Илья

– Честно говоря, я уже думала, что всё, ничего не будет, – изумленно посмотрела на меня Маша, а её прекрасные голубые глаза распахнулись ещё шире. После того что я узнал, уже больше не мог воспринимать эту девушку как раньше. Нет, я по‑прежнему хотел её до потери пульса, даже ещё сильнее, но теперь она казалась мне очень хрупкой и ранимой, почти хрустальной. Меньше всего на свете мне хотелось чем‑то ей навредить. Наоборот. Я испытывал какое‑то фанатичное желание защищать Машу. И показать ей, что мир на самом деле не так уж плох. Даже если я сам до конца в этом не был уверен. А того козла, который обидел её, я просто возненавидел всей душой. Хотя говорят, что это нездорово – ненавидеть людей, с которыми ты лично не знаком. – У меня и в мыслях не было отказываться, если ты так подумала, – заверил я, нежно проводя ладонью по её мягким и холодным волосам, сметая с них снежинки. – Я тормознул, только чтобы в ситуации разобраться. Потому что у меня это тоже впервые. – Ты тоже девственник? – не преминула подколоть меня Маша. Обожал, когда она становилась такой озорной кошечкой. – Нет. С девственницей у меня будет впервые, – с улыбкой пояснил я очевидное. Маша взволнованно вздохнула, глядя на меня исподлобья своими голубыми омутами и цепляясь за лацканы моего пальто тонкими пальчиками. – Честно говоря, я уже всю смелость растеряла, – мило призналась она. Я сжал её крепче в своих руках и со стоном прошептал на ухо: – Не заставляй меня умолять. Маша мелодично рассмеялась. Это был хороший знак. Но дурацкое ощущение, что эта девочка вот‑вот может выскользнуть из моих рук, и я навсегда её потеряю, всё ещё не отпускало. – Ух ты, какие люди! – раздался из‑за спины удивлённый возглас. И мы с Машей одновременно повернули головы на звук. В нескольких шагах от нас стояла Машина тётя, держа в руках небольшую белую коробку с логотипом известной кондитерской. Я сразу узнал женщину из‑за яркой запоминающейся внешности. Казалось, она искренне обрадовалась, увидев нас. – Добрый день, – с вежливой улыбкой поприветствовал её я. А вот Маша вспыхнула и тут же заёрзала в моих руках, пытаясь избавиться от объятий. – Вера… – расстроено пробормотала она. Я буквально физически ощутил её смятение. – Здравствуйте, Илья! Вот так приятный сюрприз! Не ожидала вас здесь увидеть, – приветливо откликнулась Вера, подходя к нам ближе. – Маша не говорила, что вы общаетесь. А я с досадой наблюдал, как Маша отходит от меня, пытаясь будто невзначай увеличить дистанцию. – Да мы с Ильёй случайно встретились, у него здесь друг живёт, – смущённо соврала она, бросив на меня извиняющийся взгляд. Я вообще перестал что‑либо понимать. К чему этот спектакль, если её тётя всё равно уже увидела наши объятия? И наверняка всё поняла. – Ну‑ну, – хитро улыбнулась Вера, подтверждая мои выводы. – Ты так рано сегодня, что‑то случилось? – спросила её Маша, нервно сцепив руки в замок. – Да нет, что ты, просто выкроила окошко между встречами, решила заскочить, чая с тобой выпить. А ты, оказывается, без меня совсем не скучаешь. Вы не торопитесь, Илья? Я тут купила тортик, нам с Машей его ни за что не осилить вдвоём. Поднимитесь к нам на чай? – С удовольствием, – кивнул я. У Маши было такое взволнованное лицо, что на мгновение я даже засомневался, правильно ли сделал, приняв приглашение. Никак не мог понять, почему она так стесняется в присутствии тёти. Ещё одна загадка, которую очень хотелось разгадать. Забрал из рук Веры коробку с тортом, и мы втроём отправились в подъезд. Квартира, в которую мы поднялись, производила серьёзное впечатление. Над ней явно потрудился хороший дизайнер