Илья

Меня так бесило, что Маша хочет от меня лишь секса. Хотя, казалось бы, я ведь сам до недавнего времени вёл себя примерно таким же образом с другими девушками. Более того, меня напрягало их неизменное желание постоянно всё усложнять, и я мечтал однажды встретить ту, с которой мы бы смотрели на вещи одинаково. Теперь же, когда я, наконец, её встретил, меня это ни черта не устраивало. Именно с Машей мне хотелось, чтобы всё было иначе. А вместо этого я чувствовал себя так, словно меня используют. Противное ощущение. Маша не спешила выполнять мою просьбу снять платье. Стояла и смотрела на меня своими огромными глазами, как кролик на удава. Будто я попросил её о чём‑то запредельном. Но ведь она сама этого хотела, не так ли? – Что такое, Маша? Хочешь, чтобы я помог тебе? – спросил я, склонив голову на бок, не в силах хоть на секунду оторвать от неё взгляд. Сегодня она была особенно красива. В этом белом платье с распущенными светлыми волосами похожа на ангела. Только крыльев за спиной не хватало. – Нет, – хрипловатым голосом ответила она. – Ты первый. Я усмехнулся и послушно стянул через голову водолазку, бросив её на стул. Маше понравилось то, что она увидела. Её губы соблазнительно приоткрылись, а взгляд приклеился к моему голому торсу. Я знал, что у меня красивое тело, но ещё никогда прежде так не гордился этим. – Теперь твоя очередь, – произнёс я, опираясь поясницей и локтями на барную стойку. Но Маша всё ещё не торопилась раздеваться. Огладила ладонями подол своего платья, будто хотела избавиться от несуществующих складок. А потом подняла на меня взгляд и тихо поинтересовалась: – Ты не мог бы отвернуться? – Зачем? – не понял я. – Я бы не хотела, чтобы ты смотрел. – Почему? – Потому что… потому что, – неловко пожав плечами, выдала она исчерпывающий ответ. – То есть мне совсем нельзя смотреть? – уточнил я. – Ты разденешься и спрячешься под одеяло? – Было бы идеально, – скромно улыбнулась Маша. – Нет, так не пойдёт. Я оттолкнулся руками от стойки и направился к ней. Маша часто захлопала ресницами и обхватила себя руками за плечи, будто желая защититься. Это не понравилось мне. Я бы хотел, чтобы со мной она чувствовала себя свободно. – Я хочу тебя видеть, – сказал я, укладывая ладони ей на талию. – Не нужно меня стесняться. Она всё ещё слегка дрожала. С ума сойти. Что же с ней будет, когда я окажусь внутри? – Я просто немного волнуюсь, – призналась Маша, осторожно дотронувшись пальцами до моей груди и проведя ими вниз до самого пояса джинсов. Моё тело бурно отреагировало на её скромную ласку, заставляя меня шумно втянуть носом воздух. Я притянул Машу к себе и заключил в объятия. Она, как нежный цветок, источала тонкий сладкий аромат. Запустил пальцы в её шёлковые волосы, отстранился и посмотрел в глаза. Несмотря на то, что комнату заливал дневной свет, Машины зрачки были расширены, их окружал лишь тонкий голубой ободок радужки. Я прекрасно понимал, что это значит. И всё же… – Нам не обязательно торопиться, – мягко произнёс я, хотя самому адски хотелось обратного. – Всё в порядке, – ответила Маша. И спустя мгновение добавила тише: – Поцелуй меня. Пожалуйста… Дважды просить ей не пришлось. Я наклонился и накрыл её губы своими, толкнулся языком во влажную глубину рта, прижимая Машу к себе сильнее. Она так сладко застонала и сразу сделалась мягкой, податливой, позволяя мне ласкать её сквозь ткань платья, где и как захочу. В джинсах стало тесно. Невыносимо хотелось избавиться от них, но в заднем кармане лежал презерватив. И потом, ещё сильнее я желал освободить Машу от её прекрасного платья и посмотреть на то, что пряталось под ним. – Подними руки, – потребовал я, заставив себя оторваться ненадолго от её вкусных губ. На этот раз Маша послушалась меня и завела согнутые в локтях руки за голову. Я подхватил нижний край её платья и потащил вверх, с наслаждением наблюдая, как сантиметр за сантиметром обнажаются соблазнительные девичьи изгибы. И вскоре золотистые волосы рассыпались по голым плечам девушки. А платье за ненадобностью полетело куда‑то в сторону. Маша опустила руки вдоль туловища и осталась стоять передо мной только в чёрном нижнем белье и полупрозрачных бежевых колготках. Её расфокусированный взгляд жадно следил за моим лицом, считывая реакцию. А я как завороженный разглядывал красивое девичье тело. Оно так и манило прикоснуться. Я обнял Машу одной рукой за талию и притянул к себе, другой коснулся её шеи. Провёл большим пальцем по щеке и красным от поцелуев губам, сминая их. Снова поцеловал, с наслаждением втягивая и прикусывая каждую по очереди. Стянул лямку бюстгальтера с Машиного плеча, приник к нему губами, оставил влажный след языком по гладкой коже, отчего руки девушки вмиг покрылись мурашками. – Пойдём на кровать? – Мой голос прозвучал хрипло. Маша прикрыла глаза и согласно кивнула. Я подхватил её на руки и уложил спиной на постель, накрывая сверху собой и продолжая жадно целовать. Губы, шею, грудь – всё, что было для меня доступно и манило своей привлекательностью. Я едва контролировал себя, чтобы не оставлять засосы на нежной коже. Маша страстно мне отвечала, впиваясь пальцами в мои плечи и закрывая глаза от удовольствия. Её тело трепетало под моим, и мои ласки становились всё смелее и настойчивее. Я сжимал её грудь, проталкивая ладонь под плотные чашки бюстгальтера, с нажимом оглаживал рёбра и плоский девичий живот, варварски сминал Машины ягодицы. Я хотел её как никого никогда. А Маша хотела меня, в этом не было никаких сомнений. Её тело красноречиво говорило об этом, выгибаясь и отвечая трепетом на каждую мою новую ласку. Смотрел ей в глаза и гладил рукой между бёдер, где было горячо и влажно – это чувствовалось даже сквозь ткань белья и колготок. Машины ресницы порхали, дыхание стало частым. Я больше не мог терпеть, хотел как можно скорее перейти к главному. – Давай снимем это… – Сжал в кулаке верхний край её колготок и трусиков, с силой потянул вниз, но тут меня остановили. – Илья, подожди… – выдохнула Маша. Тонкие девичьи пальцы обвились вокруг моего запястья и потянули в другую сторону, пытаясь помешать мне осуществить задуманное. – Что такое? – отозвался я, с неохотой повинуясь им. – Я должна тебе кое‑что сказать… – Говори. – У меня это… впервые. – Что впервые? – Я девственница.