Глава 12

Все началось с неадекватного поведения… я даже затрудняюсь сказать, кого… Всех, кого я знала из присутствующих.

Тим вдруг собственнически обхватил меня за талию. Хотя в машине мы вроде как договорились не афишировать нашу… «дружбу». Но когда он снял с меня куртку, его лицо изменилось. Явно не ожидал такого поворота. Я покраснела под оценивающим взглядом. Он приметил все: и вызывающе вздернутую пуш-апом грудь, и обтянутую тонкой тканью фигуру.

— Боже, Дашенька, ты меня убила наповал.

В голубых глазах восхищение, и это приятно.

— Тим, привет… эээ… ты не один? — именно в тот момент он меня и обнял. Я узнаю этот женский голос. Ольга Александровна! Блин, я не поняла, так совпало или это что-то значит?

— Олька, солнце, привет!

Тим с искренней улыбкой повернулся к ней. Нет, наверное, все же совпадение. Они просто друзья — он сам говорил. Хотя вон с Димой она тоже дружит, что не мешает ему ее тр… тьфу!

— Даша? — в тоне самой Ольги полное изумление, только не пойму чем, моим видом или моим сопровождающим.

— Добрый вечер, Ольга Александровна. — Вот почему она так смотрит, что мне хочется провалиться под землю? Я же ничего не сделала. Или она ревнует друга? Может, привыкла, что он всегда рядом?

— Димон, уже тут? — поинтересовался мужчина.

— Да, мы вместе приехали минут пять назад. Он отошел.

Тим еще сильнее притянул меня к себе.

— А мы вот с Дашей познакомились на вечеринке у Харперов, помнишь, я тебе говорил, что собираюсь?

Тим смотрел на нее с каким-то вызовом, что мне совершенно не нравилось. В душе вдруг вспыхнули смутные подозрения. Уж не звал ли Тим ее с собой на праздник к Филу? Она отказала?

Мне впервые с нашего знакомства стало неуютно рядом. То, как вдруг он изменился, меня смущало. Надменный и самоуверенный. А того ли Тима я знаю? Додумать не успела, поскольку появился третий член этой маленькой компашки — Дмитрий Сергеевич.

Вот тут мне реально стало не до размышлений. Пульс участился, во рту пересохло, ладони вспотели и задрожали. Какой же красивый в этом безупречном черном костюме! Белая рубашка оттеняет загорелую кожу. Прическа явно обновлена сегодня, и он побрился! Гладкий подбородок вызывал дикое желание прижаться к нему губами.

Но мне, как никогда, нужно было держать лицо. Потому что все трое смотрели на меня.

— Дарья. Добрый вечер. Тим.

Он опять не в духе, опять пронизывает меня недовольным взглядом, опять сжимает губы в тонкую линию. Да что я опять не так сделала? Пришла же! Вон даже приготовилась.

Может, дело в Тиме? Дима очень не любит фамильярность — можно понять по тому, как он с завидным постоянством называет меня Дарьей.

Я попыталась отстраниться, но Тим, как назло, не собирался так легко меня отпускать. Железная хватка. Но не могу же я у всех на глазах начать вырываться. Пришлось смириться.

— Ну идемте, — как-то обреченно произнесла Ольга Александровна, и Зарецкий подставил ей локоть. А вот теперь пришло мое время испытать… злость… Нет, то даже не злость. Как я могу злиться на эту женщину? Она так по-доброму ко мне отнеслась.

Ирония судьбы! На Ольгу не могу, на Таню тоже. Остается только сам Дима. Но должно случиться что-то очень серьезное, чтоб я показала ему свои истинные эмоции.

Усадили нас всех за один столик. Не знаю, как так получилось, но я оказалась между Тимом и Дмитрием Сергеевичем, напротив Ольги. К нам подсел Геннадий Павлович и еще один доктор из нашего же отделения. Вот эти двое взяли на себя ухаживания за Ольгой, и я их прекрасно понимаю, она великолепна! Такая элегантная, стильная, недоступная. А Дима и Тим с какого-то перепугу оба занялись мной, что невероятно смущало. Правда, чуть меньше, чем мужское бедро под столом, непрерывно касающееся моей левой ноги. Оно по-настоящему лишало способности мыслить трезво.

