Глава 25. Уравнение с двумя неизвестными (от лица Бориса)

Совершенно не собирался с ней знакомиться. Но если Эмма хочет стать Пугачевой, то отчего бы и мне не войти в роль старого богатого олигарха. Я тоже чего-то стою. Кристина была совсем молодой, по всей видимости, студенткой, так как склонилась над какой-то тетрадью, исписанной мелким почерком.

Мы сидели за соседними столиками в Макдональдсе. Уже неделю не ем нормально, не сплю. Ужасно раздражает поведение бывшей жены. Такое ощущение, что ей просто плевать, что всё разваливается к чертям. Сейчас выйдет замуж за своего молокососа и что дальше? Он её даже обеспечить не сможет как следует. А Лиля? Её я, конечно, сразу заберу. Не допущу, чтобы мою любимую дочь воспитывал какой-то лузер, да ещё и толераст. Что Эмма только в нём нашла?

Да, мне было тяжело переносить все её приключения и истерики. Искренне боялся за семью, когда Олег, муж Наташи, написал Эмме письмо. Но обошлось. Он оказался обычным трусом, который в ответ на мой игнор полез к слабой женщине. Своего он, конечно, добился и нервы хорошо помотал. Но Эмка молодец, справилась! Умеет защитить себя. Хорошо, когда женщина в нужный момент может устроить скандал и ей все сойдет с рук. Я что должен был набить ему морду? А значит банально и глупо раскрыться перед Эммой? Она, естественно, подумала бы, что бьюсь за чужую женщину — значит, люблю другую. Нет, это совсем не по мне.

С Натальей мы после скандала так и не встретились. Жаль, конечно, хотелось услышать её мнение об этой ситуации, понять, как она смотрит на реакцию мужа. А вот сам Олег ещё пару раз написал мне свои грозные писульки. Но я включал абсолютный игнор — чем, думаю, ещё больше его выбесил. Ну ничего, время лечит, успокоится.

Интересно, куда делся Эмкин Лёвчик? Может быть, по своей супруге соскучился и решил устроить к ней визит. Скучно же одному, да и супружеский долг никто не отменял. Хотя вряд ли, у него для неё «слишком много дел». Такие парни, как Лёва, в одиночестве не останутся, наверняка, уже кого-нибудь облизывает, уверен, вовсе не мою Эмму. А это говорит о том, что остался последний конкурент — этот мальчик. Конечно, никто не застрахован от того, что будет третий, четвертый, пятый. Надо с Эммой что-то решать. Не хочу я, чтобы моя жена по рукам пошла. И домой нельзя. На расстояние вытянутой руки к себе не подпускает, гордая. Я её, конечно же, люблю, но в то же время и ненавижу. Ведь всю душу измотала. Другой такой не найти, это точно, она всё-таки необыкновенная женщина, такая яркая, такая родная, и так меня заводит. Пусть не убирается по дому и не готовит, пусть, всё это мелочи. Справлюсь. Но как завоевать её внимание, как возобновить её страсть ко мне? Нужно придумать что-то новое, то, что её зацепит. Сделать так, чтобы она обо всём забыла. Разбудить в ней ту самую — неповторимую, чтобы она снова почувствовала себя лучшей. Как же нравится мне её счастливый блеск во взгляде, который она дарит в знак благодарности за то счастье, что я даю. Взять хотя бы этого мальчика — и столик ему накрыла, и платье какое-то там нацепила, конечно же, мне неприятна эта ситуация и даже задевает. Не верится, что Эмма с ним задержится, станет долго встречаться! Не её ранга паренёк, но как известно, женщина любит ушами. Наверняка, поёт ей какие-то песенки и байки про своё творчество и успех у женщин, но он, конечно же, однолюб и его выбор, конечно же, Эмма. А ведь женщинам это и надо, пусть даже они догадываются, что это всё сказки, но им нравятся подобные речи, глупышки. Расплываются от нескончаемых комплиментов, влюбляются, а если ещё и добавить немного алкоголя, то у парней есть все шансы провести незабываемую ночь в объятиях своей спутницы. Боюсь, что Эмма тоже может не справиться со своим «я», и даже назло мне принять этого молокососа и оставить на ночь у себя. Да. Может! Она же с характером!

