Глава 24

Лена

Первое, что чувствую после пробуждения — это как нижнюю часть моего тела словно бетонной плитой придавило. Лежу и не могу шелохнуться, полностью обездвижена.

Испугано распахиваю глаза и, посмотрев вниз, замираю. Потому что вижу спящего Вагнера, который в буквальном смысле оплёл меня собой от пояса и ниже.

Он обнимает мои бёдра, а голова его лежит на моем животе как на подушке. Он ещё и ногу закинул на мои, лишив возможности шевельнуться.

— Данис, — тянусь к мощному плечу, осторожно тормошу его. — Эй!

Ноль реакции. Парень продолжает крепко спать.

— Слышишь? — дёргаюсь, щипая литые мышцы. — Слезь с меня!

Вагнер не только не исполняет моё требование, но и ещё сильнее сдавливает в объятиях.

Чувствую, как щёки начинают гореть. Смущаюсь и злюсь одновременно. В этой ситуации успокаивает лишь то, что при всём этом хаосе, футболка на мне совсем не задралась. Её как будто специально натянули так, чтобы ткань прикрывала все интимные места.

— Данис! — щиплю парня сильнее. — Ты ведь не спишь уже!

Ухватить кожу, под которой бугрятся тугие канаты мышц, не так-то просто. Ощущение, будто там изнутри всё из стали сделано. Пальцы быстро устают Откидываюсь на подушку и обречённо смотрю в потолок.

— Чего остановилась? — слышу хриплый после сна голос. — Пощипай ещё. Люблю массаж.

— Выпусти меня, пожалуйста, — снова смотрю на него.

— Нет. Я ещё спать буду.

— Класс! А можно это делать без моего участия?!

— Нельзя. Без твоего участия вообще никак, Веснушка.

Трется щекой о живот, сбивая этим моё дыхание. Поднимает волну ощущений, которые растекаются по телу горячей волной.

В голове сразу всплывает наш ночной поцелуй, и мне становится невыносимо жарко. Воспоминания о губах спортсмена хлещут по щекам, заставляя их раскраснеться от стыда. Это был мой первый в жизни поцелуй с парнем. И он был не таким, каким я его всегда представляла.

В моих мечтах это было робко, нежно, трепетно. Но случилось то, что можно охарактеризовать лишь одним словом — безумие.

Да, я обезумела. На короткий миг сошла с ума. Потеряла волю и остатки мозгов. Поддалась огню, который диким потоком переливался от Вагнера в меня и заполнял до краев.

Рвано выдыхаю, прогоняя будоражащие воспоминания. Прижимаю ладони к щекам, чтобы хоть немного остудить их.

— О чём думаешь? — слышу вопрос и замечаю, что спортсмен внимательно наблюдает за мной.

— Ни о чём, — краснею ещё сильнее.

Отвожу глаза, облизываю внезапно пересохшие губы. Мне хочется умыться ледяной водой, чтобы хоть немного привести мысли в порядок.

Внезапно Данис приподнимается и вскользь задевает пальцами мои рёбра. Реагирую на это щекочущее движение — вскрикиваю, сжимаясь и покрываясь мурашками. И тут же улавливаю темный взгляд, в котором вспыхивает азарт. На губах растягивается лукавая улыбочка.

— Даже не думай! — предупреждающе смотрю на него, уже предугадывая, что он задумал. — Данис…

Дальше ничего не успеваю сказать. Потому что Вагнер начинает меня безжалостно щекотать. Я громко верещу и бесконтрольно смеюсь, пытаясь увернуться.

— …Хватит! Пожалуйста! Перестань!

Ловлю его руки, отталкиваю. Но парень перехватывает мои ладони, фиксирует их над головой, сплетая наши пальцы.

Он нависает сверху. Наши лица друг напротив друга. Гипнотизирующий тёмный взгляд проникает в самую душу. Заставляет замереть.

— Говорят, если человек боится щекотки, то он ревнивый, — хрипло сообщает, улыбаясь. — Будешь меня ревновать, а, Веснушка?

Хочется ответить дерзким «нет»! Чтобы не задавался, чтобы с этой высокомерной головы уже наконец-то свалилась корона.

Но вместо этого сглатываю. Какое-то время просто смотрю в тёмные омуты и задаю встречный вопрос:

— А ты боишься щекотки, Данис?

Неосознанно кидаю беглый взгляд на его губы, тут же краснею. Не понимаю, зачем провоцирую дикого зверя. Заставляю его напрячься. Оскалиться.

— Проверь, — шепчет, склоняясь к уху.

Зарывается носом в мои волосы. Жадно вдыхает.

А я наоборот — не дышу. Боюсь вдыхать его терпкий мужской запах, который расходится по венам. Подчиняет. Обезоруживает.

Зажмуриваюсь. Дрожь проходит по всему телу. И снова в голове эти навязчивые мысли о его губах. Начинаю трепыхаться в попытке скинуть с себя неподъёмную гору мышц. И спустя несколько мгновений Вагнер сам поднимается и наконец-то оставляет меня в покое.

— Я в душ, — слышу его напряжённый голос.

Выдыхаю с облегчением, но сильно не расслабляюсь. Есть ощущение, что мне снова придётся держать оборону.

И мои предчувствуя оказываются пророческими.