10.2

Заиграл оркестр, и церемониймейстер объявил:

— Ее Величество Августа Третья и Его Высочество, кронпринц Тревис Валидский.

В распахнутых дверях бального зала появились королева и ее внук. Они прошествовали по красной дорожке к трону, который расположился на невысоком пьедестале. Королева опустилась в кресло, а принц остался стоять рядом, облокотившись о его спинку.

— С позволения Ее Величества начинаем представление наших дебютанток! — объявил церемониймейстер.

— Святая Фэйла, я сейчас в обморок упаду, — прошептала Камилла. Глядя на ее белое лицо, я побоялась, что так оно и случится.

— Ее Высочество Камилла Валидская — первая наша дебютантка! — огласил церемониймейстер.

Камилла побледнела ещё сильнее, но, не медля ни секунды, двинулась к центру зала. Я со злорадством оценила кислое лицо Гретты, которая уже растрезвонила всем, что первый номер будет у нее. Тем временем Камилла произносила некую проникновенную приветственную речь. Боюсь, у меня не получится быть столь красноречивой и настолько очаровательной, как наша принцесса.

Гретту все же вызвали представляться второй, и она всю дорогу сверкала улыбкой и строила глазки всем мужчинами, которые смотрели на нее.

Баронесса Штольвик, та самая брюнетка с надменным лицом, вышла третьей. У нее был такой скучный вид, что аж зубы сводило.

— Вы последняя, — предупредил шёпотом Вайлд. Для этого он чуть наклонился к самому моему уху, и его тёплое дыхание коснулось моей щеки. И мурашки, заразы, тут как тут, пробежали по всему телу.

— Спасибо, что предупредили, — проговорила я, почти не разжимая губ.

— Роуз Санрайз! — меня действительно объявили последней.

Я, взяв пример с Камиллы, вздернула подбородок и направилась в центр зала. Мимо всех остальных дебютанток, выстроившись в рядок. Принцесса ободряюще улыбнулась, а жаба Гретта украдкой сделала мне подножку. Зал охнул, когда я споткнулась и каким-то чудом не распласталась по глянцевому полу. Все же умение держать равновесие в бою и интенсивные тренировки хождения на каблуках сделали свое дело: мне удалось выпрямиться и вновь расправить плечи. Однако впечатление явно было смазано, а моя грациозность была поставлена под сомнение всеми, кто здесь присутствовал. Я даже заметила ухмылку на лице принца, а королева недовольно повела бровью.

Ничего, пообещала себе я, эта гадюка Гретта ещё поплатится за мой позор.

Я натянула улыбку и повернулась к присутствующим.

— Что ж, господа, как видите, леди тоже иногда попадают впросак, по своей ли вине или нет, — громко произнесла я. На лицах некоторых гостей появились усмешки.

На самом деле мне совершенно было плевать на их мнение, я не собиралась представать ни перед кем в выгодном свете и уж продавать себя подороже, чтобы найти жениха, тем более. Я здесь находилась с другой задачей, а все остальное — спектакль. Тем не менее мне захотелось сказать:

— Однако моё мнение таково: леди делают не модное платье, не дорогие украшения и даже не утонченные манеры. А то, что у нее тут, — я показала на голову, — и тут, — теперь на грудь с левой стороны. — И нет, это не прическа и не выдающиеся женские прелести, как кто-то мог подумать.

Улыбок и смешков в зале стало ещё больше. Даже уголки губ королевы чуть дрогнули.

— Это ее ум, ее сердце и ее душа, — продолжила я. — И достоинство. А все остальное — лишь  мишура. На этом у меня все, — я присела в самом своём безупречном реверансе (леди Брукс была бы довольна) и прошествовала к остальным дебютанткам.

Я расслышала несколько робких хлопков в зале, но в остальном меня сопровождали лишь любопытствующие взгляды.

Церемониймейстер тоже наконец отмер и объявил начало самого бала. Тут же грянула музыка, и к дебютанткам потянулись кавалеры, желающие пригласить их на первый танец. Мой взгляд выхватил Вайлда, уверенно направляющегося ко мне, как вдруг откуда-то сбоку вынырнул принц Тревис и склонился предо мной в шутовском поклоне:

— Разрешите пригласить вас на танец, леди Санрайз?