А я как должен на это все реагировать, караулить этого сосунка у моего родного дома и провести с ним поучительно-воспитательную беседу?! Эмма сначала разозлится на меня, после, возможно, передумает. Или даже у неё опять проснутся чувства ко мне, ведь по природе самка выбирает победителя. Но через какое-то время она снова включит неприступность и независимость.

Нет, я покажу Эмме, сколько во мне энергии, хватки, обаяния, я ещё очень молод и достаточно симпатичен женщинам, многие будут за меня бороться. Вызову в ней ревность, она взвоет, не сможет быть ни с кем, тем более со своим молоденьким сосунком. Она пожалеет ещё, что так себя ведёт, мое терпение не бесконечно.

И кстати, зачем зря время терять? Я просто обязан жить достойно и хочу, чтобы меня действительно любили. Неужели не заслуживаю?

Тем более, эта девочка за соседним столиком на меня поглядывает уже целых полчаса, как раз идеально подходит для новой спутницы.

Злит, конечно, нереально. Я пришел домой! Поговорить! Ведь сама звала погулять с Лилей. Договорились же! Что за человек? Ведь дочь скучает по нормальной семье. Почему Эмма не может этого понять, откуда такой эгоизм, думать про себя, забывая о главном — о дочери? На мой взгляд, должно быть намного проще — давай вернем всё, как было: Лиля с мамой и папой, все счастливы. Нет, надо измотать мне все нервы! И ведь будет потом звонить: «Забери Лилю», «Когда приедешь?». Хочу полноценную семью. С нормальной женой, а не истеричкой. С дочкой, которая «спокойной ночи» желает. Обнимать, любить их. Не хочу, чтобы кто-то имел мою женщину!

Уже столько времени сам до неё не дотрагивался. Еле сдерживаюсь. Насиловать не в моем стиле, но иногда так хочется. Да и от просто секса не откажусь. Она там, небось, с этим мальчиком зажигает вовсю. Не хочет меня — ёе проблемы, уж я-то найду выход. И не важно, что эта девушка напротив очень молоденькая. Таких даже легче крутить — у них ещё не завелись тараканы. Сколько ей? Девятнадцать, двадцать? Нда, надеюсь, она совершеннолетняя. Подняла на меня глаза. Елки-палки, я ей в отцы гожусь. Прикольно, конечно. А вдруг? Чем чёрт не шутит?

— Приятного аппетита! Можно присесть?

— Тут полно свободных мест, — она обвела рукой зал.

— Мне понравился этот столик, — я сел и добавил, — и его хозяйка.

— Ой, — она потупила взгляд. — Да не к чему это. Я учусь.

Девочка совсем растерялась. Хорошенькая такая. Кожа гладкая, молодая. Грудь торчком. Волосы русые прямые и такие шелковые. Вся невинность наружу. Интересно, она девственница?

— Как твое имя, незнакомка?

— Кристина.

— Редкое — пошутил я. — Я — Борис.

— Очень приятно.

Реакции на шутку не последовало.

Она закрыла тетрадь. Интересно, почему решила не учить лекции дальше, чем я её привлек?

— Где учишься? — я решил идти в напор, нельзя делать большие паузы.

— В РГГУ.

— Здорово! А на кого?

— Специалист по межкультурным коммуникациям.

— Ещё лучше. И как у вас с коммуникациями?

— Более-менее, — она продолжала застенчиво улыбаться и смотреть в стол.

— Может, прогуляемся?

— Да мне в университет надо бежать.

— Не смею задерживать.

Она заметно расстроилась и встала из-за стола. Я сказал напоследок:

— Оставишь телефончик? Могу вечером забрать из универа, вечерами теперь темно и небезопасно.

Она на секунду задержалась, видно, обдумывала, не маньяк ли я. Глупая. Беги.

Но она вернулась к столу и написала номер телефона на салфетке.

— Я сделаю прозвон, как закончишь — набери мне, подъеду.

Она кивнула и ушла, всё время оглядываясь.

Заинтересовал её или нет? Неважно. Их тысячи. Не эта, так другую найду. Главное, доказать Эмме, что я тоже не старый и очень даже привлекательный.

