочу пока, — Эмма вздохнула.

— Что такое подруга? Может к сексологу или психологу сходить?

— Марин, ты любишь своего мужа?

— Ну как сказать? Конечно!

— А вот я люблю. Не хочу просто никого, кроме него, понимаешь? Не стоит.

— Ясно. Это клиника. Тебе бы к психиатру. Ладно, проехали. Короче, слушай сюда. Объект: Лев Николаевич Гредасов. Крупный бизнесмен, миллиардер. Женат. Жена живет где-то далеко за границей, в Германии, кажется, но у него во многих странах недвижимость, так что и на тебя хватит.

— Мне не для того.

— Ладно, я так, на всякий случай. В общем, ты — его идеал. По разговорам. Он шляется сюда изредка, больше для окучивания молодых любовниц, чем для спорта. Но ничего так, подтянутый.

— Лет ему сколько?

— Сорок восемь в начале октября будет. Но это не показатель.

— Мне везет на весов.

— Да ладно, у твоего тоже скоро день рождения?

— Да, буквально на будущей неделе. Не знаю даже, какой подарочек достойный ему подготовить.

— Тогда у нас мало времени. Ничего. Я тебе помогу! Подарок будет, что надо!

— А именно?

— Льва Николаевича ему подаришь. В упаковке с красным бантиком.

— Марин, но как?

— Успокойся. Я всё продумала. Когда ты мне позвонила, я сразу просекла что к чему, нам выгодно такое сотрудничество. Я поставляю богатеям девушек их мечты, а они мне — различные новшества в клуб и не только. Ладно, сейчас не об этом. Связи, понимаешь, дорогая? Всюду нужно заводить полезные связи или… находить достойный компромат.

— Ах ты! Хитрая!

— А то! Не работала бы здесь, не будь хитрой. Ладно. Давай по делу. Я ему расписываю, на чем свет стоит, твою кандидатуру. Дальше — завтра вечером — работа за тобой. Ну, учить тебя не надо — одну школу проходили. Сделай всё, что можешь, и уже на следующий день ты станешь официальной фавориткой короля.

— Маришка, я твой должник на веки!

— Ой, да ладно! Приятно помочь по старой дружбе. Тем более, у меня свои интересы в этом деле.

Двумя днями позже Эмма сидела в ресторане и тоскливо жевала безвкусный греческий салат. «Боже, какой же он придурок! Ну откуда таких берут? И как он смог подняться и заработать такую кучу денег?» — думала она, слушая сидящего напротив немолодого мужчину. Лев Николаевич всеми силами пытался заинтересовать молодую спутницу. Рассказывал какие-то байки из путешествий по всему миру, расписывал шикарность своих домов, раскиданных по всему свету. Практически не говорил о работе, упомянул только, что занимается закупками для … и поднял указательный палец вверх.

Эмму ужасно бесило это бахвальство. Казалось, что её покупают. Какого черта она здесь делает? Ей нафиг не нужны его миллионы, тем более вкупе с немолодым и далеко несимпатичным телом (Марина сильно преувеличила, назвав его подтянутым). Она слушала лекцию о богатстве и на каждое предложение говорила внутри «А вот Боря…», но, конечно, не произносила этого вслух. Хотелось позвонить по любимому номеру, единственному, который помнила наизусть, и сказать: «Забери меня отсюда, пожалуйста». Но сделать этого она не могла. Выпила ещё водки и решила сбежать. Да, Лев Николаевич безумно богат и мог бы стать отличной партией. Но если она сейчас же не уедет отсюда, то её просто стошнит от самой себя и своей продажности.

Льву Николаевичу безумно нравилась эта яркая и безбашенная рыжеволосая девушка. Она будила в нём все давно забытые горячие чувства.

— Эмилия, вы как истинная Маргарита предпочитаете водку? Может быть, отправимся на бал сатаны?

Ба! Дык он ещё и начитанный! Эмма была приятно удивлена. Вытащить из него пару билетов в Большой театр — и дело с концом. Она откинулась на стуле и хитро прищурила глаза. «Если уехать сейчас — обидится, не подойдет больше в клубе. А мы — инструкторы — должны уважать и облизывать каждого клиента. Особенно, когда работаешь в «Око». Ладно, дорогой, сделаю тебе квест», — она усмехнулась.

— Да, я с удовольствием полетала бы на метле. Пошли?

Он удивился. От неожиданности было поднялся со стула, но тут же присел обратно. Видимо, инструкция по безопасности не позволяла летать с ведьмами на метле.

— То есть? Что вы имеете ввиду?

Эмма подмигнула.

— Внимательно смотрите в окно.

Встала и вышла из зала. Лев Николаевич обернулся на окна и долго смотрел в темноту. Целых минут пятнадцать. Но ничего не происходило. В итоге понял, что девушка просто сбежала. Такого явно не ожидал. Его не бросают! Наоборот, все только и делают, что бегают за ним. Он набрал номер. В ответ послышалось: «Абонент временно недоступен». Тяжело вздохнул. Решив разобраться завтра с Мариной, рассчитался и отправился домой.