и профессиональная строительная бригада. Но интерьер казался каким‑то кукольным, как будто девчачьим. Было сложно представить, что здесь мог жить мужчина. Я вдруг понял, что помимо наличия тёти, абсолютно ничего не знаю о Машиной семье. Стало дико любопытно, кто её родители, есть ли отец и мать, какие у них взаимоотношения. Чёрт возьми, я даже понятия не имел, чем занимается Маша. Работает она, или учится. Но расспрашивать обо всём этом пока было не самое подходящее время. Мы прошли на просторную светлую кухню, напичканную современной техникой. Вера быстро организовала чаепитие. Нарезала торт, расставила чашки, разлила по ним кипяток, стала предлагать нам с Машей разнообразные чаи. Маша всё ещё вела себя скованно. Сидела с краю стола, молчала, глядя в основном в свою чашку с чаем. К своему куску торта на блюдце, который заботливо пододвинула к ней Вера, даже не притронулась. Девушку снова как подменили. Я смотрел на неё и гадал в чём дело. Вера, казалось, тоже не понимала, что с племянницей не так, но старалась не подавать вида. Она вела себя свободно, легко и непринуждённо поддерживала светскую беседу. – Зима такая снежная в этом году, хоть иди и снеговика лепи, жаль, что у меня столько работы, да, Маш? Маша только скромно кивнула. – А вы умеете кататься на коньках, Илья? Мы с Машей давно хотели на каток съездить, а я как назло всё никак не могу вырваться надолго из офиса. Я едва сдержал улыбку. Кажется, Вера всерьёз задалась целью свести нас с Машей. Знала бы она, какой чудесный договор мы заключили с её племянницей, вот бы удивилась. – Да, я умею. С радостью покатался бы, – весело отозвался я. Маша растерянно посмотрела сначала на тётю, потом на меня. Её щеки снова покрыл милый розовый румянец. – Вообще‑то, я не очень сильно хочу на каток, – в итоге сдержанно высказалась она. – А кто говорил мне, что мечтает научиться кататься? – сдала с потрохами Вера свою племянницу, заставив её ещё гуще покраснеть. Маша только открыла рот, но не успела ничего ответить – на столе зазвонил Верин телефон. Женщина поспешно схватила трубку и ушла разговаривать из кухни в другую комнату. Маша перевела на меня смущённый взгляд. – Мне не нужно было соглашаться на чаепитие? – тут же спросил я. – Нет, что ты, всё нормально. – А у меня такое ощущение, будто я тебя поставил в неудобное положение. – Нет, правда, всё нормально. Я только не понимаю, почему Вера так себя ведёт. Вообще она замечательная. – У меня даже сомнений не возникало на этот счёт. У тебя очень классная тётя. – Правда? – Конечно. Так что насчёт катка? Можем поехать прямо сейчас. Я легко научу тебя кататься. – Нет, – отрицательно покрутила головой Маша. При этом у неё сделался такой печальный вид, что захотелось встать со стула, подойти и обнять. Но когда Маша снова заговорила, это желание мгновенно испарилось. – Не нужно никакого катка, Илья. И вообще нам, наверное, лучше больше не встречаться. Всё это с самого начала было плохой идеей… Я разозлился. В какие игры она со мной играет? То хочу, то не хочу, то буду, то не буду. Вера вернулась на кухню, заставив нас обоих замолчать. – Ну всё, мне уже пора ехать, – с порога заявила она со вздохом. – Ни минуты покоя! Ещё чуть‑чуть с вами посижу. Сейчас только такси вызову… – Вер, а Илья на машине, он может тебя подвезти, правда, Илья? – выдала вдруг Маша. Заставляя меня разозлиться ещё сильнее. – Да ну что ты, это неудобно, – отмахнулась Вера. – Тем более вы ещё чай не допили. – Спасибо, я уже напился, – встал я из‑за стола, бросив на Машу злой взгляд. И сдержанно улыбнулся её тёте. – Мне правда не сложно тебя подвезти, Вера.