На работе взял отпуск, но, конечно, ездил туда по делу и без дела. В остальное время скучал один в своей холостяцкой хате. Славка был сильно занят житейскими делами — у него намечался переезд за город, все свободное время занято ремонтом и покупками.

В квартире я откровенно скучал. Сначала отсыпался. Потом смотрел какие-то фильмы, спортивный канал. Однажды выпил стакан вискарика, но одному этим заниматься абсолютно не интересно. Понял — не моё. Хочется рядом теплую родную женщину. Ничего, что немного ворчит, главное окружить её нежностью, и твоя женщина снова будет тебя любить. Так приятно, когда ты кому-то нужен. Есть кого нежно шлёпнуть по заду и к кому прижаться в постели. Есть кого попросить помять затекшие плечи. А для еды можно ведь и повара нанять, в конце концов. Или на полуфабрикатах жить, как в Америке. Фу. Нет. Лучше сам научусь готовить. Эх, Эмка, какая же ты всё-таки дура! Да ты меня и видеть теперь не хочешь. И этот придурковатый откуда-то нарисовался. Наивный, на что он рассчитывает? Наверное, давно у него не было воспитателей.

Посматривал на часы. Уже восемнадцать тридцать. Наверняка, пары закончились. Почему Кристина не звонит? Наверное, слилась. Поеду-ка я к Эмме, посмотрю, что да как?

Я оделся и вышел на улицу. Брать свой «мерс» для таких прогулок не лучшая идея — девочка влюбится в машину, а не в меня — да, я всё ещё надеялся на звонок от новой знакомой.

Воспользовался каршерингом и выбрал недорогой «хёндай». Пусть, в случае чего, видит меня обычным менеджером.

Сел в машину и выехал на свой старый адрес. В этот момент зазвонил телефон: Кристина.

Отлично! Поехали. Резко развернулся в сторону Новослободской.

— Алло, — протянул я томно, получилось чересчур самодовольно.

— Привет. Я освободилась. Ты обещал забрать.

— Да, скоро буду. В холле подожди, там теплее. Позвоню, как подъеду.

Надавил на гашетку что есть мочи, несмотря на ограничение в скорости. Через несколько минут был возле университета. Припарковался. Набрал её номер и подошёл к центральному входу. Она уже шла навстречу. Улыбка обворожительная. Надо было цветов купить. Ладно, нечего баловать, в другой раз.

— Привет, — я легонько прикоснулся губами к её щеке.

— Привет. Я освободилась.

Да, с коммуникациями у девочки не очень. Ну, может научится к концу учёбы.

— А ты на каком курсе учишься? — поинтересовался я, пытаясь угадать её возраст.

— На третьем.

Ага, значит двадцать или двадцать один год. Уже хорошо, хоть не статья за малолетку. Поехали дальше.

— Прогуляемся? Поужинаем?

— Ой, нет. Мне бы домой. Мама будет волноваться.

— А ты где живешь, в каком районе?

— В Отрадном.

— Поехали. Но завтра обещаешь предупредить маму и поужинать вместе?

— Хорошо, — она улыбнулась и покорно пошла за мной.

На «хёндай» отреагировала совершенно спокойно — просто средство передвижения, приятно. Девочка заметно нервничала и не знала, о чём со мной говорить. Но я деликатно открыл для неё дверь, ей было приятно. Сначала она очень стеснялась, но постепенно немного расслабилась. Я расспрашивал об учебе, о профессорах, сокурсниках. Конечно, поинтересовался, есть ли у неё парень, хотя ответ был очевидным — нет. Ей было приятно, что интересуюсь её жизнью, при этом не забывая делать комплименты и морально поддерживать.

Пока доехали, узнал о её учебе больше, чем мог бы рассказать о своей. Вышли из машины. Довёл девушку до подъезда. Как настоящий джентльмен, поцеловал руку и пожелал спокойной ночи, напомнив об обещанном ужине.

