Глава 18

Зарецкий

Меня начинало уже потряхивать от происходящего вокруг. Что за бред? Кто из нас сошел с ума? Я или Тим с Дашей?

Началось все с того, что я позвонил-таки ей сегодня в полдень. Хотел нормально поздравить и пригласить куда-нибудь отметить Новый год. Как я к данному решению пришел? Лучше не спрашивать. Сквозь тернии к звездам, как говорится.

Тот вечер после корпоратива стал одним из самых паршивых в моей жизни. Никогда не чувствовал себя таким долбо… идиотом.

Сначала совершенно не въехал, что происходит. Что с ней? Почему ее трясет? Уже собирался оказывать первую помощь, когда внезапно осознал: у Даши шок — что-то ее испугало до предела. Эти стеклянные глаза, ледяные руки на фоне бешеной тахикардии.

Невозможно поверить, но, не смотря на весь свой огромный опыт, в первую минуту я реально растерялся и испугался. За нее. Попытался привести в чувство, но она никак не реагировала, потом начала повторять полным ужаса голосом:

— Нет, нет, не трогай меня, не надо.

Этого еще не хватало! Но думать было некогда, натянул штаны, ведь это самая очевидная причина ее состояния, хотел прижать к себе, но не стал, опасаясь, что могу спровоцировать ухудшение.

Осторожно ухватил за плечи и слегка встряхнул. Похлопал по щекам, стараясь не причинить боли.

— Даша! Тихо, девочка тихо! Дашенька!

Фух, пришла в себя. Зато теперь мне поплохело. Что я бл… только что спровоцировал? От чего у нее подобная реакция? Насилие? Похоже… Когда? В детстве? Или уже во взрослом возрасте?

Не понятно, что именно послужило толчком. Ведь мы не впервые это делали.

Пока осмысливал, Даша уже почти сбежала. А может и правильно? Ей нужно оказаться подальше от меня, чтобы избавиться от фактора, спровоцировавшего аффект.

Пусть идет, успокоится. Тупо смотрел на дверь, пока вдруг не дошло, что на улице-то давно ночь. Вот я дебил. Схватил с тумбочки телефон, ключи и рванул за ней. По дороге быстро вызвал такси. Лишь бы успеть.

Но Даша никуда не торопилась. Медленно шагала по лестнице, схватившись за голову. Притормозил, наблюдая за ней. В прострации. Если сейчас выскочу, могу перепугать до смерти. Дождался, пока она дойдет до двери и только тут подал голос.

Наша беседа — продолжение того абсурда, в который превратился так великолепно проходивший вечер. И в то же время я прекрасно понимаю, как ей плохо, но ничем не могу помочь. Сейчас любые слова она воспримет неадекватно.

Поэтому сделал то, что требовала совесть, единственно возможное в данном случае — скрепя сердце, отправил домой. Но если быть честным с собой, хотелось мне совсем другого. Нет не секса. Мне хотелось взять ее на руки, унести к себе и потихоньку успокоить в своих руках.

Вернулся в квартиру и уставился на себя в зеркало, висевшее в прихожей.

Что с тобой не так, Зарецкий? Тебе ничем ситуация не напоминает ту, чуть больше года назад? С другой девушкой.

Таня в тот вечером так же находилась в полном шоке. И я оказался именно тем, кому выпало ее спасти от самой себя. До сих пор пробирает от картины, когда она зажигалкой целенаправленно обжигала свою ладонь. Специально, чтобы продемонстрировать всю плачевность ее состояния.

Я наивно надеялся, что, придя в себя, она оценит заботу и, возможно, ответит на мои чувства, совсем уже далекие от дружеских. Но нет. С моей стороны мечтать о несбыточном оказалось небывалой глупостью. Но тогда я еще плохо это понимал.

А сейчас? Что со мной сейчас? Почему я не могу отделаться от мыслей о Даше? Мне дико хочется все бросить и рвануть за ней. Неужели чувство, которое я принимал за любовь, прошло?

На этом внезапном открытии меня коротнуло. Попытался мысленно воспроизвести образ Тани, но перед глазами лишь милое заплаканное личико Дашки. Ни одной эмоции в сторону старой подруги и целый шквал в сторону испуганной девочки.

