Глава 3

Никогда не любила подчиняться. Это всегда играло со мной самую злую шутку, которая могла быть. Наказания, лишения самые разные в итоге делали только ещё хуже. Никогда не было так, как хотят другие, даже если я позволяла думать, что я осознала и согласна на все доводы моих оппонентов. Сколько мы с Чернобором знаем друг друга? Кажется, больше трёх лет. Хотя я снова себе вру. Я помню, как сейчас, тот день, когда впервые увидела его. Он привёз ко мне в салон одну из своих очередных шлюх. И я даже знала эту сучку, которая любила выносить мозг мастерам, считая себя королевой. Она была почти во всех салонах в чёрном списке, и мой не исключение. Но тут ей подвернулся сам Чернобор. Вот тогда мы с ним и встретились в первый раз. Он уехал из моего салона через два часа в сопровождении наряда полиции, а потом выплатил ущерб. А его шлюха исчезла. Вот с тех пор у нас с ним война. Он хочет меня, а я пообещала себе, что не стану его. Мне всё это не нужно. Хотя у нас ещё ни разу не доходило до такого. Я понимаю, в чём проблема, и даже где-то внутри предвкушаю, что всё будет охренительно крышесносно, но что будет после? Давид ждёт. Он смотрит на меня своими чёрными глазами, пожирая, а я пытаюсь придумать, как выкрутиться из ситуации, но каждый вариант, рассчитанный в голове, заканчивается одинаково, только с разными последствиями. – Давай, Дикая, – Чернобор подталкивает меня, берёт за руку и сам кладёт на член. – Я хочу увидеть твой наглый ротик на моём члене. Или тебя научить делать мужику приятно? – вопрос звучит слишком вызывающе. Внутреннее напряжение на пределе. Ника, либо ты, либо тебя. Уверенно обхватываю член, мысленно наслаждаясь невероятной мягкостью и нежностью кожи. Вот за что мужикам такое счастье? Да ещё где? На члене, блин! Медленно провожу рукой по стволу, ощущая, как он напрягается ещё сильнее. Боже, он великолепен. А может, плюнуть на всё и позволить себе отдохнуть? Дать вольную, чтобы вдоволь натрахаться и войти в Новый год удовлетворённой кошкой. И так хочется надеяться, что этот бандит умеет пользоваться своей дубинкой. Но вот есть моя низкая часть, которая согласна на всё, а есть та, которая всегда побеждает. Опускаю руку до самого основания и резко сжимаю член Давида, заставляя его дёрнуться. Так что он сам виноват. – Сука! – гаркает Чернобор и сжимает мои волосы на затылке. – Ну что же ты такой беспечный, Давидик? – шиплю я ему в лицо. – Я же тебя буду драть во все дыры, Дикая, – отвечает со злостью Чернобор. – А может, ты опоздал? – скалюсь я, применяя последний спасательный жилет. – Может, меня уже отодрали так, как тебе и не снилось. И я, довольная, ехала расслабить свои дырочки, а ты помешал. Вторая рука ложится мне на шею и сдавливает достаточно ощутимо. Взгляд Давида становится не просто возбуждённым. Дикий – это самое нормальное слово, которое я могу подобрать. Давид резко склоняется и кусает меня за мочку уха. Больно, блин! Я выпускаю его член, а в следующий миг, уже придавленная телом Чернобора, лежу на кровати, слушая, как разлетаются в разные стороны пуговицы с блузы.