Глава 9

Чувствую, как чужие руки ловят меня за плечи, не давая упасть.

— Извини, — испуганно выдыхаю, мельком взглянув на незнакомца.

Он спортивен, высок. У него рыжеватые волосы и светло-карие глаза.

Пытаюсь отстраниться, чтобы продолжить путь, но парень удерживает меня на месте.

— Лена Миронова? — улыбается, заглядывая в лицо.

Кривлю растерянную улыбку, непонимающе хлопая глазами.

— Моя сестрёнка ходит в твою секцию, — незнакомец улыбается ещё шире. — Соня Астахова.

Вспоминаю рыженькую малышку Соню, и всё сразу встаёт на свои места.

— Да, — улыбаюсь на этот раз искренне. — Соня Астахова. Хорошие связки, но с уверенностью пока беда.

— Точно, — соглашается со мной, смеясь. — Она очень стеснительная.

— Просто маленькая ещё. Я была такой же в её возрасте.

— Ни за что не поверю, — парень снова смеётся. — Мы смотрели твои выступления. Ты настоящий боец. Если бы не травма…

Он резко осекается и, видя, как с моего лица пропадает улыбка, отводит виноватый взгляд в сторону:

— Извини, — болезненно кривится. — Я идиот.

— Всё нормально, — отмахиваюсь, стараясь не выглядеть жалко. — Это уже не важно, и знаешь… Я опаздываю на пару.

— Да, конечно, — выпускает меня, отходя в сторону.

Делаю несколько шагов вперёд, когда снова слышу голос парня:

— Рад был познакомиться, Лен. Меня Костя зовут.

— Взаимно, — кидаю через плечо, ускоряя шаг.

Иду по коридору, а сердце внутри грудной клетки отчаянно сжимается. Всё что происходит со мной в последние дни так или иначе вызывает болезненные воспоминания, напоминает о провале, который разделил мою жизнь на до и после. Призраки пережитой боли и рухнувших надежд затягивают в депрессивные мысли. Это давит и не даёт сосредоточиться на действительно важных вещах. Рушит все текущие планы.

Дохожу до аудитории и прежде, чем войти, делаю пару глубоких вдохов, стараясь взять себя в руки.

— Привет, Лен, — Маша смотрит на меня с тревогой, когда сажусь рядом. — Ты себя хорошо чувствуешь? Бледная какая-то.

— Всё хорошо, — улыбаюсь. — Просто утро началось так себе…

Вспоминаю Вагнера и проблемы с ректором, которые могут возникнуть. От этого настроение портится ещё больше. Делюсь страхами с Машей.

— …Он не воспринимает мои слова в серьез, — жалуюсь обреченно. — И ему принципиально важно, чтобы выступала именно я, — смотрю с надеждой на подругу. — Не знаю, как от него избавиться. Я в полном тупике.

— У меня, если честно, мыслей вообще нет, — качает головой Маруся. — Из универа против Вагнера точно никто не пойдёт. Да и в городе он пользуется большим уважением. На каждом углу говорят про его возвращение. Им гордятся. Его любят.

— Дурдом.

— Вот именно.

Мы замолкаем, потому что преподаватель, прохаживаясь вдоль рядов, оказывается рядом с нами. Слушаю лекцию вполуха, потому что мысли то и дело возвращаются к парню, который не умеет принимать отказы.

Как же мне от него отделаться? Мозг выдаёт несколько вариантов, один из которых мне кажется очень даже удачным.

Точно! Я буду игнорировать Вагнера. Словно его нет.

Просто не буду реагировать на него и всё. Постараюсь не замечать и по возможности не вступать в диалог.

Думаю, ему быстро надоест игра в одни ворота, и он перестанет настаивать на моём выступлении.

Такой план моментально поднимает настроение, и когда мы с Машей идём на обед, я чувствую, что дышать становится легче. У меня даже получается забыть про спортсмена, но, к сожалению, ненадолго.

Как только мы переступаем порог кафешки, я сразу слышу знакомый хриплый голос и замечаю мощный разворот плеч в чёрной косухе. Он стоит спиной ко мне, а вокруг столпилось несколько девчонок, которые буквально заглядывают ему в рот, улыбаются и заигрывающе хихикают.

— Ты только посмотри на это, — усмехаюсь, поражаясь унизительному поведению девушек.

Неужели они сами не понимают, что выглядят искусственно и комично?

В это время одна из девчонок приобнимает Вагнера, чтобы их вдвоём сфотографировали.

— Давай на следующей перемене поедим? — предлагает подруга, глядя на меня с тревогой.

Но я не собираюсь менять планы из-за увиденного. Меня это ничуть не трогает.

— Я хочу есть. Пошли.

Мы изучаем меню, встаём в очередь и делаем заказ.

Даже мысли не возникает посмотреть в сторону мажора и его поклонниц. То, что сейчас происходит, до смешного предсказуемо. Возможно, именно в этот момент Вагнер переключает свой больной интерес на одну из тех девчонок. Вот и отлично. Мне даже ничего делать не пришлось.

— …И трубочку со взбитыми сливками, пожалуйста, — завершаю свой заказ, когда на мою талию ложатся тяжёлые ладони, заставляя тело напрячься.

— Любопытный выбор, — шепчет мне на ухо. — Тоже люблю сливки. Поделишься?

Мне хочется громко застонать от разочарования. Ну почему всё это происходит со мной?!

— Спасибо, — улыбаюсь кассиру, рассчитываясь за обед.

После чего молча беру поднос и, вывернувшись из нахальных рук, иду к столикам. Маша уже сидит за одним из них.

Ловлю её тревожный взгляд, когда сажусь рядом. Вагнер же, не спросив разрешения, усаживается за наш стол напротив меня.

— Здесь нельзя питаться, — заявляет, рассматривая еду на наших подносах. — Кормят отстойно.

Подцепляю кусок куриной котлеты и демонстративно отправляю в рот.

— Маш, ты уже сделала презентацию по английскому? — смотрю на подругу. — Я даже не начинала ещё.

— Я… Тоже… Не начинала…

Марусин взгляд мечется от меня к парню и обратно. Присутствие мажора её сильно напрягает. Она не понимает, что происходит. Ведь про мой план игнорировать качка я сказать не успела.

— Надо на днях заняться, — продолжаю будничным тоном. — Не хочу в последний день делать.

— Ага…

— Маша, да? — его рычащий голос обращается к и без того напуганной девушке. — Не против, если я заберу твою подругу?

Кидаю на неё предупреждающий взгляд.

— Не думаю, что… она за-захочет, — отвечает, бледнея.

— Она меня игнорит, поэтому ты за неё решай.

— Я?!

— Да.