Глава 36

Возле кабинета Азатова замираю. Не хочу заходить! Не хочу говорить с ним, оправдываться. Мелькает слабовольная мысль – взять и сбежать. Не появляться больше на работе. Все равно ничего хорошего с этой должностью не выйдет. Раз начала спать с начальством – дальше только хуже. Все под откос. Раньше надо было уйти… Но моя глупость, видимо, неубиваема. Сколько бы ни спотыкалась о грабли, всегда находятся очередные.

– Чего застыла? – мимо проходит вездесущая Люба. – Заходи уже. Не заставляй босса ждать, так он только сильнее разозлится.

Буквально подталкивает меня в спину, окончательно лишая возможности умчаться подальше подобру-поздорову.

Я обреченно захожу внутрь.

Азатов сидит за своим огромным столом. Выглядит очень занятым. Листает бумаги и говорит по телефону.

Я же просто стою посреди кабинета, дожидаясь приговора. Скольжу взглядом по помещению. Все лаконично, в стиле минимализма: большой стол, кресло руководителя, большой кожаный диван возле окна, рядом мини-бар.

Снова перевожу взгляд на Дамира, а он вдруг поднимает голову. Наши глаза встречаются. Я застываю, а он смотрит прямо, задумчиво. Молчит.

От волнения у меня колени слабеют, а ладони становятся влажными.

– Хорошо, я понял. Так и сделаем, договорились.

Босс заканчивает разговор, и поднимает на меня мрачный взгляд исподлобья.

– Итак, что ты натворила, Кристина? Рассказывай, – голос звучит нетерпеливо, раздраженно.

– Ошибка в документе.

– Твоя ошибка?

Не могу я выдавить “меня подставили”. Стою и молчу. Чувствую себя жалкой. Не умею, получается, постоять за себя. Если бы на месте Дамира был другой. Например, Мехтиев, я бы кричала, упрямо доказывала свою невиновность.

А перед Дамиром не могу…. Почему? Это же глупо?

Он спал со мной, значит, теоретически проще перетащить его на свою сторону.

Так в чем дело? Почему вместо этого я начинаю нести околесицу?

– Снова хочешь меня наказать? Заставишь опять спать с тобой? – спрашиваю с вызовом.

– То есть, я тебя заставил этой ночью? – хмурится.

– А у меня был выбор? – говорю, и тут же жалею.

Зря я так сказала. Как минимум, это неправда. Я хотела его безумно. Сгорала от страсти.

– Давай не будем мешать все в одну кучу, – кривит лицо Азатов. – Я понимаю, мой вчерашний уход тебя обидел. Но дело было срочное, я не мог поступить иначе.

– Твой уход не имеет ни к чему отношения. Я просто поняла, что не могу сработаться в этом коллективе.

– Желаешь уволиться?

– Да.

– Хорошо подумала?

– Я давно об этом думаю, – произношу едва слышно.

– Силой тут никого не держат, – кивает Дамир.

А потом поднимается из-за стола. Подходит ко мне. Секунда – и он уже сидит на большом мягком кожаном диване, а я – на его коленях, сверху.

– Что ты делаешь? – вырываюсь, задыхаясь. – Так нельзя! Сейчас рабочие часы, нас увидят…

– Ты же уволилась, только что, помнишь? Не все ли равно?

– Мне – нет! Отпусти меня! Я не хочу, чтобы ты меня касался… после другой…

Как это вырвалось? Не понимаю. Щеки пылают, я вся горю от отчаянной обиды.

Дамир крепко обхватывает мой подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.

– То есть, ты так ведешь себя, потому что видела, как приходила Зарина? Черт, малышка. Ты ревнуешь.

– Самомнение запредельного уровня, да?

– У меня или у тебя?

– Иногда мне нравится твое упрямство, малыш, а иногда хочется тебя задушить, – неожиданно признается Дамир. – С Зариной у меня давно все кончено, но она все еще не может это принять. Ей придется. Другого выхода нет. Ну? Мы все прояснили? Теперь все в порядке? Я могу тебя поцеловать?

– Отпусти меня! Я не игрушка!

– Кристина, нас все равно бешено влечет друг к другу. Если хочешь, можешь уволиться. Но это ничего не изменит. И еще. Я не хочу, чтобы ты увольнялась из-за несправедливых претензий. Сделаешь это позже, но не так. Не сейчас.

– Откуда… Откуда ты знаешь?

– Про Самсонову? Я вообще-то не слепой.

– Не понимаю. Альбина меня сделала крайней.

– С ней тоже разберусь. Иногда Альбина слишком много на себя берет. Ее надо периодически ставить на место. Да, кстати, Самсонова уже здесь не работает. Так что подумай еще раз, хочешь ли бросить престижное место моего помощника.

Мой мозг как в лихорадке. Я не могу осознать до конца слова Дамира!

Он понял, что меня подставила Валерия и выгнал ее? Все так легко и просто?

– Но почему? – спрашиваю шепотом. Я была почти уверена, что он унизит меня, отругает и вышвырнет. Все еще не могу поверить, как все обернулось.

– Сама как думаешь? Мне нравится видеть тебя в офисе, малыш. А еще ты очень грамотный и старательный работник. Последнее – я не терплю интриг. Меня они приводят в бешенство. Так что не надо многое приписывать своей персоне, – хитро щурится Азатов. – Я выгнал Самсонову не потому что она обижала мою сладкую девочку, а потому что она – бестолковая стерва. На хрена мне такие работницы?

– Я даже не знаю что сказать… – опускаю взгляд.

– Можешь молча поцеловать своего рыцаря на белом коне, – острит босс.

