Глава 47

Боль пробиралась в мое сознание, заставляя вырваться из кошмара снов в кошмар реальности. Не открывая глаза, и не соображая где нахожусь, я тихо заскулила.

Пожалуйста! Пусть меня услышит Ловчий! Пусть поможет мне. Избавит от этого ужаса. Вылечит. Успокоит. Пусть только он будет рядом!

Меня переполнила жалость к самой себе, и я задрожала в беззвучном рыдании, но тут же почувствовала горячий приступ удушья в груди. Я дернулась в панике, но руки меня не слушались. Испугавшись еще сильнее, я распахнула глаза. Пелена слез и дикое головокружение не дали мне сразу рассмотреть картинку, но ожидание зато дало мне возможность отдышаться.

Привыкнув к темноте, я наконец смогла оглядеться. На связанных руках я висела на большом железном крюке под самым потолком. Руки совсем занемели, а до пола было не меньше метра.

Боже! Как из этого выбраться?

Я только было зарыдала от бессилия, но снова почувствовала удушающую боль в груди.

Ловчий! Забери меня отсюда! Пожалуйста! К черту все! Я больше никогда не буду работать на Игоря! Пусть записывает меня в предатели, мне все равно! За эти пять лет я отработала свою благодарность сполна! Теперь я просто хочу жить. Без боли и страха. И с любимым мужчиной.

Пожалуйста, забери меня!

Но минута шла за минутой, и я понимала, что никакой помощи мне светит. Скорее я умру здесь. И хорошо, если по естественным причинам — от голода или обезвоживания. Безумно страшно умереть от боли. Не в силах больше находиться в подобном положении, я попыталась раскачаться на связанных запястьях, пока я не ударилась ногами в стену. Перетерпев новый приступ боли, я стиснула зубы и попыталась забраться по стене вверх. Ступни пару раз соскользнули и мне приходилось начинать все заново. Наконец добравшись до вентиляционной трубы под потолком, я крепко обвила ее ногами и принялась тереть веревку о железный крюк.

Кровь резко прилила к занемевшим рукам, и я снова замерла в новом приступе боли.

Нельзя плакать! Все это не принесет ни облегчения, ни пользы.

Закусив губу, я снова принялась тереть веревку, но теперь я чувствовала, как она вгрызается мне в запястья и стирает кожу.

Мысленно повторяя имя Ловчего, я продолжала этот бесконечный процесс, постепенно выбиваясь из сил. Мышцы пресса свело, и я понимала, что второй раз мне уже сюда не забраться, поэтому надо дотерпеть.

Дернув запястьями из последних сил, я услышала, как последние волокна веревки треснули и я, не удержавшись ногами за трубу, полетела вниз.

Резкий удар спиной и головой об бетонный пол, и я снова отключилась.

Я опять открыла глаза. Все болело настолько невыносимо, что не было сил пошевелиться. Облизнув потрескавшиеся губы, я снова оглядела местность вокруг. Холод от бетонного пола ломил кости, но и он же помогал скорее прийти в себя. И тут я увидела у самой двери небольшую железную миску как для собаки. Я подползла к ней на четвереньках и заглянула внутрь. Вода. Чистая.

Не задумываясь, что там могло быть что-то подмешано, я залпом выпила ледяную жидкость и задрожала от холода.

Кажется, в первый раз миски не было. Значит, ее принес тот, кто следит за мной? Но почему же он не повесил меня обратно? Выходит, он хотел, чтобы я это выпила? Черт! Там точно что-то было!

Отбросив все мысли, я подползла к двери и без всякой надежды толкнула ее.

Естественно, закрыто.

Надо что-то придумать! По крайней мере не отключаться и дождаться моего мучителя. Может быть мне удастся с ним договориться?

Минуты ожидания снова медленно тянулись, а из-за слабости, холода и бездействия я балансировала на грани потери сознания. Пару раз я то ли засыпала, то ли снова отключалась, но нечеловеческим усилием воли заставляла себя вернуться к реальности. Понимая, что я долго так не протяну, я привалилась к двери и закрыла глаза. Когда дверь откроется, я почувствую падение и сразу проснусь.

Усталость снова взяла вверх, и я провалилась в вязкий сон.

Мне было дико холодно, но внезапно кто-то обхватил меня горячими мужскими руками.

Я не могла проснуться, не могла пошевелиться, но внутри меня колотило от озноба.

Может быть я умираю? Что ж, пусть так и будет. Пусть лучше так.

— Я… люблю… тебя, — в бреду прошептала я, мысленно адресовывая свои последние слова Ловчему.

— Чшшш, — раздалось над моим ухом. — Все будет хорошо. Я позабочусь о тебе. Спи.

Значит, у меня точно бред, раз я сквозь сон слышу голос Ловчего. Но у меня больше нет сил и сейчас я предпочту сдаться.