Неожиданная мысль, надо сказать, от которой я в первый момент инстинктивно отмахнулся, и не решился-таки преследовать Дашу. Нет, не сегодня.

Возможно, есть объяснение, может быть, дело в выпитом спиртном. Или в моем безумном желании заняться с ней любовью. Или… Мало ли этих «или».

А еще эти ее тихие слова напоследок. Они отозвались в душе какой-то странной радостью, хотя, по сути, нечему особо радоваться. Не бывает подобного шока у обычных девственниц. Ну что за бред? Здесь явно что-то иное, от чего меня попытались отвлечь.

И все же сердце замирает при мысли, что я первый… единственный…

Только вот непонятно одно: мне оно надо?

В уставший мозг врезалась противная мыслишка: на хрена мне такой головняк? Затащить девчонку в постель? И что дальше? На что я готов пойти?

Это не Олька. Простого, легкого секса с Дашей не получится. Прекрасно понимаю ответственность, но ничего сегодня не буду решать.

И утром то же самое. Пи…ц

Дожился, Дмитрий Сергеевич. И хочется и колется. Осталось решить, что сильнее первое или второе.

Мне нужно время. Мне нужно побыть вдали от нее. Глупо, но надеюсь, что все пройдет, если малолетней занозы не будет рядом. Гениальная идея, кстати. Просто ее последнее время стало слишком много в моей жизни. Хорошо, что практика закончилась. Могу спокойно вздохнуть и вернуться к прежнему себе

Ага. Конечно. Размечтался. Не все так просто, доктор Зарецкий.

Появление в больнице в первый день показало, что моя вредная занозка впилась в меня гораздо глубже, чем я предполагал.

Первым делом обнаружил, что в шкафу по-прежнему висит ее халат, пропитанный тем самым запахом, от которого меня ведет уже не первую неделю. Пока никого не было достал его, вжался носом в мягкую ткань. Боже, что я творю? Совсем рехнулся. Стою и вдыхаю ее аромат, чувствуя, по телу легкие прострелы возбуждения.

Память услужливо преподнесла замечательные картины, как я снимаю с нее платье, как сжимаю прекрасную полную грудь с розовыми стоячими сосочками, как Даша вскрикивает и запускает пальчики мне в волосы. Нет, определённо жертвы насилия себя так не ведут!

Резко пришел в себя. Вернул халат на место и приправил ставшие тесными брюки. Так, спокойствие. Не хватало еще, чтоб меня кто-нибудь застукал за столь подозрительным занятием.

Если б не забитый день, с ума бы сошел. Мне везде виделась она. Ее маленькая хрупкая фигурка мерещилась в коридорах больницы. Обнаружил у себя в столе ее любимую розовую ручку, кончик которой она любила покусывать в задумчивости. Повторил жест, уже понимая, что-то со мной что-то серьезно не так…

Не знаю, как дотянул до нового года… Пригласить бы ее… к себе… встретить вместе … в кровати…

Черт! Да что ж происходит? Неужели втрескался? Но ведь с Таней все было иначе. Отмахнулся от нелепой догадки. Не может быть.

Отказался от приглашения друзей и поехал к родителям, вызвав безумный восторг у обоих. Я уже несколько лет не отмечал праздники дома.

В начале первого схватился за телефон. Поздравить? Или не стоит? В итоге что-то корявенько написал.

Периодически дергался и проверял, нет ли новых сообщений? Увы, ничего не было слишком долго. Я уже ушел спать, но вертелся, никак не успокаиваясь.

А вдруг она не с Таней. Я ведь не спрашивал Тима, хотя догадывался, что тот мог позвать ее. Наконец, схватил телефон последний раз. Все. Если нет ответа, спать. Написала. Фух, вроде бы со своими.

Понимаю, что меня отпускает ревность. Ревность! Да что за…

Мои пальцы сами набрали приглашение на завтра… куда-нибудь. Можно даже просто погулять.

Погулять? Мне что пятнадцать лет, чтобы гулять с девочкой? Очевидно же, что мне нужно кое-что другое! Какой на хрен гулять? Но дело в том, что к Даше неприменимо то, что я от нее хочу. Ей нужно большее, чем просто одноразовый перепих. А я по-прежнему не знаю, нужно ли оно мне. Бросил телефон подальше. К черту все! Завтра подумаю!