– Спасибо…

– Ты у меня в долгу теперь. Как насчет угостить босса ланчем? Я голодный.

И на губы мои набрасывается, с таким напором, словно блюдо – это я.

Его рот жадный, а губы твердые и требовательные. Внутри все дрожит и переворачивается. Короткая щетина царапает кожу. Возбуждение разносится по венам моментально. Соски становятся острыми и болезненными. Животом чувствую каменную эрекцию босса и от этого спирает дыхание.

Мы ведь не можем заниматься сексом здесь.

В его кабинете.

Это уже будет запредельное падение.

Но как остановить его и себя?

Когда мы пылаем неодолимым безумием?

***

Дамир носом проходится по моей шее, зубами прихватывает кожу, и я теряю последнюю способность к сопротивлению. Шумно дыша, проникает ладонью в мои трусики. Оба дрожим, когда проходится пальцами по складкам плоти. Очень горячей и мокрой. Я теку для него. Мне настолько хорошо, что не могу сдержать стоны.

Удовольствие. Острое, невыносимое, заставляет полностью подчиниться. Хочу впитывать его прикосновения, хочу его глубоко в себе.

Плевать, сколько потом будет сожалений.

Есть только здесь и сейчас. Сжимаю пальцами каменные плечи. Глаза Дамира совершенно черные. Выражение лица напряженное.

В следующую секунду он поднимается с дивана. Ставит меня на ноги.

– Не здесь, малыш, – его голос звучит надтреснуто.

Сгораю от стыда, что он первым проявил благоразумие. Тогда как я была готова отдаться ему без раздумий. Совсем сошла с ума!

Стук в дверь кабинета заставляет меня окончательно прийти в себя. Дамир реагирует молниеносно. Берет меня под локоть, и быстро отводит в гардеробное помещение, отделенное от основной части пространства деревянной перегородкой.

Здесь вешало с одеждой, умывальник и небольшой комод, на котором стоит графин с водой.

Я замираю не дыша, слушая как Азатов разговаривает с мужчиной. Кажется, это Мехтиев. – Продолжим разговор в конференц-зале, – слышу отчетливую фразу босса.

– Хорошо, как скажешь.

Дверь громко хлопает, и я понимаю, что осталась одна. Долго умываюсь ледяной водой. Вытираю лицо, затем выпиваю стакана два, настолько пересохло в горле.

Осторожно выглядываю. Выскальзываю из кабинета, в приемной никого. Возможно Дамир специально облегчил мне путь к отступлению, и я ему за это очень благодарна. Бегу к себе, никого не встретив по дороге.

– Так-так, щеки как помидоры перезрелые, – констатирует Лиза.

От нее, увы, никуда не деться, как и от ее замечаний.

– Я, кажется, заболеваю, – бормочу, прижимая ладонь ко лбу. – Давай потом поболтаем.

Час мучительной работы – исправляем огрехи, которые наворотила Самсонова.

– Ты все выяснила с боссом, да? – снова пристает Лиза, когда заканчиваем. – Я знала, что он заступится. Он уволил эту противную Валерию! Я же говорила! Какой же он классный, справедливый, во всем разобрался.

– Да, ты была права.

– Выглядишь все равно унылой. Что Дамир Таирович тебе наговорил?

– Ничего. Он почти все время общался с Берсаном Каримовичем, – вру безбожно, а что мне остается?

– А, ясно, – разочарованно тянет Лиза. Ее явно бесит моя неразговорчивость, но я на самом деле едва живая.

Посмотрев на меня еще через час, Люба командует, чтобы я пораньше ушла домой.

– Стресс тебя доконал, ты едва живая, – качает головой. – Приходи в себя. Завтра тоже выходной возьми.

– Спасибо огромное!

Хотя лучше всего, мне вообще в офис не возвращаться. Но ведь положено две недели отработать, а сначала написать заявление… На это сейчас у меня точно нет сил.

Забираю сумку и ухожу, отчаянно хочется вырваться на свежий воздух. Выйдя из офиса, вдыхаю полной грудью. Воздух колючий, холодный. Все вокруг припорошено. Я даже не заметила, как наступила зима. В этом году она ранняя.

Запахнув получше тоненькое пальто, бегу домой.

– Крис! Погоди! – догоняет Даша. – Идем, подвезу. Ты чего не по погоде оделась?

– С утра тепло было.

– А прогноз смотреть не пробовала? Обещали заморозки.

В салоне Даша сразу включает печку.

Откидываюсь на сиденье.

– Слышала, что уволили Самсонову, потому что она тебя подставить пыталась. Ты все же молодец. Все проблемы разгребла. И в постельку к боссу запрыгнула. Как тебе все удается?

– Что ты хочешь услышать в ответ, Даш? – спрашиваю раздраженно.

– Да ничего. Просто констатирую. Я думала, ты в этой паутине запутаешься. Ошиблась. Рада, что все благополучно.

– Вообще-то, я думаю об увольнении.

– Но почему? Все же хорошо закончилось.

Молчу. Дарья сворачивает с шоссе к моему дому. Останавливает машину возле подъезда.

– Я поняла. Ты влюбилась. Эх, подруга. Зачем? Такие как Азатов только развлекаться умеют. Как ты не поняла?

– Я все понимаю, Даш. Спасибо за заботу.

– Может посидим где-нибудь? Выпьем? Давай в бар зарулим, новое знакомство тебе не повредит, да и я на днях со своим козлом рассталась.

– В другой раз, ладно? По-моему, заболеваю.

– Угу, а имя твоему вирусу – Дамир Азатов. Ну как знаешь. Если охота рыдать в подушку, кто тебе запретит?

Да, именно этого мне хочется в данную минуту.