Эмма же ехала в такси. К Андрею. «Единственный человек, который может меня сейчас успокоить, это Андрей. Мне нужен друг. Не подруга, которая будет стенать и жалеть. А друг. Настоящий. Тот, кто подскажет, что делать и как быть». Автомобиль мчался по набережной, проехала поворот к дому, где сегодня Надя ночевала с Лилей. Тут Эмма увидела черный «мерс» со знакомыми номерами.

— Стойте! — крикнула она водителю так резко, что тот чуть не попал в аварию. — Дальше я не еду.

Она бросила на сидение деньги и выскочила из машины. Огляделась. На улице было холодно и пустынно. Бориса нигде не видно. Она подошла к родному авто. Погладила задние стопари. Когда-то она так любила эту их лошадку. И сейчас любит. Удобный, комфортный. Малыш. Она, не боясь испачкаться, прошла вперёд, проводя пальцем по блестящему кузову, — к фарам: хотела посмотреть в дорогие «глаза», и тут заметила на водительском сидении своего бывшего мужа. Он откинулся на спинку, прикрыв веки, и слушал музыку. Она уже поняла ошибку своего порыва, но в этот момент Боря открыл глаза и тут же потянулся к ручке двери. Времени не было. Эмма резко повернулась на каблуках и бросилась прочь. Боря догнал её в два прыжка. Схватил за локоть.

— Стой!

— Что?

— Ты что тут делаешь?

— Домой иду. А ты?

Он промолчал. Признаться, что скучает, видимо, не хватало смелости.

— Как Лиля?

— Отлично, ты ведь вчера с ней виделся.

Он подошел ближе.

— Замерзла? — спросил, обнимая.

Эмма прижалась к широкой груди и вдохнула родной аромат. Говорить что-то, значило бы показать свою слабость. Лучше промолчать. Но оторваться от него сил не было. Он поцеловал её в макушку. Погладил по затылку, зарылся пальцами глубоко в волосы, напрочь испортив так тщательно уложенную прическу. Эмма подняла голову и почувствовала запах виски.

— Ты пьян?

— Нет, — помотал он головой и, воспользовавшись тем, что губы их находятся на опасно близком расстоянии, примкнул к ней. Она отвечала жарко, пытаясь не упустить ни одной детали случайного мимолетного поцелуя. Они чужие. Они такие родные. Руки Эммы залезли глубоко под куртку и рубашку мужа и согрелись на его горячей спине. Он вёл себя более сдержанно. Гладил осторожно, будто пушинку. Был нежным. Легонько целовал в шею и уши. Дышал любимой женщиной, прижав её голову к своей груди.

— Ты самая-самая, слышишь?

— Почему?

— Я не знаю. Ты пахнешь так. Ярко.

— И всё?

— Нет. Я не знаю, как сказать. Я не умею говорить.

Он продолжил жадно целовать её.

— Можно я докажу делами, что всё понял? — прошептал, наконец.

— Борь, — она отстранилась, вдруг осознав, что это уже слышала. Да, он родной. Рядом. Он — её муж, что бы там ни было написано в паспорте. Но только недавно говорил подобное и не выполнил своего обещания. Верить нельзя. — Борь. Давай останемся добрыми друзьями?

— Что?

— Ты всё правильно услышал. Я не готова тебя простить. Но я хочу с тобой дружить. У нас общая дочь. У нас многое было, чего не вычеркнешь. Я думаю, не стоит ругаться и ссориться. Давай просто будем друзьями?

— Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает.

— А дружба между бывшими мужем и женой бывает? Или только врагами можно расстаться?

— Ну, зачем врагами? Конечно, бывает, — он окончательно расстроился и отпустил Эмму из объятий.

Она отошла на безопасное расстояние, чтобы говорить серьёзно и не думать о нём, о прошлом, о будущем.

— Отлично. Я рада, что ты согласен. У тебя скоро ведь день рождения. Мы с Лилей с удовольствием придём, она все уши мне прожужжала о празднике. Будет что-то интересное?

— Да, я обещал ей фруктовый торт в полный рост.

— А что еще интересного там будет для маленького ребёнка?

— Эм, это загород. Там хорошая игровая комната, Лиле понравится, к тому же некоторые друзья приедут с детьми.

— Отлично, — повторила Эмма. Надо срочно бежать, пока она не разрыдалась и не высказала ему всю правду: как не хочет ему мстить и проучать его. И почему он такой тупой и не видит всех её переживаний!? Неужели он совсем, вот совсем её не любит? Но ведь приехал сюда!

Она отвернулась, чтобы ветер смахнул слезы.

— Ну ладно, Борь, тогда созвонимся. В конце недели.

— Можно я в среду Лилю заберу? К родителям. Они просили.

Эмма повернулась.

— То есть на праздник приедут сразу с ней?

— Да.

Она задумалась. Ну, хотя бы у Нади будут свободные дни. А ещё не стоит забывать, что придётся сочинить сценарий быстрой дрессировки Льва Николаевича.

— Хорошо. Когда заберешь?

— Утром.

— Окей. До встречи.

Она, не поднимая глаз на бывшего мужа — слишком отчетливо читались её мысли в потухшем взгляде, — махнула рукой и поспешила к дому. Надобность в Андрее отпала. В Боре — прибавилась в разы. Чем больше они отдалялись друг от друга, тем сильнее тянуло обратно.