Глава 56

Ловчий был за рулем, когда получил анонимное сообщение на мобильный «Твоя девчонка у нас».

Следом пришло фото, на котором Мята со связанными ручками лежит на каком-то грязном матрасе. Ее то ли вырубили, то ли накачали чем-то.

Ловчий поспешно съехал на обочину и ударил по рулю. А ведь он считал, что с Разиным его девочка в безопасности, но нет. Этот урод бьется до последнего!

Затем пришло еще одно сообщение с точным адресом.

Ловчий немедленно набрал нужный номер и начал сбор всех своих людей. В сообщении не было сказано, что он должен приехать один, поэтому нужно задействовать все силы.

Пробуждение мне далось тяжело. Не был сил пошевелиться, даже открыть глаза, но страх за Ловчего заставил меня собраться. Я не имею права сдаться сейчас!

Тело все еще не слушалось меня, руки затекли. Но веревки, что связывали мои запястья, были совсем не тугими. Наверное, меня связал Игорь, раз так позаботился чтобы мне не было больно.

Игорь… Что же ты делаешь!

Но стоило мне зашевелиться, как я услышала знакомый голос над собой.

— Тише, Мята, — мужчина чуть прижал меня к матрасу, не позволяя встать. — Тебе стоит еще поспать.

— Андрей? — я испуганно глянула на него. — Что ты со мной сделаешь? Зачем я тебе?

— Ты сама просила моей помощи и защиты, — невозмутимо ответил он. — Вот, я тебя и защищаю.

— От кого? — уже тверже заговорила я. — От меня же самой, раз связал меня?

— И от тебя в том числе, — он убрал мне выбившиеся волосы с лица. — Ты просто отдохнешь в безопасности, пока все не решится.

Отчаяние и усталость накрыли меня с головой. Каждая мысль болезненно царапала мое сознание, но я решилась высказать свое предложение.

— Пожалуйста, отпусти меня, — попросила я. — Что ты хочешь от меня получить?

Это был какой-то замкнутый круг. Всего несколько недель назад я предлагала себя Ловчему, чтобы спасти Игоря. А сегодня предлагаю себя этому менту, чтобы добиться спасения для Ловчего.

— Прошу, я сделаю все, что скажешь, только не убивай Ловчего!

— Мята, — он укоризненно взглянул мне в глаза. — Я не преступник, и никого убивать не собираюсь. Конечно, если этот самый Ловчий не окажет вооруженное сопротивление. В этом случае, я буду вынужден немедленно дать отпор.

— Прошу, — взмолилась я, ластясь как собака к его руке. — Отпусти нас!

— А за меня ты больше не просишь? — ко мне подошел Игорь с перекошенным от злобы лицом.

Я замерла на месте, виновато опустив взгляд. Но в следующую секунду я уже снова принялась умолять их обоих. Почему Андрей заодно с Разиным меня сейчас не волновало. Скорее всего, Андрей и есть тот мент, которому Игорь собрался сдавать Ловчего.

Терпение у Игоря кончилось уже через минуту. Он схватил меня за волосы на затылке и со злостью прошипел мне в лицо.

— Ты предала меня, Мята. По всем фронтам предала. Я лично избавлюсь от тебя. Как бы мне ни было больно. Но пусть все знают, что предателей я не прощаю.

Я обреченно смотрела в глаза некогда любимого мной Игоря и не понимала как моя жизнь могла настолько разрушиться! Но я уже не могла собраться. Ловчий давно забрал всю мою силу. Еще в тот день, когда я призналась ему в смерти своей подруги. Все эти годы я была заряжена только чувством вины. Я все делала не для Игоря, а из-за чувства вины. А теперь мне было не от чего зарядиться. Сейчас я не понимала за что виновата. За то, что втайне разработала план по спасению Игоря? За то, что все отдала за его жизнь?

Я опустила плечи и отдалась на волю Разину.

— Тогда убей меня, — устало произнесла я. — Ты имеешь право это сделать…

— Так, не трогай ее больше, понял? — Андрей отстранил Игоря и бережно уложил меня обратно. — Еще раз подойдешь к ней, и я тебя вырублю.

Игорь сердито фыркнул, но наградил меня таким взглядом, что стало понятно: он выполнит свою угрозу передо мной.

— Просто поспи еще немного, — посоветовал Андрей, но тут я взорвалась.

Его прикосновения ко мне были словно красная тряпка для быка. Они всегда выводили меня из себя.

— Я не останусь ни с кем из вас! И если вы меня не прикончите прямо сейчас, я клянусь, что прирежу вас при первой возможности!

Игорь снова хотел подойти ко мне, но Андрей преградил ему путь:

— Не трогай ее, — холодно напомнил он, а затем совсем тихо обратился ко мне. — Ты останешься здесь до тех пор, пока не выберешь меня.