После третьего или четвертого тоста, залитого каждый раз целым бокалом шампанского, я уже плыла и непроизвольно стремилась к этому теплу. Наши ноги творили что-то, не зависимо от нас самих. Я утонула в ощущении нереальности.

Его сдержанные ухаживания, прохладное «Дарья», и горячее бедро вплотную к моему. Наверное, я пьяна — путаюсь в мыслях и мечтах.

Не могу думать ни о чем другом. Ни о ведущем, ни о поздравлениях начальства, ни о недоуменных взглядах Ольги Александровны, и еще меньше о Тиме, что ухаживает нежно, сопровождая действия бархатными «Дашенька», да «Дашуля», но мне не хочется ни капли сдвинуться в его сторону, чтобы ощутить его тепло.

— Ты сегодня на редкость молчалива, — сообщил мне на ухо. Ну и как ему объяснить, что со мной? Опустила глаза в тарелку. Но наткнулась на руки Димы, и в груди полыхнуло жаром, отдавая куда-то вниз стремительной волной. Такие красивые кисти, с длинными пальцами, очень умелыми пальцами, которые умели делать как безумно сложные нейрохирургические операции, так и… я покраснела, вспоминая, что они делали со мной.

— Даша, о чем задумалась, детка? Скажи, что обо мне.

Голос Тима привел в чувство, и я поняла, что от диких ощущений внутри часто дышу, привлекая излишнее внимание хоть и к скромному декольте, но на моей немаленькой груди весьма впечатляющему.

Глянула на Тима и до жути захотелось треснуть ему чем-нибудь по голове. Его поведение здесь, на людях, меня безумно раздражало. Просто, занятая более интимными мыслями о втором соседе, я не сразу сообразила, что происходит.

Он действительно изменился при своих друзьях или я просто раньше что-то упускала из виду? Однако никак не пойму, что именно не так. Интуитивно чувствую, а оформить в ясную мысль не получается.

Между тем официальная часть мероприятия подходила к концу, и ведущие все ближе подводили собравшихся к более неформальному общению. Настроение вокруг повышалось вместе с градусом выпитого. А меня уже можно было выносить. Какого фига так надралась? Жара. Во всем виновата жара. Уверена, стоит только встать, ноги сразу ослабнут. Пока сижу вроде бы ничего.

Зато внутри нарастала какая-то сумасшедшая эйфория от близкого соседства по левую руку. Наши ноги по-прежнему соединены, хотя на самом деле места более чем достаточно. Но ни он не убирает, ни я не отодвигаюсь.

Вот уже и освещение стало более приглушенным… Все больше народу заполняет танцпол. Уже и наши соседи дошли до кондиции, и завотделения, пританцовывая, подхватил Ольгу Александровну за талию, увлекая за собой.

— Дашуль, идем, — проворковал Тим, но я реально боюсь упасть со шпилек и опозорится.

— Тим, мне немного нехорошо, давай чуть позже, я, кажется, переборщила с шампанским.

— О’кей, — удивительно, но он не стал спорить. — Пойду Ольку от Гены спасать. Дим? А да, ты не танцуешь…

Дима склонил голову набок и как-то натянуто улыбнулся. Видимо, сие какая-то шутка, понятная только друзьям.

Так мы и остались вдвоем. Несмотря на опьянение, поняла, что завязать беседу не могу. Меня слишком смущала та интимность, что творилась между нашими ногами под столом.

Постаралась отвлечься на происходящее в зале и на танцполе. Засмеялась. Наблюдать довольно весело. Особенно за выпившим Геннадием Павловичем и еще парочкой обычно до ужаса серьезных докторов. И Ольга сегодня предстала с другой стороны. Вон какая веселая и раскованная, в отличие от меня. И с Тимом как будто заигрывает. Или это их обычная манера общения? А он прям петухом вокруг нее вьется. Ну ничего себе! Это уже смахивает на нечто большее, чем просто дружба. И в глазах у него уже не смех… Тим, ты…

Я не успела додумать мысль… Под столом на мое колено легла горячая рука и медленно заскользила вверх… Я замерла, расширенными глазами глядя перед собой и боясь повернуться…