На следующий день настроение было вполне себе ничегошным. Съездил на работу. Позвонил Эмме — она говорила спокойно, будто ничего не произошло. Спросила, приеду ли сегодня к Лиле. Пообещал приехать. Немного разгрёбся на работе. Весь день в голове кружилась какая-то песня из прошлого. Сектор Газа. Чертовски приятно чувствовать себя молодым. После работы поехал за Лилей. Забрал её из садика. Весело погуляли. Пошли домой только, когда начался дождь. Эмма напоила нас чаем с плюшками. Стала много готовить — удивительные вещи творятся в этом доме в отсутствии папки. Почему при мне не успевала? Сели в большой комнате с дочкой, включили мультики. Эмма ушла. Слышно, как в соседней комнате с кем-то разговаривает по телефону. Решил не беспокоить её, да и самому не расстраиваться лишний раз. Уходить не хотелось. Кинуть студентку тоже нехорошо. Да и Эмме я, наверное, не очень-то интересен. Вон — сидит в соседней комнате и к нам даже не заглядывает. Чмокнул Лилю в макушку. Поднялся.

— Пап, ты куда? — на глазах её появились слезы.

— Я тут. Никуда не ухожу. К маме пойду, спросить — что будет на ужин.

— А, хорошо, давай скорее, я хочу тебя обнять, — она протянула ко мне ручки. Я поднял малышку и чуть сам не прослезился. Крепко поцеловал и опустил обратно на ковёр.

Тихо прошёл в соседнюю комнату. Там Эмма уже минут тридцать разговаривала полушепотом.

— Илюш, ну я не могу его сейчас выставить. Ты пойми, он же отец! Лиля к нему хотела, ждала несколько дней. Завтра, завтра увидимся как обычно. Провожу Лилю в сад и приеду. Ладно. Давай, потом созвонимся. Итак уже долго с тобой болтаю.

Она нажала кнопку и обернулась. Увидев меня, резко встала с ковра, на котором сидела. Подошла близко и шепотом произнесла:

— Всё слышал?

— Всё, что нужно.

Мы молча сверлили друг друга глазами. Я понял — мира ждать не приходится. И говорить нам не о чем. У неё Илья. У меня — Кристина.

Я вернулся к Лиле. Стал активно комментировать мультфильм. Потом сказал, что ей пора спать, но она заскулила — ещё рано. Как уйти так, чтобы не травмировать сердце дочери? Забрать её с собой? В холостяцкую квартиру? Эх, Эммочка, зачем ты разрушаешь нашу жизнь, и с каждым разом всё сильнее и сильнее?

Решил свалить всю вину на мать. Раз она такая, пусть и остается «плохим полицейским».

— Эмма, я хочу остаться на ночь.

Она расширила глаза, в них читалось: «Не делай из меня урода!», но я знал, на что иду. Оставаться там, где меня не ждут — не хочу. Хотя Лиле я нужен. Но сейчас всё зависит от реакции её матери.

— Нет. Тебя ждут.

— Мамочка, ну почему? — Лиля разрыдалась, вскочила и убежала в комнату.

Нет ничего хуже, чем слышать крик дочери и видеть её слезы. Я устремился за ней. Пусть Эмма живет, как хочет. А я не могу этого терпеть. У мамы же, видимо, железное сердце.

Я сел на край кровати в детской. Лиля плакала, гладил её по спине, прижимал, укачивал. Постепенно она заснула. Я аккуратно положил дочку на постель и укрыл одеялом.

Вышел в коридор. Эмма стояла у входа.

— Успокоил? Молодец. Спасибо. Спокойной ночи.

Не хотелось ничего отвечать. Просто оделся и вышел. Она сама всё сделала. Не нужен здесь, буду нужен в другом месте.

Позвонил Кристине, чтобы ни о чем не думать. Она сразу же ответила, что готова ехать со мной. Отлично. Забыться. Окунуться в новые эмоции, яркие события. И не думать о семье. Не решать ничего, никаких проблем. Пусть они остаются там, у Эммы. У меня всё будет хорошо. Только Лилю я заберу. А то не известно ещё, чему научит её этот новый мамкин ухажер.

В голову пришла интересная мысль: оставлю-ка я однушку Эмме. Пусть делает там что хочет и с кем хочет. А сам буду спокойно жить в нашей квартире с Лилей. Опять же для Марии Николаевны есть отдельная комната. Прекрасная мысль! Чудесная. Завтра же укажу Эмме её место, раз ей этот голодранец дороже, чем я.