Глава 45

Когда ты знаешь, что уже близок к своей цели, время замедляется, оттягивая долгожданный момент.

Именно это происходит сейчас со мной на чертовой вечеринке в Даймонд Холле, где собрались большие боссы и воротилы бойцовского бизнеса.

Они поочередно подходят ко мне, скалясь в улыбках. Хлопают по плечу, жмут руку, поздравляют с победой. Создают видимость, что я для них нечто большее, чем просто проект, в который они вкидывают бабки для увеличения своей прибыли. Они задают вопросы о моей жизни, планах, семье, но от этого интереса несёт лицемерием и фальшью. Ведь на самом деле плевать они хотели на всё это. Плевать им и на то, что в бою меня могут жестко раскатать по рингу, сделать инвалидом. Это их абсолютно не волнует — найти другой кусок мяса несложно, конвейер в этом направлении работает отлично.

Таковы законы бизнеса. Здесь этические границы размыты, понятия относительны и абстрактны.

Пока ты приносишь бабки, в твою честь толкают хвалебные речи и общаются на равных. Но стоит хоть раз дать осечку — и вчерашние «друзья» выплюнут на обочину жизни.

Я особо не заморачиваюсь на эту тему. Принимаю их правила игры, преследуя свои цели. Главное — не питать иллюзий насчёт своего положения и всегда помнить, что друзей здесь никогда не будет.

— А вот и наш чемпион! — подходит ко мне седой мужик, отсвечивая хищной улыбкой. — Поздравляю, парень! Ты не перестаёшь меня удивлять!

Василий Дубровин — один из многочисленных спонсоров бойцовских турниров. По совместительству он отец Наташки, которая сейчас виснет на его локте и тоже улыбается мне.

Сдержано киваю им обоим, раздражаясь от того, что блонди не догнала смысл нашего разговора в раздевалке и продолжает на что-то надеяться.

— Данис, сегодня ты доказал всем, что тебе нет равных, — щебечет она, призывно кусая пухлые губы. — Все сми сейчас говорят о твоей победе. Интернет просто взорвался!

— Дочь, иди погуляй немного, — отец отцепляет её от себя. — Нам с парнем надо поговорить наедине.

— Хорошо, папуль, — она с готовностью соглашается и сразу уходит.

Напрягаюсь, наблюдая за всем этим. Чуйка подсказывает, что сейчас начнётся какая-нибудь дичь.

И точно.

— Когда собираешься домой лететь? — интересуется Дубровин.

— Сегодня, — отстранённо отвечаю.

У самого внутри теплеет от этой мысли. Перед глазами Веснушка всплывает. Ника. Побыстрее бы уже оказаться в самолёте.

— Неправильный ответ, — качает головой Наташкин отец. — В Штатах тебе надо остаться.

Усмехаюсь над его уверенным тоном. Давай, мужик, жги. Вываливай, что задумал. Уже интересно.

— Сейчас, пока у тебя рейтинг зашкаливает, надо продвигать рекламную компанию, — излагает свои мысли. — Раскручивать имя. Мелькать везде. А не сваливать в своё Запердяево. Или откуда ты там? Неважно…

— Суть предложения в чём? — прерываю.

— Я выложусь в тебя по крупному, — деловито сообщает. — Забудь те копейки, которые до этого видел. За год дойдёшь до абсолютного чемпионства в тяжёлом, при этом на ринг всего раза два выйти надо будет. Считай, на лайте пояс получишь.

Замолкает, ожидая реакции от меня. Видимо, ждёт, что от радости прыгать начну. Облом, мужик.

— Бабла мне вполне хватает. Пояс и так получу, — жму плечами. — Не вижу резона в этой сделке. Один гемор получается. Таскаться по мероприятиям и везде светить фейсом целый год? Не про меня вообще.

Смотрю прямо в глаза седовласого, не испытывая никаких нервяков. Мне плевать, что Дубровин может быть опасным врагом. Прогибаться под его хотелки я не собираюсь.

— Тогда предлагаю бонус сверху, — прищуривается, улыбаясь. — Я тут случайно узнал, что у тебя проблемы с опекунством над сестрой. Могу помочь и с этим. Хочешь?..

Сжимаю челюсти от злости. Откуда старый хрыч знает обо мне такие подробности? И что ему ещё известно?

— …Отец твой, конечно, ужасный человек. Держать родную дочь в интернате, — неодобрительно цокает языком. — Согласишься — и я решу твою проблему в течение суток.

Он смотрит на меня с самодовольным видом, и у меня бешенство вскипает в крови.

Так и хочется втащить по его физиономии, чтобы не лез не в своё дело. Но сдерживаюсь, понимая, что это усложнит ситуацию.

— Откуда вдруг столько интереса ко мне? — цежу сквозь зубы.

Улыбается и переводит взгляд на гостей мероприятия. Находит глазами Наташку.

— Я люблю свою дочь, — тянет задумчиво. — А она влюблена в тебя. Поэтому лучше принять моё предложение, парень, — врезается в меня острым взглядом и многозначительно добавляет. — Откажешься — бам, и всё. Мелкие неприятности превратятся в большие проблемы.